Аппликация 

Смирение. Что такое смирение и терпение? Сила смирения. Пример смирения – Но всегда же есть люди и глупее, и хуже

Что такое смирение? Однозначно ответить на этот вопрос удается не каждому. Несмотря на это, многие считают именно смирение основной добродетелью истинного христианина. Именно это качество Господь прежде всего ценит в человеке.

У некоторых может сложиться впечатление, что смирение человека приводит к нищете, угнетенности, подавленности, бедности, болезням. Они смиренно терпят свое нынешнее положение и надеются на лучшую жизнь в Царстве Бога. На самом же деле все это далеко не является смирением. Господь посылает нам трудности вовсе не для того, чтобы мы с ними мирились, а для того, чтобы мы их преодолевали. Принижение собственного достоинства, глупая покорность, угнетенность и подавленность - это скорее признаки лжесмирения.

И все же, что такое смирение?

Библейское смирение. Пример смирения

Библейская энциклопедия гласит, что смирение является гордости. Эта добродетель считается одной из основных в христианстве. Смирение человека состоит в том, что он во всем полагается на милость Господа и четко понимает, что без Него он не сможет ничего достигнуть. Смиренный человек никогда не ставит себя выше других, с радостью и благодарностью принимает только то, чем одаривает его Господь, не требует большего, чем ему полагается. предписывают эту добродетель всем истинным последователям Христа. Иисус проявил высшую степень смирения, полностью подчинившись. Ради всего человечества, Он терпел жуткие страдания, унижения и стяжания. Его распяли, но после воскрешения у Него даже не осталось и малейшей обиды на тех, кто это сделал, так как Он осознавал, что все это промысел Бога. Другими словами, христианское смирение человека проявляется в его полной зависимости от Господа и в реалистичном взгляде на свою сущность. В результате этого приходит истинное понимание того, что не следует высоко о себе мыслить.

Какова сущность смирения?

Что такое смирение? Этот вопрос постоянно задают духовным лидерам. Они же, в свою очередь, дают различные понимания этого определения, но сущность у всех одинакова. Некоторые утверждают, что смирение заключается в том, что человек сразу же забывает о сотворенных им добрых делах. Другими словами, он не приписывает себе результат. Другие же говорят, что смиренный человек считает себя последним грешником. Некоторые говорят, что смирение - это мысленное признание своего бессилия. Но это далеко не полные определения понятия «смирение». Более точно можно сказать, что это благодатное состояние души, настоящий подарок Господа. В некоторых источниках говорится о смирении, как о Божественном одеянии, в которое облеклась человеческая душа. Смирение - это таинственная сила благодати. Есть еще одно определение смирения, которое гласит, что это радостное, но в то же время печальное самоуничижение души перед Господом, другими людьми. Выражается оно внутренней молитвой и созерцанием своих грехов, всецелой покорностью Господу и усердным служением другим людям.

Смирение в жизни наделяет человека радостью, счастьем и вселяет уверенность в Божественную поддержку.

В чем проявляется зависимость от Господа?

Две составляющие в жизни человека дают понимание понятия «смирение». Значение первое - это зависимость от Бога. В чем же она проявляется? В Писаниях приводится пример, когда Господь называет богатого человека «безумцем». Легенда гласит, что однажды был богатый человек, у которого были большие запаса зерна и прочего добра. Он стремился еще расширить свои возможности для большего накопительства, чтобы впоследствии только и наслаждаться своими богатствами. Но Господь назвал его «безумцем», так как он заковал свою душу в рабство своего богатства. Господь сказал ему, что же делать он будет с этим накопленным, если сегодня же он утратит свою душу? Плохая участь ждет тех, кто копит блага ради своего наслаждения, а не для Господа. Современное положение богатых людей таково, что они хотят безраздельно наслаждаться своими богатствами, считая, что всего они добились сами, и что Господь здесь не причем. Это настоящие безумцы. Никакое богатство не сможет уберечь человека от трудностей, страданий и болезней. таких людей напрочь опустел, и они совершенно забыли о Боге.

Библейская история

Есть еще одна история, которая учит смирению. Однажды Господь предложил богатому благочестивому юноше раздать все его богатство нищим и отправится вместе с Ним, дабы иметь настоящие сокровища в Царстве Небесном. Но юноша не смог так поступить из-за своей привязанности к имуществу. И тогда Христос сказал, что очень сложно богатому человеку войти в Царство Божье. Его ученики изумились такому ответу. Ведь они искренне считали, что богатство человека - это, наоборот, Божье благословение. Но Иисус сказал противоположное. Дело в том, что материальное процветание действительно знак одобрения Господа. Но человек не должен впадать в зависимость от своего богатства. Это качество - полная противоположность смирению.

Правдивость к самому себе

Сила смирения увеличивается, если человек адекватно оценивает себя и ставит себя в правильное положение. В одном из стихов Священного Писания Господь призывает людей не думать о себе высоко. О себе самом необходимо думать скромно, полагаясь на веру, которой наделил всех людей Господь. По отношению к другим не следует высокомудрствовать и о себе не стоит мечтать.

Чаще всего человек смотрит на себя через призму своих достижений, что автоматически вызывает проявление гордыни. Материальные мерки, такие как количество денег, образование, положение являются не теми средствами, которыми должен оценивать себя человек. Все это далеко не говорит о духовном положении. Следует знать, что именно гордыня лишает человека всех божественных благодатей.

Апостол Петр сравнивает смирение и скромное отношение к себе с красивой одеждой. Говорит он также о том, что Господь не признает гордецов, но смиренных одаривает Своей благодатью. В Писаниях упоминается слово «смиренномудрие», которое подчеркивает скромность мышления. Те же, кто превозносят себя и думают, что что-то представляют из себя, не связывая это с Господом, находятся в сильнейшем заблуждении.

Принимать все как есть

Смирение является прародителем ответственности. Сердце смиренного человека принимает любую ситуацию и со всей ответственностью старается ее решить. Человек, обладающий смирением, всегда осознает свою Божественную природу и помнит, откуда и зачем он пришел на эту планету. Смирение души означает полное принятие Господа в своем сердце и осознание своей миссии, которая заключается в непрерывной работе над своими качествами. Смирение помогает человеку искренне служить Господу и всем живым существам. Смиренный человек искренне верит в то, что все, что происходи в этом мире - происходит по Божественной воле. Это понимание помогает человеку всегда сохранять мир и спокойствие в душе.

В отношении с другими людьми смиренный человек никогда не оценивает, не сравнивает, не отрицает и не игнорирует природу другого человека. Он принимает людей такими, какими они есть. Полное принятие - это осознанное и внимательное отношение к другому. Принимать все как есть необходимо не умом, а душой. Ум постоянно оценивает и анализирует, а душа - это глаз самого Господа.

Смирение и терпение - понятия очень близкие между собой, но все же имеют различную трактовку.

Что такое терпение?

На протяжении всей жизни человеку приходится испытывать не только радостные переживания. В его жизнь приходят также и трудности, с которыми необходимо сначала смириться. Не всегда эти трудности можно преодолеть в короткие сроки. Для этого и необходимо терпение. Смирение и терпение - истинные добродетели, которыми наделяет человека сам Господь. Иногда говорится о том, что терпение необходимо для того, чтобы сдерживать негатив. Но это неправильно. Терпеливый человек ничего не сдерживает, он просто принимает все спокойно и даже в самых сложных ситуациях сохраняет ясность ума.

Истинное терпение проявлял сам Иисус Христос. Также Христос Спаситель - настоящий пример истинного смирения. Ради высшей цели, Он терпел преследования и даже распятие. Гневался ли он когда-нибудь, желал ли зла кому-нибудь? Нет. Так и человек, следующий заповедям Господним, должен безропотно терпеть все трудности на своем жизненном пути.

Как терпение связано со смирением?

Что такое смирение и терпение было описано выше. Связаны ли между собой эти два понятия? Между терпением и смирением существует неразрывная связь. Суть их одна. Человек пребывает в мире и внутри ощущает также мир и спокойствие. Это не внешнее проявление, а внутреннее. Бывает такое, что внешне человек кажется спокойным и удовлетворенным, но внутри него бушует негодование, недовольство и гнев. В этом случае, ни о каком смирении и терпении речь не идет. Скорее это лицемерие. Смиренному и терпеливому человеку ничего не может препятствовать. Даже самые большие трудности такой человек преодолевает легко. Как два птичьих крыла связаны между собой смирение и терпение. Без смиренного состояния невозможно терпеть трудности.

Внутренние и внешние признаки смирения

Лучше всего понятие «смирение» раскрывается в трудах преподобного Исаака Сирина. Не так просто разграничить внешние и внутренние аспекты смирения. Так как одни вытекают из других. Все начинается с внутренней жизни, мира внутри. Внешние действия являются лишь отражением внутреннего состояния. Конечно, сегодня можно увидеть много лицемерия. Когда внешне человек кажется спокойным, но внутри у него бушую страсти. Не о смирении здесь речь идет.

Внутренние признаки смирения

  1. Кроткость.
  2. Собранность.
  3. Милосердие.
  4. Целомудрие.
  5. Послушание.
  6. Терпение.
  7. Бесстрашие.
  8. Стыдливость.
  9. Благоговение.
  10. Внутренний покой.

Последний пункт считается основным признаком смирения. Внутренний покой выражается в том, что у человека полностью отсутствует страх перед житейскими трудностями, но присутствует уверенность в Божьей благодати, которая будет всегда защищать его. Смиренный человек не знает, торопливость, смущение и спутанные мысли. Внутри него всегда покой. И даже если небо упадет на землю, смиренный человек даже не испугается.

Важным признаком внутреннего смирения можно назвать голос совести человека, который говорит ему, что Господь и другие люди не виноваты в неудачах и трудностях, встречаемых на жизненном пути. Когда человек в первую очередь предъявляет претензии к себе - это и есть настоящее смирение. Обвинять в своих неудачах других или еще хуже Господа - это высшая степень невежества и жесткости сердца.

Внешние признаки смирения

  1. По-настоящему смиренный человек не испытывает интереса к различным мирским утешениям и развлечениям.
  2. Он стремится поскорее удалиться из шумного суетливого места.
  3. Смиренному человеку не интересно бывать в местах большого скопления людей, на собраниях, митингах, концертах и прочих массовых мероприятиях.
  4. Уединение и безмолвие - основные признаки смирения. Такой человек никогда не вступает в споры и конфликты, не бросает лишних слов и не вступает в бессмысленные беседы.
  5. Не имеет внешнего богатства и большого имущества.
  6. Настоящее смирение проявляется в том, что человек о нем никогда не говорит и не ставит напоказ свое положение. Свою мудрость он прячет от всего мира.
  7. Простая речь, возвышенное мышление.
  8. Не замечает недостатков других людей, но всегда видит достоинства каждого.
  9. Не склонен слушать то, что его душе не угодно.
  10. Безропотно переносит обиды и унижения.

Смиренный человек ни с кем себя не сравнивает, но всех считает лучше себя.

Надобно всегда терпеть все, что ни случилось, ради с благодарностью.

Наша жизнь – одна минута в сравнении с вечностью, и потому «недостойны, по Апостолу, страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас» (Рим.8:18)

В молчании переноси, когда оскорбляет враг, и Господу открывай тогда сердце свое.

Когда кто-нибудь уничижает или отнимает твою честь, то всеми мерами старайся простить ему по слову Евангелия: «От взимающего твоя, не истязуй» (Лк.6:30).

Мы всегда и перед всеми должны уничижать себя, следуя учению святого Исаака Сирина: «Уничижая себя, и увидишь в себе славу Божию» (Прп. Исаак Сирин, Слово 57). Посему возлюбим смирение и узрим славу Божию, «ибо где произрастает смирение, там источается Божия слава» (Там же).

Не сущу свету, вся мрачна: так и без смирения ничего нет в человеке, как только одна тьма.

Как воск, не разогретый и не размягченный, не может принять налагаемой на него печати, так и душа, не искушенная трудами и немощами, не может принять на себя печати добродетели Божией. Когда диавол оставил Господа, тогда «Ангелы приступили и служили Ему» (Мф.4:11). Так, если во время искушений несколько отходят от нас Ангелы Божий, то недалеко и скоро приступают и служат нам Божественными помышлениями, умилением, услаждением, терпением. Душа, потрудившись, стяжает и прочие совершенства. Почему святой пророк Исайя говорит: «Терпящии же Господа изменят крепость, окрылатеют аки орли, потекут и не утрудятся, пойдут и не взалчут» (Ис.40:31).

Так терпел и кротчайший Давид, ибо, когда Семей поносил его и метал на него камни, говоря:

«Изыди, изыди... мужу беззаконный», он не сердился, а когда Авесса, вознегодовав на сие, сказал ему: «Почто проклинает пес умерший сей господина моего царя?», он запретил ему, говоря: «Оставите его, и тако да проклинает, ибо Господь увидит и воздаст мне благое» (2Цар.16:7, 9–10, 12). Почему после и воспел: «Терпя потерпел Господа и внят ми и услыша молитву мою» (Пс.39:2).

«Сосуды скудельничи искушает пещь, и искушение человеческо в помышлении его» (Сир.27:5). Но «горе вам погубльшым терпение: и что сотворитé, егда посетит Господь?» (Сир.2:14).

Как чадолюбивый отец, когда видит, что сын его живет беспорядочно, наказывает его, а когда увидит, что он малодушен и наказание сносит с трудом, тогда утешает, – так поступает с нами и благой Господь и Отец наш, употребляя все для нашей пользы, как утешения, так и наказания, по Своему человеколюбию. И потому мы, находясь в скорбях, как дети благопокорливые, должны благодарить Бога. Ибо если станем благодарить Его только в благополучии, то подобны будем неблагодарным иудеям, которые, насытившись чудной трапезой в пустыне, говорили, что Христос воистину есть Пророк, хотели взять его и сделать царем; а когда Он сказал им: «Делайте... не брашно гиблющее, но брашно пребывающее в животе вечнем» (Ин.6:27), тогда говорили Ему: «Кое убо Ты твориши знамение? Отцы наши ядоша манну в пустыни» (Ин.6:30–31). Прямо на таких падает слово: «Исповестся Тебе, егда благосотвориши ему, и таковой даже до века не узрит света» (Пс.48:19–20).

Надобно всегда терпеть все, что бы ни случилось, Бога ради, с благодарностью. Наша жизнь — одна минута в сравнении с вечностью; и потому недостойны, по Апостолу, страсти нынeшняго времене к хотящей славe явится в нас (Рим. 8, 18).

Оскорбления от других переносить должно равнодушно и приобучаться к такому расположению духа, как бы их оскорбления не до нас, а до других касались.

В молчании переноси, когда оскорбляет тебя враг и единому Господу открывай тогда свое сердце.

Мы всегда и пред всеми должны уничижать себя, следуя учению св. Исаака Сирина: уничижи себе и узришь славу Божию в себе (Сл. 57).

Не сущу свету, вся мрачна, так и без смирения ничего нет в человеке, как только одна тьма. Посему возлюбим смирение и узрим славу Божию; идеже бо истекает смирение, тамо слава Божия источается.

Как воск не разогретый и не размягченный не может принять налагаемой на него печати, так и душа, не искушенная трудами и немощами, не может принять на себя печати добродетели Божией. Когда диавол оставил Господа, тогда приступили ангелы и служили Ему (Матф. 4, 11). Так, если во время искушений несколько отходят от нас ангелы Божии, то недалеко, и скоро приступают и служат нам Божественными помышлениями, умилением, услаждением, терпением. Душа, потрудившись, стяжевает и прочие совершенства. Почему св. пророк Исаия говорит: терпящии Господа измeнят крeпость, окрылатeют, аки орли, потекут и не утрудятся, пойдут и не взалчут (Ис. 40, 31).

Так терпел и кротчайший Давид: ибо, когда Семей поносил его и метал на него камни, говоря: изыди мужу беззаконный,- он не сердился; и когда Авесса, вознегодовав на сие, сказал ему: почто проклинает пес умерший сей Господина моего Царя? он запретил ему, говоря: оставите его и тако да проклинает мя, ибо Господь увидит и воздаст мне благое(2 Цар. 16, 7-12).

Почему после и воспел: терпя потерпeх Господа, и внят ми, и услыша молитву мою(Пс. 39, 2).

Как чадолюбивый отец, когда видит, что сын его живет беспорядочно, наказывает его; а когда увидит, что он малодушен и наказание свое сносит с трудом, тогда утешает: так поступает с нами и благий Господь и Отец наш, употребляя все для нашей пользы, как утешения, так и наказания, по Своему человеколюбию. И потому мы, находясь в скорбях, как дети благопокорливые, должны благодарить Бога. Ибо если станем благодарить Его только в благополучии, то подобны будем неблагодарным иудеям, которые, насытившись чудной трапезы в пустыни, говорили, что Христос воистину есть пророк, хотели взять Его и сделать царем, а когда Он сказал им: дeлайте не брашно гиблющее, но брашно пребывающее в живот вечный, тогда говорили Ему: кое убо Ты твориши знамение? Отцы наши ядоша манну в пустыни (Иоан. 6, 27-31). Прямо на таких падает слово: исповeстся Тебе, егда благо сотвориши ему,- и таковый даже до конца не узрит свeта (Пс. 48, 19-20).

Смирение

Батюшка не раз говорил... что к нему приходят «бла-женные души»... «Я их называю «блаженными» потому, что у них есть великое сознание своей немощи, греховности, и при этом сознании, твердая вера в Бога...» (преп. Варсо-нофий).

Все ничего, если укоряем себя и смиряемся. А вот многие на небо лезут, подвиги накладывают на себя, а сми-ряться не хотят. Смиряйтесь, смиряйтесь! Да, я скажу вам... не хотят смиряться, это — язва, язва современного мона-шества... (преп. Варсонофий).

Смиряйтесь, смиряйтесь. Вся наука, вся мудрость жиз-ни заключается в сих словах: «Смирихся, и спасе мя Гос-подь» (Пс.114, 5). Смиряйтесь и терпите все. Научитесь смирению и терпению, а в душе имейте мир. Поверьте, у кого в душе мир, тому и на каторге рай... (преп. Варсоно-фий).

Самое лучшее средство обрести смирение. Это вот что: всякую боль, которая колет гордое сердце, потерпеть. И ждать день и ночь милости от Всемилостивого Спаса. Кто так ждет, непременно получит. В этом я тебя могу уверить честным моим словом, если только ты веришь моей чести. Начни, так и увидишь. Главное, ты не понимаешь, что эта-то боль, это-то самое горькое острое жало, укалываю-щее чувствительность сердца, и есть настоящий источник милостей Божиих и смирения. В них-то сокровенна есть милость Божия. Отыми от тебя болезни эти, темноту твою, оскорбления, укоры, недостатки, и ты останешься совсем на-гая! (преп. Анатолий).

А главное — смиряйся. Лишь потеряешь смирение и самоукорение — тогда прощай (преп. Анатолий).

Отцы святые всегда помнили, что они здесь маловре-менные гости, поэтому мало заботились о брении, которое скоро должно паки обратиться в гной, пищу червей; ...всячески ее <плоть> утруждали, смиряли постом, бдени-ем, молитвою; посредством сего смирялась и душа (преп. Иосиф).

Смирись перед Богом. Смиряйся по силе и пред людь-ми. Не зазирай никого. А проштрафишься — сейчас кай-ся: Господи, прости! Господи, помилуй! Господи, помоги! (преп. Анатолий).

Будь же не образом только возлюблена Богу, но и жи-тием. Особенно смирением и покорением. «Иисус послуш-лив был даже до смерти. Темже и Бог Его превознесе!» (Ср.: Флп.2, 8—9). «Собрание смиренных — собрание Серафимов». Не простых только Ангелов, но высочайших небесных чинов. Еще говорю и повторяю: будь смиренна, будь благопокорлива, не будь любочестива и любопоказательна, и возлюбит тя бесконечно Любящий смиренных! (преп. Анатолий).

Смирять же себя всеми силами старайся. И мысль твоя, что тебя не любят, есть чисто бесовская. К тому ж мы обязаны, чтобы всех любить, но чтоб нас любили, мы не смеем требовать (преп. Анатолий).

Чистота и бесстрастие даются не по летам (седина есть мудрость человекам), а по смирению. Святой Иоанн Лествичник учит: дарования (значит, и чистота) даются не трудам (тем больше не годам), а смирению. Смиримся, и Господь покроет, и будем святы. А пока не смиримся и не умилостивим Бога — хоть лоб об пол поклонами разбей, страсти не умалятся (преп. Анатолий).

Будь же хоть и грешна, но смиренна. И будешь мирна. А на смиренных-то Господь и призирает (преп. Анатолий).

Утешаяй смиренныя Господь, Той да утешит и тебя. Только имей истинный и верный залог к смирению — самоукорение и приложи к этому терпение, да вооружись молитвой Иисусовой с памятью о смерти, тогда и станет для тебя благо иго заповедей Евангельских и правил мона-шеской жизни, и бремя послушания отныне легко будет (преп. Анатолий).

Посвящаемый во иеродиакона великий Моисей Мурин на оскорбление его сказал: смутихся и не глаголах! А ка-ширская преподобная не хочет равняться с Моисеем. Ей дай такое смирение, чтобы и в сердце не копало. Ты хоть наружно-то смирись. А то смирение постигается и дости-гается не горбом и ползаньем, а силою Животворящего Духа (преп. Анатолий).

Что живешь плохо, не унывай, а смиряйся, и Господь призрит на смирение твое, паче подвигов великих, но не смиренных (преп. Анатолий).

Ты просишь наставления и назидательного урока, как бы тебе не сбиться с истинного пути? Начни со смире-ния, делай со смирением и кончай смирением, и вчинишься со святыми. Этот путь, то есть путь смирения, самый на-дежный и, как говорят отцы, «непадательный». Ибо куда может упасть смиренный, когда он считает себя хуже всех? Да и как не смиряться, когда Иисус, Бог богов и Господь господей, «смирил Себе даже до смерти, смерти же крестныя?» (Флп. 2, 8). Удивление Ангелов, Краснейший паче всех сынов человеческих умер позорною за нас смертью; мы ли, грешные, немощные, не хотим видеть своих грехов? Своих немощей? (преп. Анатолий).

Смири лучше себя, сестра, и укори, да только себя, а не другого кого. Я так твержу все свое, т. е. что болезнь и скорби — для тебя великая милость Божия, а то бы ты напроказила на свою голову (преп. Анатолий).

Смирение — это нечто великое и божественное, а путь к Нему — считать себя ниже всех. Что это значит, считать себя ниже всех? Не замечать чужих грехов. Смотреть на свои грехи. Постоянно молиться (преп. Никон).

Без смирения нельзя спастись. Какое бы здание до-бродетели вы ни возвели, оно рухнет без смирения (преп. Никон).

Прощение преподается тем только, кто считает себя виновным. Смирись пред Богом и людьми, и Господь тебя никогда не оставит (преп. Никон).

Без смирения нельзя быть учеником Христовым. Без смирения сердце человека не примет, не усвоит себе Хрис-това учения. Смирение сердца внушает человеку быть по-корным воле Божией, принимать покорно все, что Господу угодно будет послать человеку на жизненном пути его, покорять свой ум, свое рассуждение, свои хотения в послу-шание Христово (преп. Никон).

Смиренно считая себя всегда, до самой смерти, спо-собным ко всякому греху, к малому и большому (по нашему пониманию), надо усердно молиться Господу о помощи, «да не внидем в напасть». Самомнение не заботится о хранении себя и бывает причиной великих падений; соблазны берут верх и низлагают человека (преп. Никон).

Если так гибельно тщеславие и славолюбие, то надо смиренно и благоразумно, даже с радостью принимать вся-кие скорби, поношения и бесчестия, как приводящие нас к смиренномудрию и спасению. Между тем замечается, са-момалейшее слово и скорбь приводят нас в негодование и сопротивление человекам; даже смирительные действия духовного отца нам не нравятся: мы не видим, не хотим видеть, что они направлены к нашей пользе духовной, мы негодуем, что сказано или сделано нам не по сердцу, не по нашему желанию, мы считаем себя обиженными. О, не-разумные! О, привязанность наша к миру и его хвале и славе! Разумный инок и раб Божий жаждет покаяния и смирения, видя от них себе душевную пользу, он плачет и скорбит, когда его не смиряют, он радуется, когда лишается славы человеческой. Понудим себя и мы ко всякому смире-нию. Сказано: «Смирился, и спасе мя Господь» (Ср.: Пс.114, 5) (преп. Никон).

Вот вы спрашиваете скорейший путь к смирению. Ко-нечно, прежде всего следует сознать себя немощнейшим червяком, ничего не могущим сделать доброго без дара Духа Святого, от Господа нашего Иисуса Христа подава-емого по молитве нашей и ближних наших и по Своему милосердию... (преп. Анатолий).

Спрашиваете: «Каким путем идти к Богу?» Идите пу-тем смирения! Смиренным несением трудных обстоятельств жизни, смиренным терпением посылаемых Господом бо-лезней, смиренной надеждою, что не будете оставлены Гос-подом, скорым Помощником и любвеобильным Отцом Не-бесным, смиренною молитвою о помощи свыше, об отгнании уныния и чувства безнадежия, которыми враг спасения тщится привести к отчаянию, гибельному для человека, ли-шающему его благодати Божественной и удаляющему от него милосердие Божие (преп. Нектарий).

Нетерпение твое пред старшими... показывает твою не-мощь и неимение смирения, до которого мы с тобою еще не достигли и далеко отстоим; хоть при возмущении сердца храни молчание, но не злобное, а ежели видишь, что злобные помыслы тайно в тебе действуют, отойдя, помолись Богу за оскорбивших тебя и проси помилования их молитвами: ста-райся всегда находить в себе вину, ежели в тот раз и не подала вины, то за прежние грехи посылается укорение и для обличения нашего бедного устроения... (преп. Лев).

А <как> и мы чувствуем за собой долги пред Богом, то и должны не бегать нареканий, выговоров и оскорблений, но ими не только долг заплатится, но и исцелится великая душевная болезнь — гордость — приложением сих пластырей, с Божиею помощью (преп. Лев).

Твоя же скорбь тебя увеличивает, что ты считаешь себя бывшею равною м. Аркадии, а теперь чувствуешь рабство. Эта мысль далека от смирения; представь себе учащихся в семинарии мальчиков равного возраста и зва-ния; и после выходит один архиерей, а другой остается дьячком, а случается, что сей последний еще и выше его и званием и поступлением; равно и по службе то же бывает: находясь в нижнем чине ровными, один достигает гене-ральского чина, а другой малым чином повышается в одно и то же время. Имеют ли право последние скорбеть на первых? Приложи, сестра, меры к своему устроению и по-знай свое несправедливое рассуждение (преп. Лев).

Весьма странно для слуха твое устроение, <тем> паче мнение, что тяжесть собственного унижения приводит те-бя до бесчувственности. Это ни с чем не сообразно, ни с Писанием, ни с натурою вещей. Господь заповедал, чтобы искать спокойствия во смирении: Научитесь от Мене... и прочее... (Мф.11, 29)... Святые отцы, искусом прошед-шие сие, удостоверяют нас. Святой Дорофей: «Како не имать покой, иже себя укоряй и уничижай, и аще что и случится ему скорбно, имать предварив себе того достойна, и не смущается...» Подобно <святой> Лествичник и другие отцы учат о неизъяснимой пользе от самоукорения, а ты, напротив, отягощаешься, поэтому оно ложное и непра-вильное. Душа твоя горит желанием скорбей и болезней и отложением всех попечений, чтобы быть с Богом нераз-лучной, — весьма далека ты от сего. То же самое как бы внити в чертог брачный в скверной одежде, так и тебе, буйством страстей колеблемой, вдруг во страну бесстрастия <стать>. Иди постепенно, терпи скорби, прежде почитая того достойною по грехам твоим, далее к надежде прибли-жайся, а тут уже третья степень не разлучит с Богом — любовь! — покажи на деле прежде терпение скорбей со смирением... (преп. Лев).

Вы... по получении письма от о. Макария опечалились, и оттого произвелось в вашей душе расстройство. Видно, еще есть в тебе дух гордости, который противится сми-рению; смиренный же во всех приключающихся оскорбле-ниях не смущается, но не перестает искать спасения ду-шевного. Посуди сама, как же он тебе напишет и какое нравоучение вложит в твою голову, когда сама говоришь, что она худая (преп. Лев).

Вы пребываете нечувствительны, и к молитве хо-лодны, и леностью преодолеваемы. Но слава Богу и о сем, что, по крайней мере, хотя сознаете свои немощи и ничто-жество. А посему и должны о себе смиренно мудрствовать и посмирней мечтать... А где смирение, там неподалеку и спасение! (преп. Лев).

Нам, ищущим спасения, при исполнении заповедей Божиих самонужнейшие есть смирение, которое привлека-ет к нам Божию благодать и освещает все наши действия, а без оного никакие подвиги и труды не могут нам доста-вить многожеланного мира, который даровал нам Премилосердый Создатель, глаголя апостолам: «мир Мой даю вам, мир Мой оставляю вам» (Ин. 14, 27), и о всем приносите Богу благодарение, а паче, воспоминая великие Его к вам благодеяния и милости (преп. Лев).

Вы живете посреди мира и суеты, не можете смирить-ся, а смирение есть Его хранилище. Старайтесь во всяком случае о исполнении заповедей Христовых и познавайте свою немощь, а познавши оную, смиряйтесь, но не ищите награды за исполнение заповедей, а считайте себя должною исполнять оные, но недостойною награды. Ежели так себя будете устраивать, то не лишитесь милости Божией. Когда же будем без делания заповедей на одну молитву надеяться, то нимало не преуспеем... (преп. Лев).

А более и приобретается смирение, когда мы не сле-дуем <своему> разуму и воле, а по Бозе слушаем, к кому имеем расположение: о сем отцы наши и наставники на-шего жительства пространно написали; вникни в их писа-ния, как-то: святого Дорофея, святого Иоанна Лествичника и прочих святых, о сей добродетели, как стяжать <и> ис-кать... нужно, написали, и ты старайся сему следовать, и Господь тебя не оставит, и облегчит скорбь твою, и даже утешит... (преп. Лев).

Мы... находим, что невозможно без своего преклоне-ния воли куда на что-либо доброе, ибо враг оному проти-вится и воздвигает брань, <коей> не сопротивляясь смире-нием, ропщут на нас за <понуждение>, и твои слова: «я и сама вижу, что действие вражие, а не соодолею помыслу злобному» оттого, что не имеешь оружия: самоукорения и смирения (преп. Лев).

Кайся и смиряйся, и помышляй о том, отчего проис-ходили грехи, как не оттого, что не имела смирения, но противный сему порок. И паки речем: смирись, и помилует тя Господь (преп. Лев).

Где смирение не обитает, там презорство и высокомудрие пребывает... (преп. Лев).

Должны о себе смиренно мудрствовать и посмирней мечтать... А где смирение, там неподалеку и спасение! (преп. Лев).

Вопрос: «Батюшка! Как вы захватили такие духовные дарования, какие мы в вас видим?» Старец отвечал: «Живи попроще, — Бог и тебя не оставит». Потом прибавил: «Леонид всегда был последним в обителях, никогда ни от какого поручения настоятеля не отказывался. В навечерие великих праздников другие, бывало, стремятся в церковь, а Леонида посылают на хутор за сеном для лошадей приезжих гостей, а потом ус-талого и без ужина посылают на клирос петь, и он безропотно повиновался. Старайся и ты так жить, и тебе Господь явит милость Свою» (преп. Лев).

Помни Симона волхва, как он, высоко поднявшись, опустился низко, так и ты, буде <если> не смиришься, то погибнешь... (преп. Лев).

Когда не имеете спокойствия, знайте, что не имеете в себе смирения. Это Господь явил следующими словами, кои вместе с тем показывают, где искать спокойствия. Он сказал: «научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим» (Мф.11, 29) (преп. Лев).

Чтобы быть монахиней, надо быть либо железной, либо золотой... железной — значит иметь большое терпение, а золотой — большое смирение (преп. Амвросий).

Если кто тебя обидит, не рассказывай никому кроме старца, и будешь мирна. Кланяйся всем, не обращая внима-ния, отвечают ли тебе на поклон, или нет. Смиряться нуж-но пред всеми и считать себя хуже всех. Если мы не совершили преступлений, какие совершили другие, то это может быть потому, что не имели к тому случая, — обстановка и обстоятельства были другие. Во всяком человеке есть что-нибудь хорошее и доброе; мы же обыкновенно видим в людях только пороки, а хорошего ничего не видим (преп. Амвросий).

Бог посещает Своею милостью только смиренных (преп. Амвросий).

Одна госпожа видела во сне Господа Иисуса Христа и пред Ним толпу народа. На Его зов первою подошла к Нему девушка крестьянка, а потом мужик в лаптях и еще все люди крестьянского сословия. — Госпожа подумала, что и ее за доброту и вообще за все ее добродетели Он также возьмет. Каково же было ее удивление, когда она увидела, что Господь перестал уже и звать! Она решилась было сама напомнить о себе Господу, но Он совсем отвра-тился от нее. Тогда она упала на землю и начала сми-ренно сознаваться, что она действительно хуже всех и не-достойна быть в Царствии Небесном. — Батюшка затем прибавил: «а вот такие-то и годятся, таких-то там и надо» (преп. Амвросий).

На слова одной, стоявшей около старца: «Гордость мешает во всем», он ответил: «А ты закутайся в смирение, тогда, если и небо к земле прильнет, не страшно будет» (преп. Амвросий).

Лишь только смирится человек... как тотчас же сми-рение поставляет его в преддверии Царства Небесного... (преп. Амвросий).

Батюшка поучительно объяснял слова Спасителя: «ког-да ударят тебя в десную ланиту, подставь другую» (Ср. Мф.5, 39). «Ведь обыкновенным порядком, когда ударяют в лицо, ударяют правою рукою в левую щеку, а не в десную. Но Господь хотел представить десною ланитою оскорбление, унижение, обиду за правое дело, в котором ты не виновата. Подставить же левую — значит: в то время, когда без вины оскорбляют, помяни пред Господом свои грехи, которыми ты оскорбляешь Его, и чрез это со-знание смирись и прими несправедливое поношение, как уже должное» (преп. Амвросий).

Смиряйся больше духом, — смирение и дела заменяет. Терпи все невзгоды и предавайся Господу (преп. Амвро-сий).

Век медный, рог железный кому рога не сотрет. В Священном Писании сказано: «Роги грешных сломлю, и вознесется рог праведнаго» (Пс.74, 11). У грешных два рога, а у праведного один, — это смирение (преп. Амв-росий).

Дом души — терпение, пища души — смирение. Если пищи в доме нет, жилец лезет вон (выходит из терпения) (преп. Амвросий).

Если очень зацепят тебя, скажи себе: «Не ситцевая, не полиняешь» (преп. Амвросий).

Надо вниз смотреть. Ты вспомни: земля еси, и в землю пойдешь (преп. Амвросий).

Смирение состоит в том, чтобы уступать другим и счи-тать себя хуже всех. Это гораздо покойнее будет (преп. Амвросий).

Ведать подобает, яко три суть совершенного смирения степени. Первая степень — покоряться старейшине, не превозноситься же над равными. Вторая степень — поко-ряться равным, не превозноситься над меньшими. Третья степень — покоряться и меньшим, и вменять себе ничто-же быти, яко единому от скотов, недостойным сопребывания человеческого (преп. Амвросий).

Прежде надо наружно кланяться в ноги старцам. Это положили святые отцы. А потом внутри будет (ощущаться), точно как кто (кланяющийся) беден, а затем кучу золота дадут, и он богат будет (преп. Амвросий).

Кто уступает, тот больше приобретает (преп. Амвро-сий).

Смиряйся, и все дела твои пойдут (преп. Амвросий).

Иди мытаревым путем, и спасешься, — говори: «Боже, милостив буди мне грешной!» (Лк. 18, 13) (преп. Амвро-сий).

Если не имеешь любви (к ближним), смиряйся (преп. Амвросий).

Силен Господь сотворить <о нас> по воле Своей свя-той. Если сами не смиряемся, то Господь невольно нас смиряет. У Господа Бога средств-то много. Рано и скоро начала рассуждать, тогда как прежде всего требуется по-корение и повиновение. За непокорность и непослушание и Адам с Евою изгнаны из рая. Это всем нам должно пом-нить и не забывать. В псалмах сказано: «да рекут избавлении Господем» (Пс. 106, 2). А мы еще и не начинали духовного дела, как следует, а толковать обо всем дерзаем, оправдывая себя какою-то прямотою; тогда как и о птицах говорится, что прямо и не осмотревшись летают только одни вороны, другие же птицы держат себя осторожно и осмотрительно (преп. Амвросий).

Схиархимандрит Иоанн учит: «Христианское смирение - это проявление силы человеческого духа». Победить эту силу ничто не может.

Кто носит в себе такое смирение, какое носили преподобный Серафим, святой праведный Иоанн Кронштадтский, преподобный Амвросий Оптинский и сам схиархимандрит Иоанн, - тот проявляет не слабость духа, а его величие и красоту.

Старец дает удивительно точное, емкое и редкое определение смирения: «Смирение - это способность видеть истину».

Учение схиархимандрита Иоанна о смирении занимает одно из центральных мест в его трудах. Оно ярко свидетельствует о том, что автор сам имел эту великую добродетель.

Батюшка и духовных чад прежде всего приводил к смирению. Их жизнь под его руководством была всегда направлена на борьбу человека с гордостью.

Он учил, что если в основании греха прародителей лежала гнусная и мерзкая гордость и неотделимое от нее своеволие, то в основании новой благодатной жизни во Христе должно лежать диаметрально противоположное начало - смирение. Следовательно, от стремления человека к смирению или гордости зависит его близость к Богу или удаление от Него.

Отец Иоанн говорил: «Смирение делает людей святыми, а гордость лишает их общения с Богом».

Он учит, что в деле нравственного совершенствования главное внимание необходимо сосредоточивать на воспитании смирения, которым приобретается полное внутреннее удовлетворение и покой души при любых жизненных обстоятельствах. Пока человек не смирится - не успокоится. «Гордая и надменная душа ежеминутно терзает себя волнением и беспокойством, а душа, которая воплотила в себе Христово смирение, постоянно ощущает Бога, через это она имеет в себе великий покой» («Проповедь о смирении»).

Он говорил: «Смирение никогда не падает, гордость - дверь врагу».

Смиренный человек всегда и всем доволен. Старец наставлял человека, который завидовал другим: «А ты говори: “И пусть другим больше, и пусть другим лучше, а мне довольно того, что есть...”». Эти слова доставляли мир душе.

Батюшка указывает, что смирение имеет Божественное происхождение, поскольку начало свое имеет от Христа и называя эту добродетель небесным даром, призывает всех стяжать в своей душе это «небесное благоухание» («Проповедь о смирении»).

В своих письмах старец так пишет о великом значении смирения и деле спасения: «...Более всего облещися подобает нам в Христово смирение. Эта последняя добродетель нам настолько необходима и нужна в земной жизни, - как воздух или вода для тела. Без нее мы не сможем правильно шествовать по спасительному Христову пути. Пусть в нашем сердце постоянно звучат слова Христа Спасителя: Научитесь от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душим вашим. “Если мы приобретем эту добродетель, то с ней и умирать будят не страшно”».

На вопрос о том, что такое смирение, батюшка однажды дал такой простой ответ: «Смирение значит: ругают, а ты не ругайся, молчи; завидуют, а ты не завидуй; говорят лишнее, а ты не говори; считай себя хуже всех».

Батюшка учил, что смирение все может выровнять. Когда в жизни человека что-нибудь не ладилось, старец говорил ему: «Смиряйся побольше - и все устроится». Или: «Все будет хорошо - не отчаивайся. Смирения только побольше». «Устроишь внутреннее, и внешнее устроится».

Духовная дочь жаловалась: «Батюшка, у меня внутреннее напряжение».

«Надо во всем всегда полагать себя очень грешной. Думать: “Какие раньше люди были! Тогда и напряжение пройдет”», - был его oтвет.

Он считал смирение действенным орудием в борьбе с духами злобы. В одном из писем старец писал: «Злой дух со своими полчищами предлагает нам свои злочестивые планы, мы же, в свою очередь, принявшие их, уходим на страну далече.

Единственными средствами освобождения от тиранства лишни диавола и распознания его злого умысла являются смирение, то есть своего ничтожества, и молитва. Это - два крыла, могущие вознести на небо каждого христианина.

Кто упражняется в этих двух добродетелях, тому нетрудно бывает возлететь, возвыситься и соединиться с Богом в любую минуту своей жизни. И даже тогда, когда нам кажется, что мы оставлены и людьми, и Богом и что ад вот-вот готов поглотить нас, - то и тогда эти две добродетели, подобно обоюдоострому мечу, невидимо для нашего взора поразят и удалят от нашей души все супротивные силы. Дай Бог, чтобы Христово смирение и молитва постоянно пребывали в нашем сердце; только в таком состоянии мы будем распознавать внушения злого духа и подвизаться против него».

Исключительно важное значение смирения, по мысли отца Иоанна, состоит в том, что оно является стимулом духовного роста человека, ведущим к высотам нравственной чистоты и богоуподобления. Действительно, стремление к исправлению своих недостатков и порочных наклонностей, стремление стать лучше, совершеннее может возникнуть только у того, кто глубоко осознал свою греховность и духовную нищету. В лекциях по Пастырскому богословию отец Иоанн приводит слова святителя Феофана Затворника о ревности ко спасению, стремлении к исправлению: «Есть ревность - все дела идут стройно, всякий труд не в труд; не станет ее - не станет ни сил, ни труда, ни порядка; все приходит в расстройство». Далее святитель Феофан указывает, что только смирение дарует человеку такую ревность. Таким образом, раскрывая святоотеческое учение о смирении, отец Иоанн основополагающий вывод: без смирения немыслимо и само духовное совершенствование христианина.

Смирение служит наилучшим путем к стяжанию благодати. В проповеди о смирении отец Иоанн говорил: «Через сознание своей греховности, своего ничтожества мы получаем благодать Святого Духа... Смирение делает нас носителями благодати, исцеляющей и укреплящей для святой жизни. Оно оправдает нас пред Богом и приведет в Царствие Небесное».

Батюшка учил, что смиренное устроение души обнаруживает себя в отношении человека к Богу и ближнему. Смиренный человек глубоко сознает, что он сам по себе ничего не значит, ничего доброго сделать не может, а если и делает что-то доброе, то только с помощью Божией, Его силой и любовью.

Когда отца Иоанна спрашивали: «Как смириться?» - он отвечал: «Считай, что сам здесь ничего не можешь, только Господь». Во взаимоотношениях с окружающими людьми смиренный человек видит только свои пороки, сознает себя грешнее других и всегда готов оказать каждому свое внимание и любовь. Батюшка, бывало, скажет: «Смиряйся!» Спросишь: «А как?» - «Считай, что все от Бога. Думай: “Я хуже всех, все лучше меня”. И даже хуже всякого животного считай себя». Свои наставления отец Иоанн основывает на учении святых отцов. Например, преподобный Варсонофий Великий учит: «Должно считать каждого человека лучше себя. “Должно считать себя ниже всякой твари”».

Батюшка обращал особое внимание на то, есть ли в душе стремление услужить ближнему. Он говорил: «Если чувствуется желание всем услужить, то это начаток вечной жизни... А если злоба в душе, холодность, то надо идти в храм, каяться, исповедаться... Смиряться, укорять себя...»

По мысли отца Иоанна, пробным камнем для смирения человека являются обиды, причиненные ему другими людьми, и различного рода поношения. Батюшка учил, что истинное смирение должно проявляться в терпеливом перенесении обид и укоризн, так как смиренные считают себя достойными всяких унижений.

Одна почтенная монахиня говорила что-то батюшке о своей обиде. Батюшка ей ответил: «Что ты? Разве можно? Монаху никак нельзя обижаться. Это как весы: где мир - там ангелы, а где злоба, обида, зависть - бесы. Раньше даже в малом этого не допускалось. Это теперь, как говорят: “На безрыбье - и рак рыба”, - а раньше настоятель проклял бы, если бы монах такое себе позволил. На малость нельзя допускать к себе обиду! На себя смотри: “Что я? - Как гриб гнилой, как яма помойная”, - и так каждое утро повторять и на каждый час. У нас одно утешение, - мягко, ласково, нараспев говорил батюшка, иногда покачивая головой в такт словам, - никого не осуждать, никому не досаждать, и всем - мое почтеньице». Много, много раз повторял: «Все, как Ангелы, - я хуже всех. Так говори и успокоишься».

Батюшка еще долго говорил с этой монахиней, а когда она уходила, мягко повторял: «Говори себе все время: “Я - грешница больше всех; на кого мне смотреть - сама-то я хуже всех”. Только так и успокоишься».

В своих письмах батюшка писал: «Постараемся возлюбить всех своих обидчиков как своих благодетелей». Духовная дочь старца рассказывала: «Однажды после службы батюшка долго со мной разговаривал. Он сказал, что во мне нет ничего христианского, так как не могу стерпеть обиды, только все внешнее. Надо с обидевшим тебя человеком разговаривать как ни в чем не бывало. Надо пить напиток осуждения. Это очень полезно.

Надо смирять свою гордыню. Другого пути в Царствие Божие нет. Сказал, что камешки на берегу моря гладкие потому, что трутся друг о друга, особенно во время бури. А иначе камень будет очень острый. Так и мы должны: ударили по одной щеке, подставь другую. Отняли верхнюю одежду, отдай нижнюю. Тихон Задонский святой человек был, епископ, а однажды подошел к нему один монах и вдруг ударил по щеке, потом - по другой. А святой Тихон поклонился ему в ноги, поблагодарил его и сказал: “Я этого достоин”. В жизни будет очень много таких ситуаций, надо все побеждать смирением, иначе будешь невенчанной мученицей».

Батюшка призывал своих духовных чад стяжать истинное смирение, которое заключается в том, чтобы не только в словах, в делах и мыслях, но и в сердце всегда считать себя хуже всех.

Как же приобрести эту столь необходимую добродетель?

Ответ на этот вопрос также находим в наставлениях отца Иоанна.

Путь к смирению открыт всякому. Когда духовные дети отца Иоанна говорили ему: «Не могу [смиряться, исправляться]», батюшка твердо отвечал: «Можешь! Начинай с сегодняшнего дня. Человек все может с помощью Божией, если захочет. Вон чего люди достигали!». Но стяжание смирения - это длительный процесс, требующий целенаправленной деятельности всех душевных сил человека. И эта деятельность прежде всего должна быть направлена к самопознанию. Батюшка приводил слова святителя Тихона Задонского, который называл самопознание началом спасения.

Человек, стремящийся ко смирению, должен быть внимательным к своим действиям и поступкам и так будет познавать свою нравственную испорченность и греховность. От этого познания в душе и рождается смирение. Один человек говорил старцу:

Батюшка, мне хочется много знать: и историю, и литературу, и математику; во все стороны тянет.

Познай самого себя. Молись. За многим погонишься - малое потеряешь. Как легко враг тебя ловит. Все равно чем - главное увлечь, отвлечь от Бога. Что он, дурак, что ли, не знает, какую тебе конфетку подсунуть?

Когда батюшку спрашивали: «Как мне спастись?», старец отвечал: «Это трудное дело, надо свое место увидеть, свои грехи, состояние, где находится человек».

Смирение, самоукорение.

Да уж сколько лет, батюшка, говорю себе: «Я - хуже всех», - и во все ямы помойные смотрю, говоря: «Я - как ведро помойное».

Это все на словах, а надо на деле.

В своих письмах старец желал: «Да умудрит тебя Господь и поможет прежде всего увидеть свои грехи...». Батюшка учил, что при искреннем смирении рождается правильный образ мыслей. Старец, имея обильный дар рассуждения, показывал ученикам, как стяжать начаток этого дара, ибо, по слову преподобного Иоанна Лествичника: «Рассуждение в новоначальных есть истинное познание своего устроения душевного», - к чему и приводил людей батюшка.

Оптинский старец Макарий писал, что Господь смотрительно попускает человеку впадать в страсти, чтобы более почувствовал свою гнусность и имел в помысле, что он хуже всех тварей.

Отца Иоанна однажды спросили: «Батюшка, а если сильно падет человек, может ли восстать?

Да, - твердо сказал батюшка, - и после падения какие светила были! Это тоже Господь попускает, чтобы человек чему-нибудь научился».

Батюшка для стяжания смирения развивал в своих чадах самоукорение, чтобы за все себя укоряли и не слагали вину на других.

Каждый на всю жизнь запомнил основное батюшкино наставление, произносимое им с исключительным чувством смирения: «Все - как Ангелы, я - хуже всех».

Он приучал, чтобы каждый, обращавшийся к нему, думал так о себе постоянно, но особенно в общении с людьми.

Вот еще некоторые его наставления:

«Самое верное - считай себя хуже всех».

«Поставь себя на последнее место. Ломай себя».

«Важно смиряться: “Я хуже других”. Кто здесь смирится, тот возвеличится».

«Осуждай себя и спокойна будешь».

«Надо думать всегда: “Я как помойная дыра, все осквернено, хуже всех”».

На вопрос: «Как смиряться?» - батюшка отвечал: «Себя укоряй. Когда другие укоряют, соглашайся. Считай себя хуже всех...». «Смотри почаще в помойное ведро, и ты - такая же...»

Более того, отец Иоанн не только призывает укорять себя, но и называет страшным такое душевное состояние, при котором человек не считает себя хуже других людей.

Так, в проповеди «О чудесном улове рыбы» он говорил: «Очень часто мы по своему самолюбию считаем себя не хуже других людей и по этой причине стремимся извинить себя, оправдать свои греховные дела, хотя в нашей душе скрываются и действуют различные похоти и страсти. Да сохранит Господь каждого из нас от такого страшного состояния».

Одного семинариста, которому трудно было жить в комнате с другими студентами, батюшка спросил после летних каникул:

Что это ты два дня как приехал, а ходишь, как мертвый? С кем хоть живешь?

Нас четверо в комнате.

Помни: «Все, как Ангелы, я - хуже всех». Будешь так думать, все мило сердцу будет. Когда пришли твои соседи, что делают - не твое дело. Иначе и в доме Божием будешь жить, а Бога не увидишь. И еще помни: тело... в землю пойдет, главное - дух бодрым держать!

Многим новоначальным как пример самоукорения батюшка приводил кожевника из древнего сказания (из «Отечника» святителя Игнатия Брянчанинова). Однажды Антоний Великий во время молитвы услышал глас: «Антоний! Ты еще не пришел в меру кожевника из Александрии». Услышав это, старец поспешно пошел в Александрию. Кожевник очень удивился, увидев у себя преп. Антония. Старец спросил кожевника о его делах. Тот отвечал: «Не знаю за собой, чтоб я сделал когда-либо или что-нибудь доброе. Поэтому, вставая рано утром, прежде чем идти работать, говорю себе: “Все спасутся, один я погибну”. Эти же слова все время повторяю в сердце моем». Услышав это, блаженный Антоний отвечал: «Поистине, сын мой, ты, сидя спокойно в доме твоем, стяжал Царство Божие, а я, хотя всю жизнь мою провожу в пустыне, не стяжал духовного разума».

Батюшка приучал всегда вину брать на себя, даже если и не виноват. Так, преподобный Варсонофий учит: «Если и обвинит тебя старец в том, в чем ты не виноват - радуйся: это весьма тебе полезно; если и оскорбит тебя, потерпи: Претерпевый бо до конца, той спасен будет» (Мф. 10, 22). Он говорил: «Всегда себя нужно обвинять, а то исповедуешь - все им другой виноват...».

Иногда батюшка испытывал, проверял человека, действительно ли он считает себя виноватым. Так, одна духовная дочь покаялась батюшке в грехе. Он спросил: «Ну, и кто виноват?». Она ответила:

Я виновата.

Ну, почему ты виновата? Там же и другие были, - мягко, будто не думает, что она виновата, сказал батюшка.

Конечно, я. Про других я не знаю, я одна виновата.

Несколько раз переспрашивал ее батюшка, но она действительно (по молитвам старца. - Я. М.) только себя считала виноватой.

Старец прививал человеку сознание своей немощи. Духовная дочь сказала о своем грехе:

Батюшка, я больше так не буду.

Так нельзя говорить, а то враг искусит.

Во! - батюшка поднимает палец. - Конечно, нельзя.

Помолитесь, чтобы мне не делать.

Молимся, а то, что бы было.

Батюшка учил, что нельзя ограничиваться одним желанием стяжать смирение, не прибегая при этом к внешним средствам и способам.

Однажды старца спросили: «Батюшка, вот в “Отечнике” сказано: “...Если нет в душе смирения, смиряйся телесно”, - как это?».

Когда ругают - не противоречь. Надо сеять каждый день.

Да что же я могу посеять?

Терпи, когда ругают.

Батюшка опытно учил своих чад смирению. Однажды молоденькая девушка, недавно пришедшая к батюшке, в разговоре с другими стала рассказывать о тех чудесах, которые она слышала о батюшке. Другая духовная дочь остановила ее и сказала: «Все это так, но в “Лествице” сказано: “Ищи старца... могущего уврачевать от духовной надменности”. Вот батюшка нас и врачует, а это большая редкость».

Святые отцы учат, что мало знать о смирении и самоукорении, но необходимо применять это все во всех случаях повседневной жизни. Преподобный авва Дорофей говорит: «Для приобретения смирения недостаточно одного самоуничижения, но нужно перенести и внешние поношения, и досады от людей».

Основываясь на учении святых отцов, схиархимандрит Иоанн говорил: «Унижения и поругания нам необходимы»; «Унижение - это хорошо».

Монахиня Акилина, алтарница Академического Покровского храма, духовная дочь старца, просила: «Батюшка, помолитесь за меня!» Старец отвечал: «Ты что думаешь, духовник нужен только, чтобы молиться? Нет, но чтобы и наставлять, и ругать».

Св. Иоанн Лествичник учит: «Смирение показывает не тот, кто сам себя осуждает, но кто принимает укоризны от других».

Прочитав об этом по указанию старца, один человек спросил:

Батюшка, почему Вы меня не ругаете?

Всему свое время.

Через несколько лет, когда батюшка стал часто и сильно его укорять, он уже спрашивал:

Батюшка, ну что Вы меня все время ругаете? Вы хоть скажите, за что? Я же все равно не понимаю.

Тебе и не надо понимать. Другим-то побольше достается.

Простите, виноват.

Вот, вот, это - начало.

Батюшка постепенно приучал каждого в ответ на обличение искренно говорить: «Виноват, батюшка, простите». Услышав эти слова, он иногда говорил: «С этого начинай!», как сказано у святых отцов: «Прежде всего, нужно нам смиренномудрие, чтобы быть готовым на каждое слово, которое слышим сказать: “Прости”».

Одна духовная дочь старца рассказывала, что, когда бы она ни приехала, он всегда ее укорял за то, что приехала не вовремя, пока она не научилась на все говорить: «Простите». «Приезжаю, батюшка в ризнице как бы насмешливо-презрительно спрашивает:

Ну что хоть ты ездишь, что тебе в Москве не сидится, что хоть тебе надо?

Хотела причаститься.

Что хотят, то и делают, когда хотят - тогда и приезжают. Что это ты вздумала причащаться, что это тебе в голову пришло?

Я уже месяц не причащалась.

Что вздумала сегодня приезжать? Времени нет. Ведь у меня и студенты, и лекции, вот сейчас проповедь писал. Если б ты была одна, ну, тогда еще... А так ведь выйти нельзя: то один, то другой.

Ну скажите мне день, когда можно приезжать, назначьте хоть раз в месяц.

Горе с вами, не понимают. Времени нет.

Может быть, завтра или потом когда-нибудь?

Завтра некогда.

Батюшка встает и идет исповедовать.

Иду за ним уже тихо плача, так как душа раскаялась, чувствую себя во всем виноватой, как маленький виноватый ребенок, перед батюшкой. Так постепенно привыкла просить прощения и считать себя во всем виноватой и все укоры заслуженными».

Воспитывая в людях безгневие и смирение, старец часто умышленно делал выговоры.

Например, духовная дочь привезла батарейки.

Батюшка строго спрашивает:

Ты почему мало купила?

Вы так сказали.

Кто так мало покупает? Покупать - так покупать. Почему только плоские? Надо было и круглые.

Сказали, только плоские.

Разве я тебе о круглых не говорил? Вот юродивая.

Учил батюшка духовной жизни всегда на примерах.

Духовная дочь отца Иоанна, работавшая в храме (в ее обязанности входило убирать ризницу), рассказывает: «Как-то я навела порядок в ризнице (не успела только вынести корзину с мусором) и про себя подумала: “Батюшка придет и похвалит за чистоту”». Но каково же было мое удивление, когда я после обеда пришла в ризницу, за рабочим столом сидел батюшка, а на полу и на столах был разбросан мусор из корзины.

Батюшка строго спросил меня, почему я ничего не убрала. Я ничего не могла понять, быстро убрала и машинально попросила прощения. Через несколько минут, немного успокоившись, я спросила: «Батюшка, какой смысл и есть ли от этого польза - просить прощения, если я не чувствую себя виноватой?»

Батюшка ответил: «Пусть сегодня ты не виновата, но вспомни, разве не бывало так, что ты на улице бросала ненужные бумажки, или дома не убирала за собой. Вот за это и проси прощения. Всегда, когда за что-нибудь ругают, нужно искать причину своей виновности, если не теперь, то за прежние грехи».

Батюшка часто в разговорной речи употреблял образные выражения:

«Живешь, как отживаешь».

«Вместо головы - болван».

«Грешить ты мастер».

«Толку с тебя никакого нет».

«Умрешь с таким народом».

«Эх ты, чудило». «Чудак, чудачка».

«Девка юродивая».

Иногда старец в разговорной речи использовал резкие слова. Но духовная их сила была столь велика, что люди не только не обижались, но и получали через его наставления великую духовную пользу. Одному студенту говорил: «Помнишь, как у аввы Дорофея сказано? Так и тебе - один камень положишь, а ты 5 снимешь, и так все время. Все сидишь на пепелище. Начинай исправляться с сегодняшнего дня».

Человек ходил за батюшкой, просил поисповедовать, потом ушел в храм, вскоре его позвали. Батюшка говорит: «Где ты ходишь, то под ногами мешаешься, а когда надо, так нет его, что ты хочешь?».

Одной духовной дочери, стоявшей перед ризницей и боявшейся подойти к старцу, он, проходя мимо, сказал: «Ну что ты здесь торчишь? Что выставилась? Что тебе надо?» Другой, рассказывавшей батюшке, что многие обращаются к ней за советом, старец ответил: «Сама-то, невыпеченный пирог, - заплесневела вся». Третьей говорил: «Какая ты бестолковая, недоученная, недоделанная».

Батюшка учил принимать обличения и не смущаться. Одному человеку он говорил: «Душа не терпит твоя укора, очень внутренне смущается. Будь простым, и напряжение пройдет, а это значит: “Я хуже всех, всем должен, какое могу добро делать, всем - мое почтеньице”».

Батюшкины обличения помогали выявить внутреннее состояние: на самом ли деле человек считает себя грешным, достойным любого уничижения, или возмутится, поропщет.

Преподобный Варсонофий Великий учит: «Писание говорит: Виждь смирение мое и труд мой и остави вся грехи моя (Пс. 24, 18) Итак, кто соединяет смирение с трудом, тот скоро достигает цели. Имеющий смирение с уничижением тоже достигает, ибо уничижение заменяет труд».

Отец Иоанн сам в одном из писем объясняет, почему так необходимы людям уничижения, обличения, а не только проявления любви. Он пишет настоятельнице монастыря: «Что касается N, то мое благословение Вам и Божие поступать с ней построже и не покрывать ее самоволие и явное греховное житие, но запрещать и отсекать все греховное строгостью... Потому что ее действиями могут соблазниться многие и погибнуть, а мы с Вами дадим ответ пред Богом. Вспомните св. Иоанна Предтечу Господня, который постоянно обличал (Выделено мной. - Н. М.) даже царя, говоря: “Недостойно иметь тебе жену Филиппа брата твоего”. И это нужно потому, что такие люди уже бывают неспособны прийти в чувство от кротких слов или проявленной к ним любви.

От этого они еще хуже становятся и грешат открыто и нагло. Вот почему мы должны поступать с такими людьми подобно врачу, применять операционный нож для удаления злокачественной болезни. Безусловно, операция без боли не проходит, но зато посредством ее сохраняется жизнь человека, а ведь здесь речь идет о бессмертной душе».

Преподобный Иоанн Лествичник учит: «Если кто отвергает от себя праведное или неправедное обличение, тот отвергается своего спасения, а кто принимает оное со скорбью или без скорби, тот скоро получит прощение согрешений».

Этим-то спасительным путем обличений вел многих духовных чад отец Иоанн.

Игумен Марк (Лозинский), близкий духовный сын батюшки, говорил старцу: «Ты меня столько ругаешь, я, наверное, святым буду». Ощупывал руками голову и, шутя, спрашивал: «Посмотри, у меня нимба еще нет? Я еще не святой?»

Чтобы хотя отчасти представить образ действий старца, приведем еще несколько конкретных примеров из его бесед с разными духовными детьми.

Человек входит в ризницу. Батюшка строго:

Ну что у тебя, быстро говори.

У меня старый грех, который меня сейчас мучает.

У тебя новых грехов не счесть. Старый! - с усмешкой говорит батюшка. - Душа так и липнет к греху, не можешь мимо пройти.

Болезненная девушка после отпуска говорит: «Батюшка, я отдохнула. Сейчас вроде крепче себя чувствую». Старец отвечает:

Да, крепче. Набралась вся греха, вот и крепче.

Юноша после батюшкиных укоров говорит:

Я переживаю, больно, что я хуже N.

Ты не только его хуже, ты всех хуже. Все, как Ангелы, а мы что с тобой?

В другой раз этому же человеку на такие его слова батюшка дает другой ответ (в зависимости от состояния души человека):

А ты старайся не отставать, старайся тоже лучше становиться.

Одна миловидная девушка говорит батюшке о своем тщеславии. Он строго:

Да ты на себя-то посмотри, иные люди хоть внешне хороши - лицо, фигура. А ты же просто, как обезьяна какая. Чем нам с тобой тщеславиться? Напоминает ей басню Крылова «Зеркало и обезьяна».

К батюшке начал ходить молодой человек, самолюбивый, тщеславившийся своими знаниями, мыслями. Старец всегда разговаривал с ним строго, высмеивал его мысли, особенно те, которым тот верил и считал правильными. Наконец, человек не выдержал и сказал: «Батюшка, Вы совсем меня не любите, даже и не помните обо мне, и мать моя мне также говорит».

Батюшка серьезно ответил: «Не за что любить, тут с грехами твоими надо бороться, а не любить. А матери скажи: “Я батюшке не нужен, а вот он мне нужен всегда, чтобы посоветоваться”». Как ни странно, именно эти строгие слова как бы открыли истину человеку и крепко привязали к старцу. Он рассказывал, что после этих слов почему-то чувствовал в сердце радость: какой батюшка близкий, родной, как о нем заботится. Суровое слово старца побудило молодого человека предать себя ему в полное послушание и оставить свои мысли.

Благочестивая девушка из строгой семьи, прочитала по совету старца книгу аввы Дорофея. Узнав из нее, что терпение укоров приводит к смирению, подумала, что батюшка ее просто так ругает, не за дело. Она поехала к старцу и сказала:

Батюшка, у меня помысл, что Вы меня иногда не за дело ругаете, а так - для смирения.

Батюшка (резко):

Это враг тебя сбивает. Кто это будет без дела ругать? А в тебе, вон, мусора сколько. Пьяная вся от страстей!

Эти слова поразили и отрезвили девушку, которая до сих пор в глубине души считала себя хорошей, живущей по заповедям (никому плохого не делала, никого не обижала, в храм ходила и т. п.). Заставили глубоко заглянуть в свое сердце и начать с батюшкиной помощью борьбу с внутренними страстями. Впоследствии она говорила, что после этих слов у нее появилось большое желание и стремление познать себя, увидеть внутреннее состояние души и очиститься. Так батюшка возродил ее к духовной жизни.

Духовная дочь старца летом отдыхала у верующей благочестивой пожилой женщины Ф. Вернувшись, она сказала батюшке:

Батюшка, мне скучно было и неполно как-то с Ф.

Это от того, что греха не было, был бы враг - было бы лестно. Он бы подсыпал остроты.

Молодой человек, решив, что батюшка не так ведет его, не понимает его «тонкую натуру», приехав к старцу, сказал:

Батюшка, у Вас есть время? Я серьезно хочу поговорить.

У тебя всегда так: важную вещь несерьезной почитаешь, а как пустяк - так и серьезно.

Эти слова смели с души юноши всю внутреннюю шелуху и он смиренно исповедал старцу свои помыслы, уже одного себя только считая виноватым.

Батюшка наставлял человека:

Ты должен гнать все греховные мысли.

Да я, вроде, гоню.

Одну прогонишь, пять призовешь. Вот какой ты.

Человек спрашивает:

У тебя видимой полно.

Человек зашел в ризницу и просит:

Батюшка, помогите мне устроить мою личную жизнь.

За тебя простыми руками не возьмешься, надо рукавицы надевать. А устраивать жизнь надо. Погоди, поговорим еще с тобой...

Человек жалуется:

Батюшка, мама очень сильно меня ругает.

Смиряйся, говори: «Так все и есть, как она говорит».

Когда батюшка ругал кого-либо, то иногда говорил:

«Ты дождешься, ты у меня дождешься. Получишь по полной программе (или: “Спущу на всю катушку”)».

Эти слова пробуждали в людях страх Божий. Один человек вспоминал: «Самое сильное чувство, которое у меня было рядом с батюшкой, - это чувство, что тебя насквозь видно: душевное состояние, мысли, и благоговение; еще страх, что все грехи мои - это не безнаказанно. Душа стремится к батюшке и хочет ему все мысли сказать, но иной раз так страшно, что обойдешь ризницу далеко кругом, лишь бы батюшке на глаза не попадаться, а в голове все его слова: “Будь внимателен! Толку с тебя никакого нет. Не теряй время, спасайся!”»

Батюшка не допускал и малейшего самомнения в человеке.

Его духовная дочь рассказывает: «Как-то монахиня Серафима послала меня за малиной, мне удалось купить крупные, отборные ягоды. Прихожу, батюшка выходит навстречу:

Ну, ты что путешествуешь? Что там у тебя?

Да какая же это малина? Это не малина!

И уходит.

Я со страхом, что купила какую-то непонятную ягоду, да еще и батюшке ее принесла, подхожу к матушке Серафиме и спрашиваю:

Батюшка сказал: “Это не малина”. А что это?

Малина, деточка, малина. Это он так, чтобы не думала, что угодила».

В другой раз эта же девушка говорит батюшке:

Я вчера ехала в электричке и читала книгу о постриге монахини (не может дальше от страха выговорить).

И вдруг запах такой - прямо благоухание.

Батюшка строго:

От врага. Какое тебе там благоухание? От врага. Надо думать всегда: «Я - как помойная дыра, все осквернено, хуже всех».

Батюшка давал человеку возможность увидеть свое место, осознать свое состояние. Одному человеку, впавшему в тяжелый грех и в то же время говорившему о другом грехе, батюшка сказал: «На чепуху, мелочи обращаешь внимание, а главного не видишь! Ты - весь в грехах, как в тине, если б увидел, ужаснулся бы - это [тяжелый грех] тебе дано для вразумления, чтобы чувствовал и видел свою нечистоту».

Подобные обличения и укорения духовных чад использовали Оптинские старцы. Их ученики писали, что обличения Оптинских наставников часто бывали так болезненны для души, что «даже в голову ударяло».

А старец Макарий Оптинский сам пишет духовной дочери: «Выговоры должны показать тебе немощное твое устроение, которое исправится самоукорением и смирением. Если же я буду тебя только гладить по головке, то какая же будет тебе польза?».

Чтобы методы старца не показались слишком строгими, приведем хотя бы один пример воздействия древних святых отцов на своих учеников.

«Однажды в день торжества в монастыре аввы Павла на большом дворе множество монахов сидели за трапезой. Один молодой брат, взяв блюдо с кушаньем, довольно медленно нес его; настоятель подошел к нему и на виду у всех, замахнувшись, ударил его ладонью так, что удар слышен был всем. А сделал он это для того, чтобы показать смирение и терпение юноши. Юноша с такой кротостью духа принял это, что не только никакого слова не вылетело из уст его, ни малейшего ропота, но даже цвет лица его не изменился. И он дальше продолжал свое послушание. Всем мужам этим поступком было преподано особенное наставление, что отеческое наказание не поколебало смирения и терпения юноши, даже и зрелище такого множества не покрыло лица его краской стыда».

Отца Иоанна как-то спросили:

Батюшка, говорят, что Вы в молодости гораздо строже были.

Старец ответил, что наоборот, гораздо мягче в молодости вел чад. А потом прочел про Афонского старца, который очень был мягкий, чад не строго вел, а после кончины ни его самого, ни его чад земля не принимала. После этого Батюшка строже стал. Эти слова старца подтверждает такой случай. Однажды один человек с гордым характером, которого старец все время очень сильно ругал, презрительно с ним обращался, сказал:

Батюшка, Вы из меня веревки вьете.

Если я не буду из тебя веревки вить, то я в ад попаду.

Тогда человек смирился и все безропотно терпел.

К батюшке обращалось множество священнослужителей. Вот лишь один из советов, данных старцем священнику об отношении к пасомым: «Ты им не позволяй на голову садиться, а построже. Иначе тобой будут управлять, а им это не на пользу. Им лучше строгость».

Если батюшка видел, что человек не может терпеть укоров, он одним словом мог водворить в душе мир.

Однажды был такой случай.

Девушка поступила работать в Академию, несла послушание при храме. Батюшка ее поругает - она убежит, спрячется, долго ищут ее. Потом перестала прятаться, но что ей ни скажут - молчит, ничего не говорит. Так продолжалось несколько дней. Потом она убирала в ризнице, и батюшка пришел, опять ее поругал, она молчит, обижена. Батюшка помолился, потом, улыбнувшись, обратился к ней: «Слово не так сказал - и дружба врозь». Она рассмеялась, душа у нее вся открылась Старцу, и мир восстановился.

Однажды батюшка долго не принимал одного человека, которого перед этим часто ругал. Потом принял очень тепло, дал полную тарелку гречневой каши и сказал: «Когда поругать, когда и кашкой покормить».

Еще батюшка говорил: «Не всякую душу можно с плеча рубить, а то хуже будет. Не всякую “крутануть” можно. Некоторых надо потихоньку... Других я веду по-другому».

К каждому у него был свой индивидуальный подход.

Одна девушка впервые привезла к батюшке свою бабушку. В молодости эта старушка окончила Смольный институт, после революции не роптала, но считала, что интеллигентных людей осталось очень мало, внучке говорила, что время очень безнравственное: «Живете, как в зачумленном бараке, настоящих людей вы и не видели». Девушка очень боялась, что старец будет говорить с бабушкой так же, как с ней - резко, пренебрежительно, используя простые народные выражения. (Ее бабушка отличалась грамотностью речи, сама писала рассказы, которые были опубликованы).

Когда старушка вошла в ризницу, батюшка встал, предложил ей сесть, подвинул стул, усадил, спросил, удобно ли ей, как она доехала. Девушка была удивлена, увидев необыкновенно тактичное отношение батюшки. Затем она вышла.

Старец больше часа беседовал со старушкой. Вышла она со слезами на глазах, лицо ее все светилось детской радостью. Первое, что она сказала внучке: «Как с родным отцом поговорила, такое понимание, участие», - и тихо заплакала. Внучка впервые увидела, чтобы ее сдержанная, всегда подтянутая, необыкновенно умеющая владеть собой бабушка плакала. Успокоившись, она сказала: «Это - истинный интеллигент, какой у него такт, какое внутреннее благородство, какая самоотверженность. Теперь я за тебя спокойна». Еще она радовалась, что наконец-то услышала чистую правильную русскую речь: «Какой слог!». И сказала, что батюшка очень бодр и молодо выглядит. Дал ей икону, крест, просфору, антидор. Но больше, как внучка ни спрашивала, бабушка ничего не рассказывала ей о содержании беседы. Имя отца Иоанна она произносила с тех пор с величайшим благоговением (что было ей несвойственно по отношению к современникам), стала каждый день читать акафист Иисусу Сладчайшему, говеть и причащаться раз в месяц, вообще заметно смягчилась и изменила свое суровое отношение к окружающим.

Кончина ее была истинно христианская.

Батюшка всегда учил, чтобы человек укорял не других, а себя.

Однажды один священник сказал ему, что сейчас время тяжелое, т. к. раньше народ был другой, лучше. Батюшка воодушевленно возразил: «Нет! И сейчас, если подсказать человеку, то так сердце разгорается. Некому подсказать!... А так всегда было, надо терпеть немощи свои и ближнего». Еще батюшка говорил, что и сейчас какие хорошие есть люди... «Как молния на небо всходят!».

Еще одним методом обучения смирению батюшки было то, что он не давал человеку надеяться на свои подвиги, молитвы.

Батюшка рассказывал: «Ко мне ходил один самочинный, а я специально, как придет, выбивал его из колеи, чтобы понял, что главное - смирение». Так он сам говорил: «Как приду к тебе - так всю мою жизнь разобьешь».

Духовный сын старца рассказывал: «Как-то я сказал батюшке, что от него люди тепло получают. Батюшка рассердился: “Ты все фантазируешь. Тепло - это дар, его надо заслужить подвигом”.

Каким подвигом?

Всей жизни подвигом.

Позже я спросил:

А можно мне в среду и пятницу без постного масла есть?

Ешь, как все люди, и не выдумывай!

А ночью молиться?

Днем молись.

А как же подвиг? Вы же говорили?

Смиряйся, вот и подвиг. Благодари за все».

Батюшка приводил ко смирению не только укорами, обличениями. Методы его были крайне разнообразны. Входит, например, человек к батюшке. Старец сидит за столом, спиной к вошедшему и пишет.

Батюшка, благословите!

Молчание, батюшка не поворачивается. Не обращает никакого внимания. Так человек долго стоит, становится ему стыдно, вспоминает свои проступки, молится. Наконец, батюшка встает, поворачивается:

Так, ну, быстро рассказывай - что у тебя?

А человек уже совсем в другом состоянии по сравнению с тем, в каком вошел.

Иногда и по-другому, не ругая, мог смирить душу. Человек рассказал о своей жизни, а батюшка говорит: «Мне за тебя стыдно». Эти слова вызвали у человека сильное раскаяние.

Смирял и тем, что не брал приносимое ему или брал с пренебрежением.

Вообще многие чада отмечали, что, бывало, батюшка и резко ругает, вся душа дрожит, а он вдруг в ту же минуту говорит с тобой тихо-тихо, чувствуешь, что мир у него внутри нисколько не потревожен, просто в тот момент человеку нужно поругание. Возмущение его было внешним, чтобы показать, насколько вредно для души нарушение заповеди Божией.

В зависимости от состояния души приходящих к старцу, форма общения его была очень разной: от резкой, обличительной до самой отечески любящей, ласковой. Один священник так сказал об этом: «В нем проявлялось индивидуальное творчество пастырского служения, как результат действия благодати». Для всех он был самым родным и близким человеком.

Главное, батюшка приводил к смирению всем образом своей жизни. «Отец Иоанн - образ истинного смирения. Знаю об этом из личного опыта общения с батюшкой», - пишет доктор церковной истории К. Е. Скурат.

И все, кто обращался к нему, знают, что дух смирения, обитавший в старце, изливался на каждого в той мере, в которой человек мог это вместить. Тогда на душе становилось тихо-тихо, и она исполнялась чувством собственного недостоинства, ничтожества.

В такие минуты некоторым людям старец говорил, что они должны «всех вокруг крепить своим смирением, всех утешать».

Рядом со старцем отлетало все ненужное, суетное, наносное. Человек становился самим собой и получал редкую возможность видеть себя как бы со стороны, таким, каков он есть. Каждый сам ощущал свои грехи и невольно приходил к искреннему раскаянию.

По изданию: Маслов Н. В . Схиархимандрит Иоанн (Маслов). Его пастырская деятельность и богословское наследие.