Федеральное агентство связи

Государственное образовательное бюджетное учреждение

Высшего профессионального образования

«Сибирский Государственный Университет

Телекоммуникации и Информатики»

Кафедра СПП

Реферат на тему:

««Цифровое неравенство» как проблема становления информационного общества»

Выполнил:

студентка гр. ИВ-14

Шулбаева Е.И.

Проверил:

Гилев А.Ю.

Новосибирск, 2014

Введение.....................................................................................................................................3

Понятие «цифровое неравенство»........................................................................................4

Определение цифрового неравенства...................................................................................5

Основные причины возникновения социальных дистанций в информационной сфере.............................................................................................................................................6

Литература..................................................................................................................................18

Введение

Информационное общество отражает сегодня проблемы социальных отношений: имея огромный внутренний демократический потенциал, позволяя сделать открытым для граждан любое государственное учреждение или частную компанию благодаря обнародованию разнообразных сведений и организации доступа к ним, это общество, как и традиционные, оказалось неоднородным, поделенным на страты, на богатых и бедных. Граница пролегает теперь между теми, кто располагает техническими возможностями и необходимым образовательным уровнем для пользования интернетом, и теми, кто из-за отсутствия средств на приобретение компьютеров и низкой квалификации в области информационных технологий не имеет выхода в глобальную Сеть. Это неравенство проявляет себя и в использовании новой телефонии, и в получении сведений из различных источников информации, в том числе и из прессы, чья розничная цена недоступна для широкого круга покупателей.

В последнее время разрыв между богатыми и бедными в сфере информации стал все больше и больше обусловливаться технологическими характеристиками, когда быстрое распространение средств коммуникации стало охватывать лишь некоторые слои пользователей, в то время как прочие вынуждены довольствоваться стремительно устаревающей техникой. Этот разрыв получил название цифрового, или информационного, неравенства.

Но если при выборе компьютера, телевизора или радиоприемника или покупке мобильного телефона речь идет о возможностях конкретного человека, то технологический разрыв означает отставание целых государств и континентов от тех, которые вырвались вперед. В век, когда информация определяет развитие производственных мощностей, воздействует на экономику и политику, цифровое неравенство оборачивается новыми социальными проблемами для тех стран, чей экономический и интеллектуальный потенциал и так не был высок. Из-за этого бедные становятся еще беднее, а богатые еще богаче. По оценкам мировых исследовательских организаций, на долю развивающихся стран приходится не более 15% пользователей информационно-коммуникационных технологий (включая интернет).

В докладе, подготовленном исследовательской группой по цифровым возможностям, которая была создана по решению лидеров ведущих стран мира – «Большой восьмерки» (в ее работе автор принимал участие), экспертами отмечались цифровые неравенства, возникающие даже в развитых странах.

Эти разрывы есть в использовании информационных технологий между старшим и младшим поколениями, мужчинами и женщинами, малым и большим бизнесом, жителями городов и удаленных территорий, между странами, регионами и даже цивилизациями. Требует своего осмысления и тенденция отказа некоторых социальных групп, располагающих финансовыми и образовательными возможностями, от пользования интернетом, обращения к новым технологиям. За ней стоят просчеты государственной политики, которая пока не способствует утверждению соответствующих времени способов взаимодействий людей в виртуальном пространстве.

Проблема очень актуальна и для России, поскольку наши усилия в строительстве информационного общества серьезно ограничены экономическими ресурсами. Падение тиражей российской прессы в 90-х годах свидетельствовало о том, что низкая покупательная способность граждан не позволяет им быть в курсе событий, получать необходимую информацию. Этот же фактор мешал компьютеризации. Сегодня мы замыкаем список развитых в экономическом отношении стран по количеству пользователей интернетом, хотя их количество растет и, как отметил Президент Российской Федерации В.В. Путин в Послании Федеральному Собранию Российской Федерации, сегодня, по оценкам, около 10 млн. человек в России пользуются интернетом.

Цифровое неравенство подчас делает Россию неконкурентоспособной в сфере бизнеса, образования, рационального использования трудовых ресурсов.

Усилия нашего государства для решения этой проблемы направлены на создание необходимой информационной инфраструктуры, внедрения техники и технологий нового поколения, повышения грамотности населения. В январе 2002 года Правительством Российской Федерации была принята Федеральная целевая программа «Электронная Россия (2002–2010 гг.)» .

Однако проблема имеет глобальный характер. Представители Российской Федерации входят в международные организации, работающие над созданием концепции преодоления технологического разрыва между странами3 . Особенно ценным представляется опыт Целевой группы по информационным и коммуникационным технологиям ООН, которая на уровне Объединенных Наций разрабатывает меры преодоления цифрового неравенства. Его обобщение также является актуальным.

Проблемы информационного общества, информации как производительной силы попали в центр внимания философов, политологов, социологов, специалистов других гуманитарных и технических наук после второй мировой войны, когда экономики стран Западной Европы и Северной Америки сделали качественный рывок в своем развитии. Постиндустриальная эра стала временем формирования новых идей о коммуникативной, информационной природе общества. Первым специально разрабатывать эти проблемы стал Норберт Винер, за ним многие другие теоретики. Большое влияние на формирование подходов к информационному обществу сыграла трилогия Элвина Тоффлера «Шок будущего» , «Третья волна» и «Метаморфозы власти» . В ряду важных работ по теме необходимо выделить книги испанского социолога Мануэля Кастельса, который в одной из них, «Информационная эпоха» , дал периодизацию последнего этапа развития человечества с точки зрения внедрения и распространения информационных технологий, расширения сферы непроизводственной занятости населения в экономически развитых странах. Не менее интересным представляется его же исследование «Галактика интернета: размышления об интернете, бизнесе и обществе». Значительный интерес к данной тематике проявляли и те, чей вклад в прогресс информационных технологий неоспорим.

Отечественные теоретики обратили внимание на данную проблематику еще в 80-х годах, но тогда их исследования были в значительной степени идеологизированы. Однако затем научная объективность и основательность проработки темы стали присущи работам российских авторов.

Большое внимание в нашей стране уделялось также обобщению и анализу зарубежного опыта развития информационных технологий. Здесь особенно выделяются труды профессора Е.Л. Вартановой, которая на примере стран Северной Европы показала основные тенденции развития информационных процессов и проблемы обществ с развитой экономикой в условиях их глобализации.

Определение цифрового неравенства

Цифровое неравенство определяется как расслоение общества и государств по возможности получать и использовать информацию, передаваемую с помощью новых информационно-коммуникационных технологий. Автор рассматривает это явление в контексте общих

социальных процессов, в том числе экономических и политических, и это является новым подходом для отечественной науки. Цифровое неравенство – историческая категория, поскольку в нем отразилось предыдущее развитие стран и обществ. В то же время оно является отражением противоречий процесса глобализации.

Цифровое неравенство понимается автором как следствие экономического и технологического отставания отдельных групп населения, стран и даже целых регионов от прогресса в области образования и инфокоммуникаций, не регулируемого на государственном уровне, на уровне международного сообщества развития информационных процессов. Его можно охарактеризовать следующими положениями:

цифровое неравенство – социальный феномен, обусловленный противоречиями развития традиционных сфер деятельности людей, государственным устройством, экономическими и политическими отношениями; развитием уровня образования и культуры, жизни населения, состоянием институтов гражданского общества, степенью развитости средств массовой информации. Цифровое неравенство зависит от состояния в области прав и свобод человека; оно связано с темпами и способами внедрения новых технологий в быт личности;

цифровое неравенство – многокомпонентное целое, оно проявляется в затрудненном доступе к информационно-коммуникационным технологиям; в неготовности пользователей к работе с ними; в ограниченности национальных информационно-функциональных ресурсов; первые две составляющие позволяют представить цифровое неравенство как внутриэкономическое явление, третья – как феномен, существующий между странами;

это явление присуще самым разным обществам, в том числе и развитым в экономическом отношении, поскольку там разрыв между теми, кто имеет доступ к интернету, и теми, кто его не имеет, заметно увеличивает социальную дистанцию между гражданами;

цифровое неравенство меняет соотношение сил на международной арене, поскольку способствует формированию сообщества государств новой информационной культуры, установлению этими государствами нового мирового информационного порядка;

цифровое неравенство мешает не только тем, кто оказался во «втором эшелоне», но и самим странам нового информационного порядка в достижении мира и стабильности, укреплении собственной безопасности: информационные технологии делают государства зависимыми от техники и технологий, уязвимыми для внешних воздействий и террористических акций;

цифровое неравенство одновременно служит полем взаимодействия для сотрудничества государств с различным уровнем информационно-коммуникационной оснащенности;

цифровое неравенство, однако, не является следствием линейных социальных процессов. Страны с сильной экономикой и развитыми институтами политики и права имеют ограниченные преференции в информационной сфере, тогда как небольшие и даже отсталые государства, которые стали развивать новые технологии, смогли благодаря этому резко вырваться вперед, дать импульс в развитии своим экономикам, повысить благосостояние граждан;

цифровое неравенство преодолевается с помощью изменения ментальности граждан и социальных институтов, прежде всего, бизнеса; новое образование способствует обращению к возможностям интернета все большего количества людей; активность предпринимателей позволяет добиться прорыва в области освоения мировых рынков информационных технологий: успешное развитие фирм, их партнеров и смежников начинает определять поведение, предпочтения граждан, которые по прошествии короткого времени уже без интернета не представляют себе ни государственного управления, ни системы образования, ни экономики своей страны;

цифровое неравенство преодолевается и благодаря целенаправленной политике государства; повсеместно сегодня создаются так называемые электронные правительства, под которыми понимаются новые способы взаимодействия граждан и органов управления с помощью информационных технологий.

К сожалению, серьезных исследований, посвященных рассмотрению именно проблем цифрового неравенства, очень мало, и в основном в центре их внимания находится ситуация в беднейших странах.

Основные причины возникновения социальных дистанций в информационной сфере

Несмотря на то, что многие страны в проведении внутренней политики после второй мировой войны были уверены в жизненной необходимости преодоления социальных дистанций между людьми для создания устойчивого, бесконфликтного общества, противоречия не только не исчезли, а напротив, стали еще больше отделять одного человека от другого.

На расслоении общества сказывается множество факторов: история страны и ее взаимоотношения с окружающими государствами, состояние экономики и особенности политической системы, природно-климатические условия и ментальность населения. Преодоление различий между городом и деревней, людьми умственного и физического труда являлось объектом изучения философов, политологов, экономистов, ученых других специальностей.

На протяжении веков наблюдается связь между прогрессом в области науки и техники, которым обусловлено нынешнее состояние информационной сферы, и социальными отношениями.

«История последних веков наглядно показывает, что каждая научно-техническая революция в краткосрочной перспективе увеличивает расслоение общества, однако ее последствия уменьшают расслоение общества в более долгосрочной перспективе» , – с этим выводом нельзя не согласиться.

Такова была и история, например, средств массовой информации. Если первоначально печатные произведения, периодика были доступны немногим, то с распространением грамотности, удешевлением процесса производства книг, газет и журналов, повышением общего уровня жизни людей они стали не просто массовыми изданиями, а неотъемлемым элементом экономики, политики, культуры, традиций многих народов. По прошествии времени, когда это достижение человеческой мысли получило широкое распространение, оно позволило нивелировать различия между людьми, обеспечило масштабное продвижение вперед целых наций.

Это определило наступление эры развития информационных технологий, где проявили себя иные социальные дифференции. Материальное положение людей, их культурный и духовный мир теперь «измеряются» по новой «шкале»: возможностям и способам использования самых разных сведений, доступу к технологиям, обеспечивающим такое использование.

Однако феномен социальных дистанций в информационной сфере стал предметом рассмотрения ученых только недавно. Такие исследователи, как Норберт Винер, Герберт Маршалл Маклюэн, Уилбур Шрамм, Герберт Шиллер и другие, свое внимание уделяли макро- и микропроцессам в переживавшем преобразования человеческом сообществе: изменениям структуры социума, его культурной и производственной динамике или, напротив, психологическим трансформациям личности в связи с интенсификацией обменов сведениями.

Российские ученые, оценивая подходы зарубежных коллег к этим проблемам, указывали на закономерную в таких случаях «технократичность» и «психометричность» , на то, что усилия теоретиков были направлены на объяснение реалий информационного общества, его общих характеристик, на выявление основных факторы воздействия на человека.

Однако вследствие такого рассмотрения проблем информационное общество представало как отличное от традиционного общества. Эти «параллельные» миры – общество и информационное общество – в концепциях ученых были как бы каждый сам по себе, информационное общество стояло в стороне от социальных взаимодействий.

Этот взгляд на вещи изменился с новым масштабным развитием и внедрением компьютеров в практику работы многих фирм и отдельных людей в 90-е годы ХХ века, что заставило оценивать возникновение и становление информационного общества как вариант социальной модернизации. Такое рассмотрение проблем связано было, конечно, в первую очередь с тем, что информационные технологии проникли в экономику, стали ее движущей силой, изменили соотношение традиционных отраслей производства. Информация превращается в товар, который имеет свой рынок и определяет цену товаров на других рынках.

В условиях интенсификации информационных обменов на внутреннем состоянии отдельных стран сказались и их стартовые возможности в экономике и политике в момент наступления новой, информационной эры, состояние интеллектуального потенциала общества, науки и образования. Большое значение, как выяснилось, имеет характер национальных традиций, в том числе и в такой сфере, как средства массовой информации, в частности то, является тот или иной народ вербальным, для которого традиции устной речи доминирующие, или его культура основана на письменности. Крайне важны были и географические особенности страны, компактность или дисперсность проживания ее населения.

«Новые технические средства коммуникации – компьютеры, космические спутники, телевидение в сочетании с мощной расширяющейся системой корпоративного бизнеса, – по мнению Г. Шиллера, – помогли подтолкнуть Соединенные Штаты к центру мировой экономики» .

Впрочем, это вовсе не означало, что только те страны, которые имели сильную экономику и развитые институты политики и права, могут рассчитывать на автоматическое получение преференций в информационной сфере. Обнаружилось, что есть небольшие или даже отсталые в этом смысле государства, которые использовали открывшийся исторический шанс для продвижения вперед. К таким государствам относится, например, Ирландия, опыт которой будет рассмотрен ниже, или Индия, специалисты которой в области компьютерных технологий стали желанными сотрудниками в ведущих исследовательских и производственных центрах Западной Европы и Северной Америки.

Показателен путь Финляндии. Прорыв этой страны в области освоения мировых рынков информационных технологий связан с развитием фирмы «Нокиа», ее партнеров и смежников. Благодаря успешному бизнесу компании вся страна смогла сделать резкий рывок вперед, стать ведущим поставщиком средств мобильных телекоммуникаций . И это определило поведение, преференции граждан Финляндии: без интернета сегодня невозможно себе представить ни государственного управления, ни системы образования, ни экономики этой страны. Интернет – часть жизни финнов, благодаря ему они следят за новостями, делают покупки, учатся и работают.

Информационные технологии стремительно развиваются и охватывают на протяжении 90-х годов весь мир. Происходит модернизация международных отношений, в их основу ложится обмен информацией, причем это идет «поверх барьеров»: неконтролируемое виртуальное пространство одинаково доступно любому подключенному к Сети пользователю, вне зависимости от места его нахождения.

Это вызывает, как показывает политическая практика, не только положительные отклики государств, но и социальные страхи. Премьер-министр Гайаны сформулировал свои опасения следующим образом: «Нация, массовые средства информации которой контролируются извне, не является нацией» .

Все это свидетельствует о том, что возникновение и развитие информационного общества отражает существующие социальные противоречия и порождает новые. Так, в отдельных странах и в целом в системе государств мира не только не исчезли богатые и бедные, но, напротив, теперь их положение отличается и в виртуальном пространстве. Появление информационно богатых и информационно бедных внутри отдельных государств, присутствие или, напротив, отсутствие в глобальной Сети тех или иных стран объясняется, конечно, прежде всего экономикой и политикой.

Однако информационная сфера больше не является пассивным агентом этих отношений, она воздействует на социум, детерминирует развитие экономики и политики, определяет темпы роста производства, накопление интеллектуального богатства, формирование нового образа жизни. Это заставляет более активно действовать и пользователей Сети. Виртуальное пространство объединяет те слои населения Земли, которые добились для себя привилегированного положения в сфере информации.

И это значит, что внутри даже самых сильных государств есть аутсайдеры, которым недоступны технические новинки века, которые остались за пределами «территории» информации. А для межстрановых взаимодействий настоятельной потребностью становится создание современной коммуникационной инфраструктуры, без которой ни одно государство не сможет встать вровень с экономически развитыми. Дистанция между людьми и государствами не только не сокращается, а увеличивается.

Расслоение общества по возможности получать и использовать информацию, передаваемую с помощью передовых технологий, обобщенно называется цифровым неравенством (цифровым разрывом).

«Разница между богатыми и бедными – вот что прежде всего определяет глубину цифрового разрыва как между странами, так и между социальными слоями внутри этих стран. Это происходит в силу того, что доступ к информационным технологиям ограничен высоким «денежным порогом» – как для государства, так и для населения» .

Возникновение информационного неравенства, т.е. разделения стран по уровню «информационного развития», связано с тем, что экономика традиционно ориентируется на платежеспособный спрос населения. Сегодня в мире насчитывается около 100 млн. людей, имеющих доход более 20 тыс. долл. США в год. Они и могут воспользоваться всеми благами процесса информатизации, а вот остальная часть населения может из этого процесса выпасть. Об этом говорит и то, что сегодня из 6 млрд. жителей Земли 4,5 млрд. людей находятся в развивающихся странах, 80% из которых не пользуется телефоном, а половина из них телефона даже не видела. Такие диспропорции, конечно, создают большие проблемы для глобального развития экономики.

Ключевым показателем качества информационного обеспечения является степень использования населения той или иной страны интернета. С этой точки зрения лидирующей страной в мире являются Соединенные Штаты, где интернет систематически посещают 66% взрослого населения, т.е. около 137 млн. человек. Как полагают эксперты, Европа достигнет такого уровня пользования возможностями виртуального пространства только к 2006 году. В 2001 году доступ к Сети в Европе имело около 116 млн. чел. Самая большая интернет-аудитория в Старом Свете находится в Германии – больше 30 млн. пользователей. На втором месте Великобритания – 20 млн.

Есть цифровой разрыв и в Европе. Отмечено, что если в странах на Севере континента (Швеция, Дания, Норвегия, Нидерланды) распространение интернета в семьях составляет свыше 30%, то на Юге (Греция, Португалия, Испания, Италия) этот показатель значительно ниже – около 4–10% .

Но и в самих этих странах положение групп населения существенно разнится. Цифровой разрыв между гражданами огромен даже в США. В сентябре 2001 года Бюро по переписи населения, входящее в американскую Администрацию по торговле, экономике и статистике, совместно с национальной Администрацией по телекоммуникациям и информации провело масштабное исследование по проблемам использования интернета в этой стране. В общей сложности было опрошено более 57 тыс. домохозяйств и 137 тыс. физических лиц по всей территории Соединенных Штатов. Результаты обследования были проанализированы и опубликованы в виде доклада в феврале 2002 года.

Был выявлен стремительный рост использования новых информационных технологий во всех демографических группах и географических регионах. Ежемесячно число пользователей интернета в США увеличивалось на два миллиона человек. Исследователи обращали внимание на уровень жизни респондентов, их этническое происхождение, место жительства. Оказалось, что в США все более высокий процент населения захватывается процессами информатизации, причем эти процессы противоречивы, нелинейны:

с декабря 1998 по сентябрь 2001 года число лиц с самым низким уровнем доходов (менее 15 тыс. долл. США в год), использующих интернет в домашних хозяйствах, увеличивалось на 25% ежегодно, в то время как использование интернета в домашних хозяйствах лицами с наиболее высоким уровнем доходов (75 тыс. долл. США в год и более) – только на 11% в год;

с августа 2000 по сентябрь 2001 года использование интернета среди чернокожего населения и лиц испанского происхождения увеличивалось ежегодно соответственно на 33% и 30%. Среди белого населения, американцев азиатского происхождения и жителей тихоокеанских островов в течение того же периода наблюдался ежегодный рост числа пользователей интернета на 20%;

с 1998 до 2001 год прирост числа пользователей интернета среди людей, живущих в сельской местности, составлял в среднем 24% ежегодно; процент пользователей интернета в сельских районах (53%) к 2001 году почти достиг среднего показателя по стране (54%)

Американцы подключаются к Сети для осуществления все расширяющегося диапазона видов деятельности: в 2001 году 45% пользовались электронной почтой, почти треть с помощью интернета вела поиски информации о товарах и услугах, 39% совершали покупки.

Дети и подростки в большей степени включены в информационные взаимодействия, чем любая другая возрастная группа: 90% детей в возрасте от 5 до 17 лет (или 48 млн. человек) в 2001 году использовали компьютеры; 75% детей 14–17-летнего возраста и 65% детей 10–13-летнего возраста пользовались интернетом. Домашние хозяйства с детьми до 18 лет чаще имеют доступ в интернет (62%), чем домашние хозяйства, не имеющие детей (53%), и чем домашние хозяйства, не являющиеся семьями (35%). Компьютеры в школах существенно уменьшают разницу в использовании этих технических средств детьми из семей с высоким и низким уровнем доходов. Вообще американцы все чаще пользуются компьютерами и интернетом не только дома, но и на рабочем месте, в школах, университетах и т.д.

Несмотря на столь впечатляющие успехи США в области распространения информационно-коммуникационных технологий, в американском обществе есть две большие группы граждан, которые не пользуются услугами Сети: неподключенные и отключившиеся от интернета.

К их числу относятся семьи с низким уровнем дохода (интернет не используют 75% людей, живущих в семьях, в которых годовой доход не превышает 15 тыс. долл. США, и 66,6% лиц, чей семейный доход составляет от 15 тыс. до 35 тыс. долл. США в год); лица с низким уровнем образования (интернет не используют 60,2% граждан старше 25 лет, окончивших только среднюю школу, и 87,2% взрослых с уровнем образования ниже среднего); лица испанского происхождения (интернет не используют 68,4% испаноязычного населения и 85,9% семей, где испанский является единственным языком общения) и афроамериканцы (60,2%).

На высокую стоимость использования интернета указывает в ходе социологических опросов большинство респондентов из домашних хозяйств, не подключенных к нему. Эти, а также другие причины отказа от интернета, заставили многие американские домашние хозяйства прекратить им пользоваться (3,6 млн. человек, или 3,3% от всех американских домашних хозяйств в сентябре 2001 года). Домашние хозяйства с доходами ниже 50 тыс. долл. США указали в качестве основной причины то, что интернет – это «слишком дорого»

Однако некоторые домашние хозяйства и не хотят подключаться к Сети из соображений личной безопасности. Охрана частной жизни, конфиденциальность сделок в интернете не кажется этой категории людей высокой и надежной.

Некоторые семьи, особенно те, в которых есть дети до 18 лет, отказываются от домашнего соединения с интернетом из-за того, что в Сети размещается самая разная информация, в том числе неподобающего для несовершеннолетних содержания.

В целом существующее в США цифровое расслоение характеризуется следующим:

выпускники колледжей или университетов имеют в восемь раз больше компьютеров в домашнем пользовании, чем те, кто окончил только среднюю школу, а среди последних число имеющих доступ в интернет в 16 раз меньше, чем среди первых;

число семей с высоким уровнем доходов, проживающих в городских регионах и имеющих доступ к интернету, в двадцать раз больше, чем аналогично оснащенных семей в сельских регионах и с низким уровнем доходов;

дети в белых семьях с низкими доходами в три раз чаще пользуются интернетом по сравнению с аналогичными негритянскими семьями и в четыре раза – по сравнению с семьями латиноамериканского происхождения;

богатые семьи на тихоокеанском побережье США имеют в 13 раз больше домашних компьютеров, чем бедные негритянские семьи, и в 34 раза чаще пользуются интернетом;

дети в белых семьях с двумя родителями в два раза чаще пользуются интернетом, чем дети в белых семьях с одним родителем; дети в негритянских семьях с двумя родителями имеют почти в четыре раза больше возможностей доступа в интернет, чем дети из негритянских семей с одним родителем.

Наличие цифрового расслоения приводит к неравенству граждан не только в получении новейших видов услуг, предоставляемых через интернет, но и в реализации конституционного права на равноправный доступ к государственным информационным ресурсам. Озабоченность проблемой цифрового расслоения в США существует на всех уровнях власти, она рассматривается американским правительством и частным сектором экономики как ключевая для будущего страны6 .

Но есть и существенные социально-психологические стимулы подключения к интернету. Как правило, адаптация всех новых технологий начинается медленно. На определенном этапе их распространения запускаются новые механизмы, и количество пользователей стремительно растет. С насыщением рынка этот процесс замедляется, поскольку большинство людей, которые хотели иметь новшество, уже имеют его.

В целом, адаптация технологии не происходит однородно в масштабах всей страны. Степень распространенности факсовых аппаратов, к примеру, намного выше в сфере бизнеса, чем в домашних хозяйствах. Факс никогда не конкурировал с телефоном или почтой в домашних коммуникациях, в то время как для бизнеса имеется значительная ценность в мгновенной передаче документов.

С интернетом дело обстоит иначе: если семья человека, его друзья и более широкий круг общения являются пользователями Сети, то это становится стимулом и ему самому подключиться к интернету. И наоборот, если в семье человека, среди его друзей или знакомых немного тех, кто пользуется интернетом, то и его стимул подключаться невысок.

Бурно развивающаяся в последние годы электронная торговля, под которой понимается использование целого спектра средств связи (телефона, факса, кредитных карточек, банковских автоматов, телемагазинов, обменов электронными базами данных, интернета и др.) для осуществления коммерческих сделок, также заставляет все новые и новые слои населения подключаться к сети. Только в США оборот в сфере деятельности, связанной с интернетом, в 1999 году составил 507 млрд. долл. США и обеспечивал работой 2,7 млн. американцев.

В настоящее время уже 30% прироста валового внутреннего продукта США возникает именно за счет информационных технологий. По уровню продаж эта отрасль уже обогнала и авиационную, и автомобильную промышленность и фактически стала локомотивом американской экономики.

Вывод специалистов во многом парадоксален: в ближайшие три-четыре года проблема цифрового неравенства в США и Западной Европе будет решена, но при этом «за бортом» все равно останется 25% населения.

Существуют и особые, отличные от традиционно рассматриваемых факторы, обусловливающие неравномерность распространения информационно-коммуникационных технологий. В этом убеждают примеры тех стран, которые в экономическом или политическом отношении никогда не были влиятельными на мировой арене и только теперь благодаря освоению рынка информационных технологий стремительно вырвались вперед, стали ведущими поставщиками технологий и «законодателями мод» в установлении нового стиля жизни.

Очевидны в этой связи успехи такой небольшой страны, как Ирландия. Ее правительство, о чем еще будет сказано, вело на протяжении последних лет исключительно прагматическую политику в отношении иностранных инвестиций, особенно в области информационных технологий. К моменту начала освоения этих технологий уровень экономического развития страны был относительно высок, впрочем, на таком же уровне развития находились и десятки других стран. Но только здесь удалось значительно увеличить потребление информационных технологий.

Причина в том, что в 80-е и особенно в 90-е годы в стране последовательно реализовывался комплекс мер по превращению Ирландии в ключевого игрока на европейском рынке информационных технологий, прежде всего в области производства и торговли программным обеспечением. К 1997 году в Ирландии работало 1100 иностранных компаний, каждая десятая из которых относилась к сектору информационных технологий. Семь из десятки крупнейших мировых производителей программного обеспечения имеют в Ирландии дочерние фирмы или филиалы, в том числе «Майкрософт», «Новел», «Инфомайкс», «Корел» и другие.

Деятельность зарубежных компаний по производству программного обеспечения весьма широка и состоит в базовой разработке, «подгонке» продукции под требования пользователей, тестировании и т.д. Разрабатываемое в Ирландии программное обеспечение применяется в сотовой связи, электронике, инженерном деле, планировании ресурсов предприятий, управлении базами данных, банковском и страховом деле, для обеспечения безопасности в интернете.

И все же основной специализацией страны в сфере высоких технологий является обработка данных и производство программного обеспечения. Всего в 1998 году этот сектор информационных технологий насчитывал 760 компаний, в которых было занято 21 630 человек . Совокупный оборот этих компаний составил 7,4 млрд. долл. США, а объем экспорта – 6,6 млрд. долл. Лишь 120 из этих компаний были иностранными, однако именно они обеспечивали 83,5% оборота и 87,6% экспорта этого сектора. По данным Организации по экономическому сотрудничеству и развитию, в 1998 году Ирландия занимала первое место в мире по объему экспорта программных продуктов – 3,29 млрд. долл. США, обгоняя даже Соединенные Штаты (2,956 млрд. долл.). 55,5% экспорта программного обеспечения стран Европейского союза приходится на Ирландию.

Компании, предоставляющие консультационные услуги и услуги системной интеграции, используют Ирландию в качестве базы для оказания поддержки международных клиентов, оказывают техническую поддержку покупателям по всему миру благодаря бесплатным телефонным центрам, находящимся в Ирландии. Некоторые компании по производству программного обеспечения, начинавшие как маленькие фирмы, в настоящее время являются лидерами своих рынков, вводящими новые продукты и предлагающими решения с использованием технологий интернета. Высокоэффективная система распределения позволяет в течение 24–48 часов доставить товар в любую точку Европы автомобильным транспортом. Все большее число компаний получают дополнительные преимущества путем размещения в Ирландии общеевропейских отделов логистики.

Успех Ирландии в развитии современных отраслей информационных технологий определялся, с одной стороны, благоприятными предпосылками, с другой – эффективной промышленной политикой правительства.

К числу преимуществ следует отнести:

принадлежность Ирландии к Европейскому Союзу и отсутствие торговых и иных барьеров для вхождения на европейские рынки;

наличие относительно молодой и дешевой рабочей силы8 с хорошим уровнем образования;

низкие темпы инфляции и относительно низкие издержки производства;

значительные масштабы субсидирования страны из фондов Европейского Союза.

Пример Ирландии тем не менее показывает, что в области информационных технологий ни одна страна не может доминировать буквально по всем направлениям. В этой сфере идет международное разделение труда: процессоры хорошо делают в Америке, электронную память – в Юго-Восточной Азии.

Это в определенной мере уменьшает глобальное неравенство. Во всяком случае, любая из стран имеет возможность предложить какой-то свой продукт, интересный для других.

Этот эффект среди специалистов получил название по детской игре в чехарду (по-английски leap-and-frog). На практике это означает, что даже слаборазвитые в информационном плане страны могут сделать «скачок» через плечи предшественников, используя наиболее передовую технологию. Теоретически такие «скачки» возможны и внушают оптимизм развивающимся странам в том, что они «не отстали навсегда».

Однако это не устраняет общих диспропорций в использовании информационно-коммуникационных технологий в мире. Например, из 380 млн. пользователей глобальной информационной сети на планете (данные на сентябрь 2000 года) около 43% приходится на жителей США и Канады, еще 27% – на Европу, около 24% – на страны Азиатско-Тихоокеанского региона, около 4% – на страны Латинской Америки. По существу, более 90% пользователей интернета в мире – представители богатейшей пятой части населения Земли. Неравенство обусловливается и тем, что 80% объема программного продукта в мире пишется на английском языке, тогда как 75% населения мира не знают английского.

В целом объем мирового рынка информационных технологий составляет, по подсчетам экспертов, 120 млрд. долл. США. Больше 30 млрд. долл. из них – это деньги, которые развитые страны «отдают» развивающимся, чтобы снизить свои корпоративные издержки; в числе «получателей» примерно пятнадцать стран: на первом месте стоит Индия, на втором – Китай, на третьем – Малайзия и Филиппины.

Многие развивающиеся страны хорошо понимают значение новых информационно-коммуникационных технологий для развития, но, по последним оценкам мировых исследовательских организаций, на их долю приходится не более 15% пользователей информационно-коммуникационных технологий (включая интернет). С 1995 по 1998 год эти страны ввели в строй более 155 млн. коммутируемых и 4 млн. выделенных телефонных линий, 105 млн. человек стали абонентами мобильной связи.

В то же время этот рост сопровождается увеличением пропасти между богатыми и бедными странами в области распространения в них информационно-коммуникационных технологий. Во всей Африке с ее более чем 700-миллионным населением в 1998 году было всего 2% мировых телефонных сетей.

В 1999 году в Нью-Йорке было больше абонентов интернета, чем на всем Африканском континенте и в Южной Америке, вместе взятых . Если учесть, что темпы распространения интернета в мире в последние годы лишь увеличивались, то на этом фоне доля африканских подключений неуклонно сокращалась. Так, если в 1997 году на страны континента приходилось 0,025% базовых компьютеров системы с выходом в интернет, то к началу 1998 года эта цифра упала до 0,022% .

Для характеристики включенности стран в систему информационно-коммуникационных технологий ряд авторов предлагает использовать так называемый Индекс технологического прогресса. В нем сведены воедино пять индикаторов развития информационно-коммуникационной инфраструктуры страны: число персональных компьютеров (на тысячу жителей), интернет-хостов (на десять тысяч жителей), факсаппаратов (на тысячу жителей), мобильных телефонов (на тысячу жителей) и телевизоров (на тысячу жителей).

Индекс рассчитан для экономик 110 стран. Диапазон его изменения – от 0 до 100, где максимальное значение принадлежит США, а нулевое значение – Мозамбику. Страны упорядочены по убыванию значения этого индекса. Десять лидирующих стран являются членами Организации по экономическому сотрудничеству и развитию (ОЭСР); в числе первых двадцати лидирующих стран только две не входят в ОЭСР (Гонконг – 12-е место и Сингапур – 17-е место). Последние десять мест заняты странами Африки. Самый низкий рейтинг из стран, входящих в ОЭСР, у Греции (44-е место), а самый высокий из африканских стран у Маврикия (48-е место). Россия находится на 53-м месте.

Россия выглядит как страна промежуточного положения. По оценкам различных социологических служб, в 2000 году только около 7 миллионов россиян хотя бы однажды в своей жизни входили в интернет. Число же постоянных пользователей в 2000 году было значительно меньше – около 3 миллионов человек. Тем не менее темпы развития Сети в России вполне удовлетворительные. Так, по данным агентства «Комкон-2», аудитория интернета в России за 1999–2000 годы увеличилась в 2,5 раза. Кроме того, как установило агентство «РОЦИТ», пользователями интернета хотят стать не менее 12 млн. россиян.

В 2001 году в России насчитывалось уже 4,3 миллиона регулярных пользователей Сети, а 12 млн. прибегали к ее услугам по мере необходимости. Всего же объем представляемых в российском сегменте интернета услуг оценивался в 220 млн. долл. США, что было на 50% больше, чем в 2000 году .

В 2002 году компьютерный парк России увеличился на 20 % – до 9 ЭВМ на 100 человек населения. Об этом сообщил Министр Российской Федерации по связи и информатизации Леонид Рейман в своем докладе на расширенной коллегии Минсвязи.

Количество пользователей интернета за 2002 год возросло на 39% и достигло 6 млн. человек, что составляет 4,2% населения страны. Объем отечественного рынка информационных технологий вырос на 9% и составил более 4 млрд. долл. США10 .

«Россия для сохранения своего места в цивилизованном мире не может игнорировать эти новые реалии. Решающим фактором национального развития становится доступ к современному образованию и к новым информационно-коммуникационным технологиям», – отмечает Я.Н. Засурский. Это понимают сегодня эксперты и политики.

Пока наша страна отстает от передовых стран Запада почти по всем главным направлениям информатизации: программному обеспечению, числу персональных компьютеров, системам связи, уровню загрузки и количеству действующих информационных систем.

Водораздел между теми, кто пользуется и кто не пользуется интернетом, пролег по линии «город – деревня»: российская аудитория интернета в июле–сентябре 2000 года составила 3,1 млн. человек, из них 2,8 млн. – жители крупных и средних городов, в первую очередь Москвы, Санкт-Петербурга и Екатеринбурга.

Другим аспектом только что описанного цифрового расслоения по географии являются размеры городов, в которых проживали респонденты, т.е. пользователи интернета. В 1997 году 57% опрошенных проживало в городах с более чем миллионным населением; 13% – в городах с числом жителей от 500 тыс. до 1 млн.; 10% – в городах с населением от 300 до 500 тыс.; 12% – в городах с количеством жителей от 100 до 300 тыс. и лишь 7% – в городах и поселках с населением менее 100 тыс. человек. Отдаленные области, малые города и сельская местность были и остаются непривлекательными рынками предоставления услуг доступа в интернет.

Среди российских пользователей интернета, как показали исследования, доминируют мужчины. В Санкт-Петербурге, например, в середине 1997 года они составляли более 80% интернет-аудитории12 . Сейчас ситуация меняется.

Естественно, что все отмеченные проявления цифрового расслоения можно объяснить низким уровнем жизни основной массы дееспособного населения России. 40 миллионов россиян пребывают в бедности , а ведь только платежеспособный спрос может привести к распространению в домашних хозяйствах информационных и коммуникационных технологий.

Доступ граждан к интересующей их информации – непреложное условие становления гражданского общества, к которому стремится большинство развитых стран, в том числе и Россия. Впервые в мировой истории складывается ситуация, при которой любой человек, независимо от страны, где он проживает, национальности, возраста и т.д., может быть «гражданином мира», торгуя, общаясь или получая информацию из любой точки земного шара. Не случайно большое внимание уделяется сегодня в развитых странах, например, в США, Японии, Германии или Канаде, вопросу подготовки школьников к электронному будущему.

Неограниченные возможности диалога в интернете меняют менталитет, а также навыки взаимопонимания и взаимодействия миллионов людей, превращая их в активных участников коммуникации, предпочитающих этот вид общения любым другим. По наблюдениям российских ученых, именно коммуникация с обратной связью способствует развитию навыков взаимопонимания между людьми, которые они переносят и в реальную жизнь. Таким образом, социальный выигрыш расширения диалогового пространства в интернете бесспорен.

Доступ к интернету открывает не только экономические возможности, но и оказывает все более весомое воздействие на сферу социального развития. Информационные технологии содействуют становлению дистанционного обучения. Интернет-медицина может предоставлять доступ к современной информации в области охраны здоровья врачам и больным в самых отдаленных регионах страны.

Цифровое неравенство влечет за собой явный социальный проигрыш, усугубляет социокультурные различия между людьми, имеющими и не имеющими доступ в интернет. Это неравенство отражает противоречия современной эпохи. Оно имеет материальную основу, которая коренится в экономических отношениях внутри стран и в разрыве между ними на международной арене, оно свидетельствует о культурных различиях, политических дифференциях. Оно отражает и другие стороны бытия, такие как этнические, географические, демографические особенности людей и обществ .

В то же время информационное пространство имеет огромный потенциал для развития возможностей государств по преодолению этих и других противоречий. Обмен сведениями в электронном формате создает ту виртуальную реальность, которая делает человечество глобальной общностью, способствует движению капиталов, а значит, и выравниванию региональных экономик, формирует единый подход к ценностям вне зависимости от национальных различий между людьми. «Глобализация, – отмечает профессор Я.Н. Засурский, – совсем необязательно означает стандартизацию и унификацию мира. Интернет открывает возможности для создания множества глобальных сетей не только для больших стран и народов, но и для малых этнических групп, способствуя сохранению связей разбросанных по миру диаспор».

Ситуация в сфере информационных технологий меняется стремительно. Новые возможности создают предпосылки для развития человека и общества. Виртуальное пространство открывает перед странами, которые не были лидерами на мировой арене, возможность вырваться вперед, определять формирование современной цивилизации.

В то же время освоение новых технологий требует от личности, от социума значительных усилий, модернизации. Противоречия нового этапа опираются на уже существующие социальные дистанции, которые обусловливаются уровнем образования, географией проживания групп населения, их этнической принадлежностью, уровнем социализации.

Информационные технологии, таким образом, сами по себе не беда и не благо для стран и народов. Они содержат большой потенциал для дальнейшего развития человечества, преодоления существующих противоречий в сфере политики и экономики, но могут, напротив, стать причиной углубления дифференций между людьми – между теми, кто возьмет на вооружение достижения ХХI века, и теми, кто не сможет ими воспользоваться.

До недавних пор на проблему «цифрового неравенства» в России особого внимания не обращали, проблем хватает и без этого. Однако на сегодняшний день, наконец-то, пришло понимание того, что информационные технологии непосредственно влияют на уровень социо-экономического развития региона.

Факт остается фактом: огромный пласт общественный жизни частично, а в некоторых областях и полностью, переместился в цифровой формат. Отсутствие доступа к цифровым услугам оставляет огромное число людей без возможности общения, получения образования, медицинской помощи и необходимых информационных услуг. При этом, как и в случае с экономическими благами, «цифровое неравенство» лишь усугубляется с течением времени: богатые становятся богаче, а бедные – беднее.

В 21 веке человечество официально вступило в эру постиндустриального информационного общества. Это означает, что одной из главных ценностей, определяющих благосостояние как отдельных людей, так и государств в целом, становится доступ к информации. Благодаря этому о «цифровом неравенстве» можно говорить в том же ключе, что и материальном неблагополучии (проще говоря, бедности). Разница между человеком, активно использующим интернет и современные средства связи, и человеком, которому все это не доступно, практически так же ощутима, как разница между богачом и нищим.

В виртуальное пространство переходит все более значительная часть жизни наиболее продвинутой части населения: таким людям проще общаться с другими пользователями сети, как бы далеко они ни находились, легче быть в курсе всего происходящего, легче обеспечивать себя и приспосабливаться к изменчивой окружающей среде. Интернет становится неотъемлемой частью жизни современного информационного общества. Тем сложнее становится людям, которые по различным причинам не имеют возможности получить доступ к сети. Достаточно отметить тот факт, что при поступлении на работу предпочтение отдается именно тем претендентам, кто умеет пользоваться компьютером и интернетом.

Проблема информатизации населения планеты становится по-настоящему глобальной. Государства вынуждены в числе первоочередных задач на первое место ставить повышение уровня образования и профессиональной квалификации своих граждан, ибо уже сегодня конкурентоспособность нации определяется в решающей степени наличием высококвалифицированных человеческих ресурсов. Те страны, которые не смогут повысить уровень развития информационных технологий и максимально эффективно использовать научные достижения в этой сфере, будут неизбежно отставать от своих соседей. Вследствие этого в мире еще больше возрастет экономическое и социальное неравенство наций. Если государство не сумеет вовремя преодолеть «цифровой разрыв», новые технологии, таящие в себе огромные возможности, приведут к еще большей дифференциации общества.

«Неравенство» по-русски

В России проблема неравенства традиционно проявляется резким контрастом между центром и периферией. Беспрецедентный разрыв между самыми богатыми и самыми бедными в экономическом плане не менее заметен и в случае с «цифровым неравенством». «Информационная роскошь» мегаполисов, где доступны все современные средства телекоммуникаций, и российская глубинка, иногда полностью отрезанная от каких бы то ни было средств связи.

Причем неравенство усугубляется не только отсутствием доступа к техническим средствам, но и невозможностью их использовать в силу возрастных и образовательных причин. Ведь информационное неравенство - это не только неравенство в доступе к самой технике, ибо факт ее наличия еще не всегда означает, что вы умеете или готовы пользоваться ею по назначению.

По мнению ведущих сотрудников Российской Академии наук, классификации поддаются и другие признаки «цифрового неравенства» - имущественный, возрастной, образовательный, территориальный, культурный и даже гендерный признаки. Основным из них в России является территориальный фактор: для обитателей сельской глубинки их место проживания волей-неволей во многом предопределяет довольно низкие возможности в сфере информатизации.

Какие же меры необходимо предпринять, чтобы все-таки преодолеть образовавшуюся пропасть, когда лишь часть населения имеет доступ к современным технологиям, умеет ими воспользоваться и получать от этого определенные преимущества?

В качестве возможного варианта, способного повлиять на решение проблемы, предлагается повышать информированность населения о новых возможностях, а также совершенствовать систему обучения и переобучения навыкам владения информационно-коммуникационными технологий (ИКТ). Нужно создавать условия для развития общества знаний, чтобы в России постоянно росло число людей, которые имеют доступ к современным ИКТ, умеют их использовать и получают от этого преимущества.

В перечень приоритетов, направленных на снижение неравенства, специалисты настоятельно рекомендуют включить, во-первых, формирование общественного мнения (в частности, это может быть проведение соцопросов и открытых обсуждений либо анализ публичных докладов). Во-вторых, расширения требует культурно-информационная сфера (подразумевается, что с увеличением количества культурно-информационных центров автоматически повысится и доступ общественности к ИКТ). В-третьих, нужен мониторинг готовности жителей к жизни и работе в информационном сообществе. В-четвертых, приветствуется разработка и внедрение в электронном виде системы социальной помощи для представителей различных категорий граждан (будь то инвалиды, пенсионеры, безработные, мигранты или беременные).

Словом, в качестве выхода из ситуации предлагается создавать в современном обществе такие условия, которые бы максимально способствовали распространению среди людей соответствующих знаний, что, в свою очередь, в достаточной степени повысило бы уровень их информационной культуры. Кстати, именно от этой культурной планки напрямую и зависит, как скоро будет стерта грань цифрового неравенства, когда балластом для развития информационного общества становится неготовность самих граждан к использованию ИКТ или их нежелание учиться использовать эти технологии в принципе.

Конкретные шаги

Важным шагом на пути преодоления неравенства, которое испытывают россияне в плане доступа к коммуникационной инфраструктуре, стали определенные гарантии со стороны государства, благодаря которым в сельских школах появился выход во всемирную «паутину», а в любой затерявшейся деревушке – свой таксофон.

Был одобрен рабочей группой при президентской комиссии по модернизации и проект отечественной системы спутникового доступа в интернет, разработанный московским НИИ «Радио» (НИИР). Целью этого проекта, призванного обеспечить высокоскоростной доступ к информационным сетям с помощью систем спутниковой связи, также стало устранение цифрового неравенства между россиянами, которые должны иметь равные возможности для того, чтобы воспользоваться информацией и государственными услугами в электронном виде.

Напомним, что старт разработке данного проекта был дан в 2009 году, начало предоставления услуг в рамках его реализации на практике намечено на 2013 год, для чего даже предусмотрен запуск на геостационарную орбиту четырех космических аппаратов. Но как бы там ни было, главным аспектом создания подобной системы является социальная направленность проекта. Прежде всего, это предоставление социальных тарифов и обеспечение льготных условий продажи терминалов, которые будут реализовываться в рассрочку на срок не менее двух лет.

По данным (НИИР), благодаря проекту в России появится свыше 5000 новых рабочих мест. Также на территории всей страны планируется открыть центры технической поддержки и сервисного обслуживания пользователей. Согласно оценкам разработчиков проекта, в результате его реализации в субъектах будут созданы условия для ведения деятельности примерно 150 тысячам предприятий малого бизнеса. Иными словами, помимо устранения цифрового неравенства, проект реально поможет развитию бизнеса в удаленных районах страны.

Позвони мне, позвони

Пока же космические спутники еще не выведены на орбиту, обратимся еще к одному примеру, позволяющему сократить цифровое неравенство. Речь идет о мобильной связи, распространение которой вкупе со снижением стоимости оборудования и аксессуаров, а также постоянным удешевлением услуг, сделало ее вполне доступной едва ли не для абсолютного большинства жителей земного шара. Достаточно сказать, что в целом ряде стран, так называемого, «третьего мира» данный вид связи является единственным доступным населению.

Уникальность сотовой связи заключается еще и в том, что ее успешно осваивают даже представители старших поколений. Пусть они не выходят через мобильный телефон в интернет, не используют мобильники в качестве фотоаппарата и избегают пересылки SMS, но все же осваивают элементарные функции.

Если же брать во внимание менее консервативно настроенные слои населения, которые широко и активно используют весь спектр возможностей, предлагаемых им сотовыми операторами, то следует признать, что доступ к интернету посредством сотовых сетей по праву считается одним из основных способов минимизировать цифровое неравенство.

Почти повсеместное распространение сотовых сетей третьего поколения (3G), а также грядущее в ближайшей перспективе появление сетей следующего, четвертого, поколения вполне способно решить проблему доступа в интернет практически на всей территории России. А мобильный интернет для многих уже успел стать такой же привычной и доступной вещью, как и мобильная связь.

А что в регионах?

Как же преодолевается барьер цифрового неравенства в субъектах РФ? Решению проблемы в градах и весях в немалой степени способствует высокая конкуренция на телекоммуникационных рынках регионов. Во-первых, она на руку конечным потребителям. Во-вторых, позитивно действует на операторов, которые стараются привлечь новые технологии, установить современное оборудование, максимально расширить спектр предоставляемых услуг, а заодно учесть наработки конкурентов и переложить в свою корзину положительный опыт «коллег по цеху».

Однако вместе с положительными факторами существует и множество препятствий. Пожалуй, самое существенное из них заключается в слабо развитой инфраструктуре связи, без методичного развития которой в провинции попросту невозможно выстроить единое инфокоммуникационное пространство. Между тем, именно от него зависит реализация многих масштабных проектов (в том числе, и национального уровня).

Несмотря на это, операторы зачастую предпочитают инвестировать финансовые средства исключительно в сверхприбыльные проекты. Логика здесь проста: максимальная финансовая отдача плюс минимальные сроки окупаемости. Дело доходит до того, что в крупных городах работают провайдеры, обслуживающие даже не всю городскую черту, а лишь наиболее густонаселенные районы. Что уж здесь говорить про периферийные города, райцентры и сельскую местность с деревнями, селами и поселками, где днем с огнем не сыскать операторов, которые бы с готовностью инвестировали средства на долгосрочную перспективу. Впрочем, понять их тоже можно: развитая инфраструктура связи отсутствует, прокладка новых сетей требует высоких затрат, а и уровень спроса оставляет желать лучшего.

На все 100

Специалисты давно пришли к выводу: для преодоления цифрового неравенства необходимо 100-процентное обеспечение образовательных учреждений, учреждений здравоохранения, органов государственной власти и местного самоуправления современными услугами цифровой связи. И многие российские регионы с подачи собственного правительства уже начали такие работы.

«На инфраструктурном уровне создана межведомственная сеть передачи данных, которая сейчас расширяется на муниципальные образования. Решается вопрос с обеспечением доступа к сети передачи данных и сети интернет удаленных поселений, а это большая проблема для республики, в которой расстояние между населенными пунктами может превышать 200 километров», - рассказывает Александр Селютин , референт главы и главный конструктор электронного правительства Республики Коми.

«Сегодня в республике Татарстан до каждого районного центра проведен оптический канал связи с пропускной способностью не менее 1 Гбит/с, а для крупных городов это 10 Гбит/с. Кроме того, нам удалось подключить по оптоволоконным каналам связи уже более 1000 государственных учреждений», - продолжает Николай Никифоров , заместитель премьер-министра - министр информатизации и связи республики Татарстан.

Приоритетным направлением социальной политики государства должен стать ориентир на создание для каждого человека таких условий, находясь в которых он вполне мог бы овладеть навыками и знаниями, необходимыми для жизни и работы в информационном обществе.

Несомненно, что повышение той же компьютерной грамотности чрезвычайно важно для всего населения. Но в первую очередь ею должны быть обеспечены учащиеся средних общеобразовательных школ, учебных заведений среднего звена (профессиональных лицеев, колледжей, училищ) и студенты вузов: институтов, университетов, академий. Поэтому решать эти глобальные проблемы можно и нужно, лишь заручившись поддержкой со стороны государства. И уже при условии, что такая поддержка получена, в качестве основной цели государственной информационной политики должно быть определено развитие правового информационного общества, всецело ориентированного на интересы людей, которые имели бы не только открытый доступ к информации и знаниям, но и возможность создавать и то, и другое.

Как результат, уже на следующем этапе информационный потенциал можно использовать для соцэкономического и культурного развития страны, повышения качества жизни россиян, укрепления самого информационного пространства, дальнейшей минимизации цифрового неравенства в масштабах регионов, преодоления «цифровой разницы» между различными группами и слоями населения.

Сохранение и приумножение разнообразия информационного сектора, будь то официальная или деловая, справочная или образовательная, научная, спортивная или культурная информация либо информация развлекательного характера, является краеугольным камнем преодоления цифрового неравенства. Преимущества такого подхода очевидны: информация доступна кругу пользователей на всей планете, на разных языках и в различных форматах, а ее разнообразие только содействует конструктивному диалогу между отдельными людьми, слоями общества и даже целыми народностями.

Максим Никитин

Дипломатия – сфера вековых традиций

На вопросы CNews ответил Михаил Афанасьев, директор департамента информационного обеспечения МИД России.

CNews: Какие основные задачи были решены в ходе информатизации Министерства иностранных дел?

Информатизация МИД России – это целенаправленный многовекторный процесс, призванный обеспечить максимально эффективное исполнение министерством своих государственных функций по осуществлению внешней политики страны на основе современных методов и механизмов принятия решений, а также реализацию значительного числа прикладных задач, в том числе административных, кадровых, хозяйственных и т.д.

В плане практических результатов можно говорить о поэтапном формировании единого информационного пространства, охватывающего центральный аппарат МИД России, его территориальные органы и российские загранучреждения (посольства, представительства, консульства). Введены в эксплуатацию несколько специализированных информационных систем; созданы многочисленные базы данных, необходимые для работы дипломатов и других специалистов. Подразделения министерства оснащены автоматизированными рабочими местами для всех без исключения сотрудников.

В самостоятельное направление информатизации следует выделить создание современных консульских систем, которые позволили автоматизировать практически все возложенные на МИД функции в этой сфере, предоставляемые российским и иностранным гражданам и организациям.

Большое внимание на всех этапах процесса информатизации руководство МИД России уделяло и продолжает уделять вопросам информационной безопасности. Нет нужды объяснять, насколько чувствительными бывают сведения политического, экономического, военно-стратегического и т.п. характера, обрабатываемые внешнеполитическим ведомством. Скандал вокруг WikiLeaks подтверждает тот факт, что их утечка может привести к самым негативным последствиям для международной обстановки и двусторонних отношений государств. Защита информации - один из приоритетов министерства, в том числе применительно и к собственным информационным системам.

Относится к «Почему нарастает неравенство»

Динамика цифрового неравенства в современном мире.

Текст научной работы на тему "Динамика цифрового неравенства в современном мире". Научная статья по>"Экономика и экономические науки"

ББК 87.6
ДИНАМИКА ЦИФРОВОГО НЕРАВЕНСТВА В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
В. В. Вальвачев
DYNAMICS OF THE DIGITAL INEQUALITY IN THE MODERN WORLD
V. V. Valvachev
В статье рассмотрены определение понятия «цифровое неравенство», его соотношение с более широкими по объему понятиями, а также динамика количественно-качественных характеристик инфосферы общества, связанных с ним в общеисторическом плане и на современном этапе развития социума.
In this article the definition of digital inequality and its ratio to more general concepts is considered, and also dynamics of quantitative and qualitative characteristics of infosphere of society related to the historical terms and in development of modern society is presented.
Ключевые слова:
динамика, цифровое, информационное, неравенство, грамотность, образование, Интернет, современное общество.
Key words:
dynamics, digital, informational, inequality, literacy, education, Internet, modern society.
В современном социуме в связи с компьютеризацией и распространением сопутствующих технологий, а так же изменениями социального характера проблемы информатизации являются центром внимания значительного количества философов и ученых. Исследователи отмечают ряд проблем, связанных с динамикой содержания информационной сферы в «постиндустриальном обществе», одной из которых является проблема информационного неравенства.
Цифровое (информационное) неравенство понимается, с одной стороны, как «различие в уровнях развития информационных коммуникаций между различными странами и регионами, внутри страны, возрастными и социальными группами, различными государственными учреждениями, между институтами гражданского общества» ; с другой - как разрыв в возможностях доступа к информации между богатыми и бедными (в том числе качественные различия), что характерно и для развитых стран.
Отождествление понятий «информационное» и «цифровое» не совсем верно. Синонимизация обусловлена характером современных средств информационного обмена, алгоритм ами («цифровыми») работы ЭВМ и прочей техники, что в историческом плане заужает проблемное поле.
Информационное неравенство существует с момента возникновения цивилизации. Так, несмотря на начавшееся в эпоху возрождения распространение
грамотности и изобретение в середине XV века И. Гутенбергом (Германия) печатного станка, потенциал ьные потребители представленной технологии были в абсолютном меньшинстве. По историческим свидетельствам, низкий уровень распространения грамотности был характерен и для правящих слоев (административных чинов) европейских государств. Несмотря на сложность проверки достоверности статистических данных касательно грамотности эпохи Возрождения, примерное представление о них мы все же можем получить. Имеются данные о грамотности населения во Франции XVIII века , на основании которых можно заключить, что до середины XVIII века грамотой в европейской стране все еще владело меньшинство.
Современный социум, где до 2015 года ставится задача введения в большинстве стран программы всеобщего обязательного (начального) образования , напротив, является обществом сравнительно более равноправных в информационном плане личностей. Однако в некоторых странах уровень грамотного населения по-прежнему составляет менее 15 %. По данным УИС ЮНЕСКО, уровень распространения грамотности в мире - 83,9 %. Очевидно, существует континентальный дисбаланс. Имеются показатели 62,8 % и 96,1 % грамотного населения для Африки и Северной Америки соответственно . Необходимо заметить, что грамотность, в самом общем смысл е понимаемая как умение читать и писать на родном языке, является необходимым, но не достаточным свойством. В сегодняшнем мире, при снижающемся спросе на низко квалифицированную рабочую силу, одной грамотности не достаточно даже для трудоустройства. Основой обеспечения информационного равенства в современных условиях является всеобщее образование. Детально в рамках данной статьи проблемы образования не рассматриваются, нашей основной задачей является освещение динамической стороны проблематики, связанной с количественно-качественными преобразованиями содержания информационного обмена.
Основной интерес вызывает анализ корректив, вносимых инновационными технологиями в информационную проблематику. Главным образом представлена цифровая составляющая информационного неравенства, являющаяся наиболее неоднозначной в силу относительно недавнего манифеста и скорости протекания процессов на современном этапе развития общества. Новизна постановки вопроса связана не с сущностью информационного неравенства (которое представляет собой частный вид социального), но с его качественной определенностью, современной формой и содержанием инфосферы.
Новые качественные стороны этого явления обусловлены двумя взаимосвязанными аспектами: распространением технологии и изменением (ростом) роли информационных ресурсов в обществе. По мере эволюции ценности того или иного объекта, по поводу которого возникают неравновесные социальные отношения, меняется контекст их рассмотрения. Нельзя сказать, что во времена Гуттенберга информация, данные, знания не играли роли в общественной жизни, однако роль эта претерпела колоссальные трансформации. Сама наука, задачей которой в широком смысл е всегда являлось приращение знания о человеке и окружающем мире, в XV веке имела структуру и принципы организации, существенным образом отличные от тех, на основании которых Ф. Энгельсом была представлена классификация системы наук. Одновременно с развитием науки менялись и формы производственных отношений, социальные институты, усложнялась общественная жизнь.
Низкий уровень информированности не мог существенно повлиять на быт и уровень жизни крестьянина в традиционном обществе. Пример Фалеса, который, по историческим свидетельствам, будучи обвиненным в непригодности его учености для практических целей, спрогнозировал изменения погоды (урожай маслин) и получил таким образом прибыль, является, скорее, исключением, а не правилом. Достаточно точных методов предсказания погоды не существовало тогда, а на долгосрочные периоды времени не существует и сейчас, посему этот случай, вероятнее, можно классифицировать как незакономерный успех.
Со сменой общественно-экономической формации (способа производства) в социуме начинаются перемены. Конкурентоспособность фабрики требует большего количества учитываемых факторов (обладания полнотой сведений). Более того, востребованность самого работника зависит от образования. Конечно, конвейерная система с четким разграничением функций и выполнением однотипных автоматизированных действий мало способствовала увеличению требований к уровню образования (квалификации) работников, но по сравнению с традиционным обществом они возросли. С ростом городов большие массы людей (до того живущие натуральным хозяйством) меняют свое социальное положение (экономический, культур ный статус). Вместо товаров результат их труда превращается в заработную плату в виде универсального менового средства (эквивалента стоимости товаров и услуг) государства. С включением широких масс в монетарную экономику, проживанием в растущих городах и были связаны усложнения общественной системы и культур ные изменения, которые также явились одним из факторов эволюции ценности информации. Идеологические аспекты изменения роли инфосферы рассматривает Бехман . По его мнению, ключевые перемены вызваны развитием планирования и оценки рисков (страхового дела); в массовом сознании эти изменения выражены в виде атрибуции, практики приписывания результата хода событий случайности либо закономерности. Из признания закономерности следует утверждение возможности влияния на «результат по умолчанию», позиционирование человека творцом истории. Со времен свершения таких изменений риск становится неизменным спутником человека. Отказ от принятия решения тоже является результатом выбора, решением. Рациональный прогноз невозможен без получения и оценки данных, информации, знаний. Чем сложнее система, динамичней происходящие в ней процессы, тем большую роль играет актуальная информация в принятии решений. С усложнением социума возрастает значение информации и дезинформации во всех сферах общественной жизни.
Следом за экономической составляющей социума (система обеспечения конкурентного преимущества в принятии решений субъектами материально-производственной сферы, новые формы труда) влияние технологий распространяется и на духовную, политическую, социальную компоненты общественной жизни. Они существенно трансформируют традиционные потребности и интересы членов общества, о чем можно судить по финансовым показателям «сферы электронного досуга» в Сети. «Объем российского рынка онлайн-игр в 2009 году вырос на 51 % и составил 10,5 млрд. рублей ($ 325 млн.)» . По сравнению с традиционными видами досуга, самым влиятельным и финансово емким из которых является мировой кинематограф, эти цифры пока не столь велики; самый дорогой (на момент написания статьи) фильм в истории кинематографа («Аватар») имеет
бюджет 220 млн долларов, кассовые сборы 2,5 млрд (также рекорд кассы) . Однако показатели новой сферы досуга являются значительными, если учесть, что большинство отечественных онлайн-игр заявлены как «условно бесплатные» (не требуют абонентской платы), а единственным источником рентабельности являются клиенты. Принимая во внимание относительно низкую стоимость разработки и технической поддержки подобных проектов, а также сроки и динамику реализации (показ кинофильма занимает несколько недель, ММОЯРО проект способен существовать, приносить прибыль десятки лет) в сравнении с кинолентами, они уже сейчас представляются не менее рентабельными. Если сравнивать мировой рынок компьютерных игр и кинематограф в целом, разница в показателях будет менее значим ой. Согласно прогнозу компании ББС, к 2012 году (в сравнении с 2006) произойдет утроение объемов мирового рынка компьютерных видеоигр, в ББС говорят о 13 млрд долларов в год. До 40 % от этой суммы уйдет на онлайновые подписки, покупку игровых артефактов и иные траты, не связанные напрямую с покупкой новых игр (на сетевую составляющую).
Для оценки масштабов цифрового неравенства, построения прогнозов и практической реализации социальных программ, направленных на его сокращение, в том числе с целью недопущения роста социальной напряженности, важен учет специфических факторов и условий, в которых оно имеет место. Среди факторов, влияющих на неравноправность в доступе к информации в различных источниках, отмечаются:
- недостаточный уровень компьютерной грамотности и без того бедных слоев населения (государств);
- невозможность приобретения современных средств информационного обмена (компьютеры, доступ к Интернету и т. д.);
- языковой барьер (большинство сайтов Всемирной компьютерной сети англоязычны либо предполагают необходимость знания языков преимущественно развитых стран).
В ходе анализа проблематики нами выделяется несколько плоскостей информационного неравенства с характерными для них факторами. Отмечаются уровни его рассмотрения: индивидуальный (межличностный), государственный (межрегиональный) и межгосударственный. Они тесно взаимосвязаны между собой и могут быть полноценно рассмотрены только в комплексе. Факторы, ограничивающие доступность информационных ресурсов на индивидуальном уровне, носят личностный характер (уровень образования и профессия, возраст, социальное и финансовое благополучие, знание иностранных языков, особенности мотивационной и познавательной сферы личности и др.).
На региональном уровне под цифровым неравенством понимаются объективные ограничения, связанные с локализацией проживания внутри государства. На анализе происходящих здесь изменений хотелось бы остановиться подробней.
Во-первых, на современном этапе развития общества специфическим содержанием информатизации и соответственно важнейшим критерием информационного неравенства выступает Интернет. Прочие технологии являются менее значим ыми по характеру их функций в информационном обмене либо в силу своих особенностей менее проблемны. Так, сотовая связь, также по праву считающаяся одним из символов информатизации, в своем развитии была менее ограничена. На данный
момент предложение на рынке сотовой связи полностью покрывает спрос в условиях максимально возможного значения потребительского интереса. Отдельным объектом анализа может явиться качество связи и ценовые показатели, но ряд неоспоримых фактов свидетельствуют о невозможности отнесения мобильной связи к рассматриваемому проблемному полю. Так, число пользователей сотовой связи в РФ в январе 2010 г. выросло на 0,2 % (до 208,33 млн абонентов), проникновение достигло 143,5 % . Это означает, что активных сим-карт в России насчитывается больше, чем составляет население страны.
Во-вторых, в связи с невозможностью детального рассмотрения в одной статье конкретных проявлений и динамики цифрового неравенства в мире, целесообразно главным образом осветить состояние развития компьютерной сети Интернет в России.
В 2009 году число постоянных пользователей Интернета в нашей стране превысило 40 млн жителей (36 % взрослого населения), что является сравнительно высоким показателем. Однако эти данные суть основа для количественного, не структурного представления о наличествующем состоянии проблемы. Наряду с ними существуют качественные, стоимостные, технологические и прочие данные, важные для анализа.
Наиболее актуальный статистический анализ по тематике представлен аналитической группой департамента маркетинга компании «Яндекс» .
Представленные данные свидетельствуют о неравномерности распределения показателей скорости доступа к Глобальной компьютерной сети в регионах РФ. Наиболее неблагополучными являются Южный (ныне Южный и СевероКавказский) и Дальневосточный федеральные округа. Параметры скорости доступа к Сети в этих регионах более чем в пятьдесят раз уступают аналогичным в наиболее развитых.
Не редко аналитики под качеством понимают показатели максимальной скорости соединения, что противоречит категории качества, являясь, скорее, количественно-технологическим показателем. Несмотря на достаточно явную (обусловленную технологией) связь между количеством и качеством, более соотносимые с качественной стороной вопроса сведения: двусторонние задержки между запросом и получением пакета, коэффициент потери пакетов, оперативность и квалифицированность работников службы поддержки абонентов на региональном уровне и так далее - отсутствуют, являются не систематизированными.
Другим видом служат стоимостные показатели. Средняя месячная оплата за «безлимитный» доступ к Сети по регионам соответственно составляет:
Москва - 75, Санкт-Петербург - 94, ЦФО - 743, СЗФО - 988, ЮФО (СКФО) -1 235, ПФО - 850, УрФО - 637, СФО - 911, ДвФО - 1 988 рублей (в рублях РФ, выделено нами. - В. В.).
Очевидно, что Дальневосточный и Южный федеральные округа существенно уступают уровню наиболее благополучных регионов и в стоимостном показателе, который (наряду с уровнем жизни населения) напрямую обусловливает доступность Сети. В среднем по России стоимость доступа к Интернету составляет 1 050 рублей в месяц, тогда как в Москве и Санкт-Петербурге - менее 100 рублей за предоставление канала связи аналогичной скорости. Хотелось бы отметить наличествующий внутри каждого отдельного региона внутренний дисбаланс разви-
тия ИКТ областных центров и прочих городов (населенных пунктов), существует он и в Московской области. Однако как отдельный вид рассматривать его не целесообразно ввиду отсутствия существенных различий с межрегиональным цифровым неравенством.
Для анализа динамики и движущих сил информационного неравенства важно осмысл ение факторов, мешающих развитию Всемирной сети. Эксперты ФОМ выделяют две группы факторов: общемировые проблемы развития Интернета и специфические для России . В первой группе отмечаются (анализ наш. -В. В.):
1. Вседозволенность - укоренившееся мнение о бесконтрольности Интернета, преобладании в Сети порнографии, призывов к терроризму, свержению власти и др. Проблема большей частью порождена обществом. Технология безотносительно конкретных условий использования не может являться объектом аксиологического анализа, последствия зависят от конкретных условий практической реализации.
2. Низкое качество информации. Зачастую сведения, представленные в Интернете, действительно имеют более низкое качество, по сравнению с традиционными СМИ (могут соответствовать объекту частично, быть ложными, анонимыми и т. д.). Но при достаточном уровне информационной культур ы и опыта работы в Сети конкретного человека (в том числе оценки источников) эта проблема уходит на второй план. В газетных изданиях качество (полезность) и тематика информации так же существенно разнятся. Основная сложность состоит не в невозможности получения посредством Интернета качественной информации, но в колоссальной возможности выбора, т. е. в проблеме, обусловленной средой, где каждый щелчок компьютерной мыши требует сознательно принятого решения.
3. Проблема безопасности и защиты данных. Во Всемирной компьютерной сети получили широкое распространение вредоносные программы (вирусы), предназначенные для порчи информации (данных), незаконного получения доступа к ней. Эта проблема является специфической для технологии в целом и вызывает определенные неудобства, связанные с необходимостью обеспечения защиты персональных данных (посредством антивирусных программ, сетевых экранов и т. д.). Компетентно организованная защита компьютера практически полностью исключает возможность проникновения вирусов, учитывая невысокую ценность данных частного лица (по сравнению с данными коммерческих или государственных структур) для компьютерных преступников. По сведениям ФОМ на 2007 год, среди пользователей Интернета, имеющих домашний компьютер, лишь у половины установлены антивирусные программы . Проблема безопасности - следствие нежелания пользователей обеспечить свое рабочее место антивирусными и прочими легальными продуктами (уязвимость компьютера также связана с использованием низкокачественного «пиратского» софта). Причины такого отношения к защите различны: компьютерная (информационная) безграмотность, низкий уровень информационной культур ы, желание сэкономить, вызванное недостатком денежных средств, и др.
Наряду с рассмотренными выше общими проблемами, эксперты отмечают «характерные сугубо для российской действительности» :
- проблема определения границ Рунета, язык и языковой барьер (владение ино-
странными языками как фактор неравенства на межличностном уровне, родной язык как фактор межнационального информационного неравенства);
- региональный дисбаланс (проявление информационного неравенства на уровне государства);
- низкий уровень жизни населения (взаимосвязь информационного и имущественного неравенства, взаимообусловленности развития информационных технологий и уровня экономического развития);
- проблема неготовности общества к новым технологиям (недоверие к технологиям, компьютерная безграмотность, недостаточная компетентность людей, связанных с интернет-технологиями);
- недостатки законодательного регулирования в данной области.
Сложности на пути развития российского сегмента Международной компьютерной сети, упомянутые экспертами, составляют контекст рассмотрения информационного неравенства.
Необходимо отметить еще один немаловажный аспект цифрового неравенства на региональном уровне, и связан он с реализацией концепции электронного правительства. Логично предположить, что возможность взаимодействия с государственными органами федерального уровня объективно не может существенно отличаться в зависимости от региона обращения. Однако механизмы коммуникации с региональными властями, СМИ и органами местного самоуправления, несмотря на федеральную программу, зачастую имеют свои особенности, что также является важным фактором информационного неравенства на данном уровне.
В целом же, несмотря на видимые различия показателей по регионам, Рунет развивается довольно динамично. Есть данные, свидетельствующие об активном росте интернет-аудитории в последнее время именно за счет регионов, что позволяет говорить о постепенном снижении межрегионального дисбаланса. «В Москве доля интернет-пользователей на протяжении последнего года стабильно держится на уровне 60 %... рост российской интернет-аудитории происходит за счет пользователей из регионов, в первую очередь - жителей областных центров» . В комментариях, представленных в газете «Взгляд», глава ФОМ А. Ослон отмечает: «Неожиданностью оказалось, что рост по Москве замедлился, регионы существенно обгоняют столицу по темпам роста» . Можно утверждать, что при отсутствии существенных бифуркаций информационное неравенство на межрегиональном уровне предпосылок к развитию с течением времени не имеет.
Третьим видом информационного неравенства, как уже было заявлено, полагается наличие существенных различий в распространении информационно-коммуникативных технологий на мировом (межнациональном) уровне.
Как показывает практика анализа источников, зачастую неверные выводы являются результатом использования устаревших данных. Авторы часто оказываются не приспособленными к таким темпам изменений, когда сведения годовалой давности могут быть устаревшими и не соответствовать объекту.
К тому же существуют объективные ограничения (подготовка к публикации завершенной статьи или книги занимает определенное, часто немалое время).
В литературе отмечаются колоссальные показатели разности развития информационно-коммуникативных технологий между регионами мира. Так, в ис-
точнике, датированном 2006 годом, приводится неутешительная статистика пятилетней давности (2001):
«... Интернет охватывает Северную Америку, Ближний Восток, Азиатско-Тихоокеанский регион, Латинскую Америку и Европу. В этих регионах находится 93 % пользователей сети Интернета, в т. ч. на США и Канаду приходится 40 %.
Европа и регион, охватывающий Ближний Восток и Африку, представлены в Интернете примерно равными группами. Их доля в общем количестве пользователей Интернета составляет 27 %. Азиатско-Тихоокеанский регион представлен 22 % от общего числа пользователей, а Латинская Америка - 4 %.
Наименьшее число пользователей Интернета находится в Африке - 2,5 млн., более миллиона из которых проживают в ЮАР.
Около 85,3 % всех центральных компьютерных станций (хостов) находится в странах, большой семерки ", в которых проживает 10 % мирового населения. В наиболее густонаселенных государствах,третьего мира" - Китае, Индии, Бразилии, Нигерии находится всего 0,75 % центральных компьютерных станций, население этих четырех стран составляет 40 % от мирового. В большинстве развивающихся стран полное подключение к Интернету с полным набором услуг имеется только в столицах. Вся сельская Африка, за исключением ЮАР и Сенегала, не имеет прямого подключения к Интернету. Большинство стран,третьего мира " связано с Всемирной паутиной с помощью спутников США.
Пользователями Интернета являются обеспеченные молодые и живущие в городах лица, преимущественно мужского пола. К Интернету подключено только 17 % женщин.
Отсутствие электричества является серьезным тормозом развития сети Интернета. 70 % населения Африки проживает в сельской местности и полностью лишено возможности пользоваться электричеством. На индийском субконтиненте более половины домов не имеют электричества...» .
Имея в наличии такие печатные материалы, сложно остаться убежденным в том, что информационного неравенства как проблемы не существует: становится очевиден его масштаб, угрожающий развитию человечества на принципах гуманизма. Но, как уже отмечалось, важно оперировать актуальными сведениями. Руководствуясь этим принципом, мы проанализировали предоставленные одной из крупнейших компаний, занимающихся мониторингом Интернета, данные .
Эти сведения достаточны для получения наиболее общего представления о динамике изучаемого явления на указанном уровне. По данным начала века, имеется явный континентальный дисбаланс. Так, в Африке с населением 990 миллионов человек насчитывается всего 4,5 миллиона пользователей Сети, или менее 0,5 %. В Северной Америке из 340 миллионов жителей пользователями Интернета являлись более ста миллионов, то есть практически каждый третий. Даже если учесть различия в культур е, благосостоянии и уровне развития средств производства, влияющие на выраженность потребности в использовании Сети, маловероятно, что только один человек из двухсот, населяющих африканский континент, имел желание пользоваться Глобальной технологией, а прочие отказались от нее сознательно. В действительности такое желание не вызвано первостепенной потребностью (биологической), но в современном мире данная потребность имеет место и носит объективный характер. Более наглядно это демонстрируется даль-
нейшим ростом Интернета в развивающихся странах, в том числе в африканском регионе.
Однако с течением времени положение дел меняется. В Африке по сравнению с началом века количество пользователей Сети увеличилось более чем в пятнадцать раз, тогда как в Америке, где развитие Интернета началось раньше и в настоящее время пределы роста потребления достигнуты, количество пользователей увеличилось лишь вдвое. Несмотря на значительное отставание по абсолютным показателям распространения Интернета (6,8 % для Африки и 74 % для Северной Америки), можно констатировать существенное изменение ситуации за прошедшие годы. Наиболее высокие темпы развития Сети отмечаются в Европе (в том числе в России) и на Ближнем Востоке. По данным MMG, число пользователей в России за девять лет увеличилось в 13,5 раза. Учитывая данные, свидетельствующие о выравнивании профиля регионального дисбаланса в России, можно предположить, что такая ситуация характерна для большинства стран, где условия для этого зачастую более благоприятные (плотность населения, территория, расстояние между городами и др.). По крайней мере небезосновательно утверждение о том, что в целом в мире динамика внутригосударственного развития Интернета повторяет описанную ситуацию, однако в конкретных случаях может отличаться.
На основании имеющихся показателей можно сделать выводы о наличествующих предпосылках преодоления проблемной ситуации. С течением времени технологии становятся дешевле и доступней, готовность общества к принятию инноваций информационно-коммуникативного характера возрастает. Распространение грамотности также влияет на возможность приобщения к глобальным информационным ресурсам. При прочих неизменных условиях можно предположить, что нынешние ограничители распространения новых средств ИКТ будут преодолены полностью в течение последующих двух - трех десятилетий. Новое содержание информационного неравенства (цифровое) и связанные с ним особенности не исчезнут, но, перестав играть роль значим ого фактора в неравномерности распределения качественных и количественных аспектов информации между членами общества, потеряют актуальность. Сокращение же информационного неравенства до условно допустимых пределов, определяемых уровнем развития социума в целом, всегда будет являться одной из важнейших задач, стоящих перед любым обществом.
ПРИМЕЧАНИЯ:
1. Информатика как наука об информации: информационный, документальный, технологический, экономический, социальный и организационный аспекты / под ред. Р. С. Гиля-ревского. М.: Фаир-Пресс, 2006. С. 466.
2. Literacy // Wikipedia: the Free Encyclopedia. URL: http://www.en.wikipedia.org/wiki/ Literacy.
3. Официальный сайт ЮНЕСКО [Электронный ресурс]. URL: http://www.unesco.org.
4. Regional literacy rates for youths (15-24) and adults (15+) [Электронный ресурс] // Институт статистики ЮНЕСКО: май 2009 г. URL: http://www.stats.uis.unesco.org.
5. Бехман Г. Современное общество как общество риска // Вопр. философии. - 2007. -№ 1. - С. 26-46.
6. RUметрика: финансовые трудности увеличивают аудиторию игрового сектора Рунета [Электронный ресурс]. URL: http://www.rumetrika.rambler.ru. review/2/4211 (дата обращения: 21.01.2010).
7. 1tv.ru: официальный сайт Первого канала. URL: http://www.1tv.ru/news/culture.
8. СyberSecurity.ru: новости высоких технологий: [новостной портал]. URL: http://www. cybersecurity.ru/programm/26482.htm.
9. ПРАИМ-ТАСС БИТ: темат. информ. проект агентства эконом. информации ПРАИМ-ТАСС [Электронный ресурс]. URL: http://www.bit.prime-tass.ru.
10. Развитие Интернета в регионах России: информ. бюл. аналит. группы департамента маркетинга «Яндекс», 2010 г. [Электронный ресурс]. URL: http://company.yandex.ru/facts/ researches/internet_regions_2010.xml.
11. Там же.
12. Лебедев П. Проблемы и барьеры развития Рунета: экспертные мнения [Электронный ресурс] // Социальная реальность. - 2008. - № 7. URL: http://www.socreal.fom.ru.
13. Там же.
14. Там же.
15. Крецул Р. Рунет растет за счет регионов [Электронный ресурс] // Взгляд. - 2009. -11 нояб. URL: http://www.vz.ru.
16. Там же.
17. Гостев Р., Гостева С. Глобализация и устойчивое развитие. М.: Еврошкола, 2006. С. 200-213.
18. Miniwatts Marketing Group // Internet World Stats: Usage and Population Statistics. URL: http://www. internetworldstats.com.