Нарушение договора: типы нарушений и способы защиты. Существенные нарушения условий договора Нарушение условий договора заключили с другим лицом

17.01.2024

К сожалению, в любой сделке могут возникнуть обстоятельства, при которых одна из сторон нарушает условия договора.

Причины нарушения могут быть абсолютно разными, начиная от форс-мажорных обстоятельств и заканчивая просто безответственным отношением одной из сторон.

При этом, в договоре, на полном законном основании, нужно оговорить, что именно последует за всевозможные отступления от согласованных условий.

Причем в некоторых документах отдельно прописываются последствия непредвиденных стихийных ситуаций и стандартные, к сожалению, часто повторяемые в контрактах подобного рода, нарушения.

Какова ответственность за неисполнение договора

Пени, штрафы, неустойки...независимо от того, каким именно определением пользоваться, суть остается одна - это инструмент своеобразного наказания стороны, которая допустила нарушение соглашения.

Если договор был подписан, а предметом по нему являются денежные средства, например, кредит.

Соответственно в момент подписания договора, заемщик средства получает. А когда приходит время возврата, по тем или иным причинам, он не исполняет взятые на себя обязательства.

Что в этом случае делать кредитору? Вначале сумма просроченного долга и процентов переводятся на просрочку.

И начинается начисление пени и штрафов за период просрочки. Все начисления должны совершаться, только согласно условиям, которые оговаривались в момент выдачи кредита и подписания совместного соглашения.

Если заемщик оказался злостным неплательщиком, то кредитор обращается с иском в суд.

Также кредитор имеет право передать право требования долга третьему лицу.

Неисполнение договора

Поскольку сделки очень разнообразны, то последствия за невыполнение договора могут быть абсолютно разными.

В гражданском кодексе есть отдельные статьи, которые регулируют такие ситуации.

В статьях есть упоминание, что в случае неисполнения договора, сторона виновная в этом, несет ответственность в виде штрафа.

В договоре может быть оговорена конкретная сумма штрафа, либо неустойка, исчисляемая либо днями, либо стоимостью предмета договора.

Например, доставщик мебели вовремя не доставил Вам продукцию. Вы можете требовать компенсацию в размере 1% от стоимости умноженная на количество дней задержки. Иное может быть оговорено договором или регулироваться законом.

Если сторона, пострадавшая от неисполненного договора, понесла убытки, то через суд, если добровольно стороны не смогли договориться, она может претендовать на их возмещение.

Независимо от сделки, сумма, которую может потребовать сторона, которая пострадала от невыполнения договора, должна быть реальной. Если же сумма требования несоразмерно увеличена, суд может ее изменить.

Согласно российскому гражданскому законодательству существенное нарушение договора является основанием для одностороннего изменения или расторжения договора (пункт 2 статьи 450 ГК РФ). Если обратиться к системе способов защиты гражданских прав, установленных законодателем, можно прийти к выводу об использовании в данном случае такого способа защиты, как прекращение или изменение правоотношения (статья 12 ГК РФ).

Однако такое одностороннее изменение или расторжение договора идет в разрез с принципом свободы договора в силу отсутствия согласованности воли сторон. Там, где сталкиваются разнонаправленные воли, всегда есть потенциальная угроза нарушения интересов той или иной стороны. В этой ситуации грамотно изложенная правовая норма способна упорядочить отношения сторон и защитить интересы, поставленные под угрозу. Не всякое нарушение договора должно влечь столь серьезное последствие, как расторжение договора, а только такое, при котором становится очевидным неудовлетворение потребностей другой стороны, которыми она руководствовалась в момент заключения договора. В противном случае возникло бы противоречие основным экономическим законам и угроза дестабилизации оборота.

Определение ущерба и понятие лишение

В связи с этим законодатель вводит понятие существенности нарушения договора, формулируя существенное нарушение как «такое нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора» (статья 450 ГК РФ). Конструктивно данное положение является довольно «перегруженным» с точки зрения употребляемых терминов. Речь идет прежде всего об определении ущерба через понятие лишения. Если обратиться к буквальному толкованию слов, можно прийти к выводу, что такая формулировка указывает на два различных признака, необходимых для понятия существенного нарушения. Первый признак выражается в наличии у потерпевшей стороны ущерба, то есть потери, убытка, урона, который она понесла вследствие нарушения договора другой стороной. Таким образом, законодатель, по сути, отсылает нас к легальному определению убытков, данному в статье 15 ГК РФ. При этом следует отметить отсутствие указания на конкретную форму убытков, что дает основание полагать, что в смысл статьи 450 Кодекса включен ущерб и как реальный ущерб, и как упущенная выгода. С другой стороны, понятие «лишение» предполагает наличие противоправного поведения другой стороны, которое и стало причиной лишения; буквально - у потерпевшей стороны отняли то, на что она имела право рассчитывать. Однако при толковании этой формулировки возникают проблемы. Ведь очевидно, что лишиться можно лишь того, чем уже обладаешь. Представляется, что в данном случае законодатель исходит из того, что потерпевшая сторона лишается прежде всего не столько материального блага, сколько права, возникшего у нее из договора и представляющего для нее законный договорный интерес. Подобное буквальное толкование в доктрине гражданского права не является бесспорным. Судебная практика в этом вопросе заняла довольно жесткую противоположную позицию. Нарушение признается существенным только в случае доказанности возникновения убытков, причем учитывается не только сам факт наличия убытков, но и их размер. Так, по одному из дел Федеральный арбитражный суд Уральского округа отказал в удовлетворении иска о расторжении договора, обосновав это недоказанностью понесенных истцом убытков (постановление ФАС Уральского округа от 30.04.04 № Ф09P1178/04PГК). В другом деле Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа отказал в удовлетворении иска о расторжении договора в силу незначительного размера задолженности арендатора, несмотря на наличие предусмотренного договором основания расторжения. При этом в основу решения положены следующие доводы: «досрочное расторжение договора является крайней мерой за нарушение арендатором своих обязательств и применяется в случае неисполнения арендатором обязательства в разумный срок даже после направления ему предупреждения об этом. Как усматривается из материалов дела и установлено судом, к моменту рассмотрения дела ответчик погасил часть задолженности, а оставшаяся, равная 50 000 руб., меньше размера квартальной арендной платы, установленной пунктом 3.1 договора. С учетом изложенного нарушение арендатором обязательства может быть признано несущественным» (постановление ФАС СевероPЗападного округа от 23.06.04 № А56-34430/03).

Понятие значительности ущерба

Следующий вопрос возникает при толковании понятия «значительная степень лишения» для стороны. Понятие «значительность», бесспорно, относится к так называемым оценочным категориям в гражданском праве и требует подробного рассмотрения в свете судебной практики и доктрины. При определении значительности следует исходить из характера и объема того права, которого лишилась потерпевшая сторона. Из буквального смысла закона можно сделать два умозаключения на этот счет. Первое состоит в том, что сторона лишается именно того, на что она могла и должна была рассчитывать в связи с договором. И здесь следует подчеркнуть необходимость для судов непосредственно обращаться к текстам и содержанию договоров, применяя правила толкования, установленные в статье 431 ГК РФ. Объем прав и законных интересов должен определяться прежде всего договором. Договор в данном случае помогает определить верхнюю границу оправданных ожиданий потерпевшей стороны, в то время как нижняя граница всегда оказывается определенной в силу принципа диспозитивности, установленного в статье 421 ГК РФ. Названный принцип выражается в рассматриваемой ситуации в том, что при отсутствии в договоре условия, устанавливаемого законом в виде диспозитивной нормы, это условие тем не менее имплицитно существует в договоре, и, таким образом, его нарушение может привести к существенному нарушению договора (пункт 4, абзац второй, статьи 421 ГК РФ). Более того, закон устанавливает, что даже в случае отсутствия нормы неурегулированное условие договора определяется обычаями делового оборота, применимыми к отношениям сторон (пункт 4, абзац третий, статьи 421 ГК РФ). Таким образом, объем и характер права, на которые потерпевшая сторона могла рассчитывать, должны определяться исходя из положений всех вышеназванных источников и требуют в каждом случае детального и глубокого анализа договорных отношений и применимого законодательства. Второе умозаключение касается момента, в который должны формироваться законные ожидания потерпевшей стороны. Закон указывает здесь на момент заключения договора, но следует иметь в виду также и динамику гражданских правоотношений. В связи с этим несправедливо было бы ограничивать законный интерес сторон только теми условиями, которые были оговорены в момент заключения договора, если в последующем эти условия претерпели изменения. Причем речь может идти как об интересах потерпевшей, так и об интересах нарушившей стороны. Анализ легального определения позволяет выявить ряд признаков «существенного нарушения»: 1. Это разновидность нарушения договора как родового понятия; 2. Нарушение договора должно зависеть от воли нарушившей стороны либо риск нарушения должен лежать на нарушившей стороне; 3. Такое нарушение должно быть существенным. При этом существенность нарушения характеризуется:

наличием ущерба в виде лишения;
наличием причинно-следственной связи: нарушение ведет к причинению ущерба (убытков).

Характер лишения определяется, в свою очередь, через три критерия:

объем и характер права должны вытекать из договора;
расчет на право должен иметь место, как правило, в момент заключения договора;
значительность лишения в праве.

Вытекающую из статьи 450 ГК РФ схему нельзя назвать безупречной, в связи с чем целесообразно обратиться к источникам международного частного права, регулирующим сходные отношения. Такое расширение области исследования позволит выявить целый ряд дополнительных критериев, которые могут быть положены в основу дальнейшего усовершенствования нормы статьи 450 ГК РФ. При этом необходимо оценить каждый их них, поскольку использование этих критериев в международном праве само по себе не означает их бесспорную ценность.

ВЕНСКАЯ КОНВЕНЦИЯ О ДОГОВОРАХ МЕЖДУНАРОДНОЙ КУПЛИ "ПРОДАЖИ ТОВАРОВ

Прежде всего следует обратиться к нормам Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года (далее - Конвенция). Российское определение существенного нарушения было, по сути, заимствовано из данного акта. Однако даже беглый анализ статьи 25 Конвенции позволяет заметить, что отечественный законодатель использовал только часть предложенного определения. Статья 25 Конвенции звучит следующим образом: «Нарушение договора, допущенное одной стороной, является существенным, если оно влечет за собой такой вред для другой стороны, что последняя в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать на основании договора, за исключением случаев, когда нарушившая договор сторона не предвидела такого результата и разумное лицо, действующее в том же качестве при аналогичных обстоятельствах, не предвидело бы его» (выделено авт. - Э. В. ). Таким образом, создатели Конвенции значительно ограничивают пределы ответственности неисправной стороны за существенное нарушение договора категорией «предвидимости». При этом следует подчеркнуть ряд важных моментов, относящихся к этой категории. Во-первых, предвидимость должна быть установлена в отношении именно результата нарушения договора, а не самого нарушения. Иными словами, сторона могла не предвидеть нарушение договора, но должна была предвидеть гипотетический результат нарушения ею своих договорных обязательств. Указание на предвидимость обозначает установление разумных пределов для осуществления потерпевшей стороной своего права на расторжение договора и требования возмещения убытков. Сторона, нарушающая договор, может предвидеть только стандартные или адекватные, наиболее распространенные последствия конкретного вида нарушения исходя из обстоятельств конкретного дела и не обязана просчитывать все возможные экстраординарные исходы ситуации. Эта идея четко прослеживается во всей Конвенции и прежде всего в нормах об убытках, применение которых логически следует после применения нормы о расторжении договора. Речь идет о статье 74 Конвенции, где после определения убытков дается указание на то, что «такие убытки не могут превышать ущерба, который нарушившая договор сторона предвидела или должна была предвидеть в момент заключения договора как возможное последствие его нарушения, учитывая обстоятельства, о которых она в то время знала или должна была знать». Другой важный момент - это обращение к фигуре разумного лица. К неисправной стороне предъявляются требования как к разумному лицу в том же качестве при аналогичных обстоятельствах. Данный юридический прием является довольно распространенным и используется с целью снятия субъективного аспекта при оценке действий сторон договора. Для определения предвидимости необходимо оценить поведение неисправной стороны объективно и субъективно. Именно объективный подход с позиций разумного лица является наиболее значимым. Другими словами, предполагается, что нарушившая сторона была способна предвидеть последствия нарушения, если установлено, что она могла или должна была знать о таких последствиях. Но что происходит, когда нарушившая сторона имела специальное знание и, таким образом, могла предвидеть даже больше, чем обычное разумное лицо? Союз «и» делает возможным заключить, что такое специальное знание не может приниматься в расчет, позволяя нарушившей стороне избежать признания существенного нарушения, прикрываясь парадигмой разумного лица в том же качеств е при аналогичных обстоятельствах. С одной стороны, неисправная сторона не обязана выходить в предвидении за рамки разумного лица, но, с другой стороны, фактическое неразумное непредвидение результата нарушения не оправдывает ее. Следующий значимый момент в использовании критерия «предвидимости» - это момент предвидения. Статья 25 Конвенции не говорит о моменте, когда сторона должна предвидеть результат нарушения. С другой стороны, мы видим, что момент предвидения можно определить, используя статью 74 Конвенции, где размер возмещаемого ущерба не может превышать предвидимого на момент заключения договора. Отсюда можно заключить, что если составители Конвенции не уточнили момент предвидения, как это было сделано в вышеназванном случае, значит, время предвидения расширяется на весь срок с момента заключения договора вплоть до самого нарушения. Такой вывод подчеркивает волевой аспект нарушения договора, так как сторона действительно может предвидеть результат нарушения непосредственно перед самим нарушением и все же идет на это. Еще один вопрос, который необходимо обозначить в связи с обращением к Венской конвенции, - это вопрос о предвидении нарушения договора исправной стороной . В соответствии со статьей 72 Конвенции «если до установленной для исполнения договора даты становится ясно, что одна из сторон совершит существенное нарушение договора, другая сторона может заявить о его расторжении». Из содержания данной нормы с очевидностью следует, что Конвенция фактически предоставляет еще одно основание для одностороннего расторжения договора в связи с предполагаемым нарушением договора другой стороной. Такая позиция, с одной стороны, предоставляет стороне по договору возможность не ждать, когда другая сторона нарушит договор, а расторгнуть его, предотвратив убытки или сократив их, с другой - еще больше усложняет оценку существенного нарушения, которое еще фактически не имело место. И наконец, последний вопрос касается бремени доказывания. Именно на пострадавшую сторону ложится бремя доказывания, что она потерпела существенный ущерб, что в значительной степени лишилась того, на что была вправе рассчитывать по договору. Когда же ущерб и значительное лишение установлены, бремя доказывания перемещается на нарушившую сторону. «Чтобы успешно апеллировать к непредвидимости, нарушившая сторона должна доказать два обстоятельства: первое - что она совершенно не предвидела такое существенное лишение, причиненное нарушением, и второе - что любое разумное лицо на ее месте не предвидело бы его. Если нарушившая сторона сможет доказать это, то существенного нарушения не будет». Таким образом, на основании вышеизложенного предлагается использовать критерий «предвидимости» для разумного ограничения права на расторжение договора в случае его существенного нарушения. Это умозаключение, но только с позиции нарушившей стороны, подтверждается и мнением известного немецкогоюриста Roberta Kocha: «Кажется оправданным вывод о том, что только лишение или значительное лишение является тем, что делает нарушение существенным и что элемент предвидимости служит лишь для освобождения нарушившей стороны от ответственности за нарушение договора».

ПРИНЦИПЫ МЕЖДУНАРОДНЫХ КОММЕРЧЕСКИХ ДОГОВОРОВ (ПРИНЦИПЫ УНИДРУА)

В отличие от Венской конвенции, Принципы УНИДРУА говорят о существенном «неисполнении» договора. Следует отметить, что «неисполнение» в данном случае выступает как синоним «нарушения». Принципы так же, как и Конвенция, различают существенное неисполнение и несущественное, не являющееся серьезным. Концепция существенного неисполнения, в общем, соответствует концепции существенного нарушения по Венской конвенции. Основное значение существенного неисполнения в обеих системах - наделение потерпевшей стороны правом на расторжение договора с последующим требованием о возмещении убытков. Согласно статье 7.3.1, устанавливающей право на прекращение договора, при определении существенности неисполнения обязательства во внимание должно быть, в частности, принято: 1. существенно ли неисполнение лишает потерпевшую сторону того, что она имела право ожидать в соответствии с договором, кроме случаев, когда другая сторона не предвидела и не могла разумно предвидеть такой результат; 2. имеет ли принципиальный характер с точки зрения договора строгое соблюдение неисполненного обязательства; 3. является ли неисполнение умышленным или это следствие по грубой небрежности; 4. дает ли неисполнение потерпевшей стороне основание считать, что она не может полагаться на будущее исполнение другой стороны; 5. понесет ли неисполнившая сторона несоразмерные потери в результате подготовки или осуществления исполнения, если договор будет прекращен. Каждый из этих критериев является сам по себе значимым и требует оценки существенности неисполнения обязательства с обращением ко всем обстоятельствам конкретного дела. Первый критерий, по сути, был уже проанализирован ранее, так как повторяет идею Венской конвенции. Второй критерий обращает внимание не на действительную тяжесть неисполнения, а на характер договорного обязательства, строгое исполнение которого может иметь принципиальный характер. А. С. Комаров подчеркивает, что такие обязательства строгого соблюдения не являются чем-то необычным в коммерческих договорах9. Данная позиция снова возвращает нас к вопросу признания существенным нарушением лишение в праве, а не фактическое лишение материального блага. Иностранные комментарии Принципов УНИДРУА подтверждают целесообразность использования данного критерия. Так, Сhengwei Liu в своей работе, посвященной средствам защиты при неисполнении договорных обязательств, указывает, что «лишение в значительной степени состоит в отсутствии и утрате права стороны иметь в распоряжении или иметь возможность обладать тем благом, которое причитается ей по договору. При этом ожидания потерпевшей стороны должны быть видны из договора». Другой автор11 ссылается на точку зрения Van der Velden,а, который предлагает использовать трактовку «лишения», данную в Своде римских законов (Corpus Juris Secundum), а именно «лишение не обязательно должно быть действительным и не обязательно должно влечь реальный ущерб, но означает лишение в праве, отличное от фактического лишения и определяемое через отказ от исполнения того, что сторона должна получить по договору, или осуществление того, что сторона не имела права делать по договору». Примером использования данного формального критерия является неисполнение договорного обязательства в срок, предусмотренный договором, независимо от фактически причиненного ущерба от неисполнения обязательства в надлежащий срок. Один из самых известных юристов в области международного частного права Peter Schlechtriem в своем комментарии к Венской конвенции отметил, что «когда точная дата поставки устанавливается соглашением, неисполнение поставки товаров в срок в соответствии с условиями договора ведет к нарушению основанного на договоре интереса в принятии поставки в определенное время, которое является таким существенным, что договор может быть расторгнут независимо от наличия реального ущерба в результате задержки поставки». Третий критерий, предложенный Принципами УНИДРУА (является ли неисполнение умышленным или это следствие грубой небрежности), указывает на необходимость определить форму вины нарушившей стороны. Для существенного нарушения может иметь определенное значение умышленное неисполнение. В Венской конвенции нет аналогичной нормы. В соответствии с вышеизложенным критерием, «даже если неисполнение само по себе является несущественным и его последствия не лишают сторону в значительной степени того, на что она была вправе рассчитывать, такое неисполнение может быть признано существенным при установлении умысла. Это дает пострадавшей стороне основание полагать, что она не может рассчитывать на исполнение обязательств стороной в будущем». «Намерение нарушить договор может приниматься в расчет только в случае, когда умышленное или небрежное поведение стороны создает неуверенность в будущем исполнении договора стороной». Таким образом, данный критерий играет роль факультативного и должен приниматься в расчет только в определенных выше случаях. Четвертый критерий (отсутствие надежды на будущее исполнение) имеет значение, если, например, сторона должна осуществить исполнение по частям и ясно, что недостаток, обнаруженный в уже исполненной части, будет повторяться во всех остальных. Тогда потерпевшая сторона может прекратить договор, даже если дефекты в ранее исполненных частях по своему характеру не были достаточными для прекращения договора. Последний, пятый, критерий (несоразмерные потери в результате подготовки или осуществления исполнения, если договор будет прекращен) не имеет прямого отношения к определению существенного нарушения. Этот подход имеет целью ограничение использования права на расторжение договора, а не определение существенного нарушения. Другими словами, он «ограничивает возможность использования такого средства защиты, как расторжение договора, несмотря на наличие существенного нарушения, не отрицая при этом существенность нарушения». Кроме изложенных выше критериев определения существенного нарушения интерес представляет также статья 7.1.4 Принципов УНИДРУА, регламентирующая случай «излечимого» исполнения. Речь идет о возможности исправления и, таким образом, избежания применения другой стороной права на расторжение договора при соблюдении определенных условий: «Неисполнившая сторона может за свой счет исправить любое неисполнение, при условии, что:

она без неоправданной задержки уведомит о предлагаемом способе и времени исправления;
исправление соответствует данным обстоятельствам;
потерпевшая сторона не имеет законного интереса отказаться от исправления;
исправление осуществляется незамедлительно».

Рассмотрение «излечимости» как ограничивающего фактора при определении существенного нарушения допустимо, только если нарушившая сторона будет доказывать, когда исправление нарушения реально возможно, что она желает исправить недостатки и потерпевшая сторона не лишается в значительной степени того, на что была вправе рассчитывать на основании договора. Данное правило в полной мере подтверждает определяющее значение принципа святости или предпочтительности исполнения договора. Robert Koch полагает, что «разумно использовать критерий, изложенный в статье 7.1.4 Принципов УНИДРУА для отрицания факта существенного нарушения, когда все требования соблюдены. Во избежание теоретических и практических трудностей в отношениях сторон такое право на исправление должно прекращаться уведомлением о расторжении договора». Необходимо отметить, что данный подход нашел своеобразное отражение в отечественной судебной практике. В частности, информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 05.05.97 № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» содержит следующее разъяснение в отношении договора аренды: «Требование о расторжении договора аренды не подлежит удовлетворению, если в разумный срок устранены нарушения, послужившие основанием для обращения в арбитражный суд». Хотя в данном случае речь идет об исправлении на момент обращения в суд, а не о возможном будущем исправлении. Тем не менее логика остается той же.

ПРИНЦИПЫ ЕВРОПЕЙСКОГО КОНТРАКТНОГО ПРАВА

В соответствии со статьей 8:103 Принципов выделяется три основных критерия для определения существенного нарушения. Неисполнение обязательства является серьезным для контракта, если:

сущностью контракта является строгое исполнение обязательств, или
неисполнение существенно лишает потерпевшую сторону того, что она имела право ожидать по контракту, если только другая сторона предвидела и имела основания предвидеть такой результат, или
неисполнение является намеренным и дает основания пострадавшей стороне считать, что она не может полагаться на дальнейшее исполнение другой стороной своих обязательств.

Статья 8:105 Принципов так же, как и Венская конвенция, допускает ситуацию так называемого предвидимого неисполнения, когда неисполнение еще не произошло, однако участнику контракта до начала исполнения последнего другой стороной стало очевидно, что действия контрагента повлекут существенное неисполнение. В таком случае исправная сторона может потребовать адекватного страхования должного исполнения, и если такое страхование не произведено в течение разумного срока, то сторона, требующая этого, может прекратить контракт, если продолжает обоснованно полагать, что последует существенное неисполнение контракта другой стороной. Таким образом, можно заметить, что положения Принципов Европейского контрактного права о существенном нарушении договора, в общем, следуют логике статьи 25 Венской конвенции, хотя терминология несколько различна. Очевидно, что в пунктах (а) и (в) статьи 8:103 были учтены также доктринальная и судебная позиции по данному вопросу. Итак, анализ законодательства, доктрины и судебной практики показывает, что легальное определение существенного нарушения не является совершенным, так как:

оценочное понятие существенности определяется через другое оценочное понятие «значительность»;
не очевиден вопрос о том, что включает в себя понятие ущерба;
спорным является вопрос о том, что понимается под лишением: лишение в праве или материальные потери пострадавшей стороны;
неясно, чем могут быть ограничены ожидания стороны;
не уточнено, когда должны формироваться эти ожидания и возможно ли их изменение при последующем изменении договора.

На сегодняшний день судебная практика идет по пути признания нарушения существенным только в случае, когда такое нарушение влечет значительные убытки и является очевидным для любого лица. Представляется, что, если бы законодатель хотел ограничить понятие «существенное нарушение» только такими случаями, это было бы четко отражено в законе. Но слишком расплывчатая формулировка закона заставляет суды идти по проверенному пути. Внесение корректив и дополнительных критериев привело бы к тому, что норма стала бы действительно «работать» по назначению. Проведенный анализ международного законодательства и доктрины позволяет выделить дополнительные критерии, которые могут быть применены отечественным законодателем. Представляется, что их использование позволит с большей степенью уверенности судить о наличии либо отсутствии существенного нарушения и, таким образом, сделает судебную практику менее консервативной и одновременно более единообразной. Э. Д. Войник, юрист

Неисполнение обязательств по договору - это умышленное либо вынужденное нарушение предусмотренных в нем условий. О том, что это такое и каковы могут быть последствия неисполнения принятых на себя обязательств, расскажет предлагаемый нами далее материал.

Неисполнение обязательств по договору в ГК РФ

Согласно статье 307 ГК РФ, обязательством признается необходимость одного участника сделки совершить в пользу другого определенные действия (передать вещи, оказать услуги и т. д.) либо, напротив, не совершать их. При этом ввиду положений статьи 308 ГК РФ обязательство предполагает одновременное участие в нем 2 сторон: должника и кредитора.

В том случае, если каждая из сторон является одновременно и должником, и кредитором, речь идет о двустороннем обязательстве. Так, согласно статье 779 ГК РФ, при заключении договора об оказании услуг исполнитель принимает на себя обязательство такие услуги оказать, а заказчик, в свою очередь, обязуется эти услуги оплатить.

Статья 307 ГК РФ обязывает стороны при исполнении обязательства действовать добросовестно, то есть оказывать друг другу взаимное содействие и предоставлять необходимую информацию в целях соблюдения взаимных прав и интересов друг друга, а также достижения цели заключенной сделки. Если же должник (в двустороннем обязательстве ими являются обе стороны) не исполняет принятые обязательства, то кредитор в силу предписаний статьи 308.3 ГК РФ получает право требовать его исполнения в натуре, если иное специально не предусмотрено в отношении конкретного вида сделок.

При невозможности такого исполнения кредитор вправе требовать от должника выплату денежной суммы, соразмерной стоимости ему причитающегося. При этом помимо собственно исполнения по сделке должник может быть дополнительно привлечен к ответственности за свою недобросовестность, что вытекает из содержания пункта 2 статьи 308.3 ГК РФ.

Ненадлежащее исполнение

Статья 309 ГК РФ указывает, что принятые должником обязательства должны выполняться в полном соответствии с нормами закона или договора. Вследствие этого между добросовестным поведением должника и неисполнением обязательства возможна промежуточная ситуация, когда кредитор исполняет обязанность с нарушением условий сделки, чем причиняет кредитору убытки.

Яркий пример такого поведения — просрочка исполнения, то есть несоблюдение оговоренных в договоре сроков. В данном случае кредитор не вправе требовать исполнения в силу положений статьи 308.3 ГК РФ, однако может, исходя из норм статьи 393 ГК РФ, потребовать возмещения причиненных недобросовестностью должника убытков.

Последствия неисполнения обязательства

Неисполнение обязательств по договору или их выполнение не в полном соответствии с условиями сделки предполагает причинение кредитору убытков. Согласно статье 15 ГК РФ, пострадавшее лицо вправе требовать полного возмещения убытков с виновного, если их размер специально не ограничен законом или соглашением между сторонами.

При этом нормами все той же статьи 15 ГК РФ убытками признаются:

Прямой ущерб.
Упущенная выгода.

Прямой ущерб

Прямыми убытками считаются расходы, которые кредитор уже произвел по вине должника либо должен будет произвести впоследствии для восстановления своих нарушенных прав. Так, в силу требований статьи 616 ГК РФ арендатор обязан содержать арендованную вещь в исправном состоянии и производить при необходимости ее текущий ремонт. В случае ненадлежащего исполнения данной обязанности состояние вещи существенно ухудшается, что влечет затраты арендодателя на ее ремонт, которые в данном случае и будут являться убытками, подлежащими возмещению за счет арендатора.

Упущенная выгода

Под косвенными убытками (упущенной выгодой) понимаются не понесенные расходы, а доходы, которые кредитор должен был получить, если бы должник исполнил принятые на себя обязанности добросовестно. В связи с невозможностью точно определить величину упущенной выгоды (расчеты носят заведомо вероятностный характер) пункт 5 статьи 393 ГК РФ указывает, что суду в таких ситуациях надлежит не отклонять предъявленные исковые требования ввиду сомнения в их достоверности, а принять меры для определения их справедливого и разумного размера. При этом суд должен учитывать фактически принятые для получения дохода меры и сделанные с этой целью приготовления.

В пункте 3 постановления Пленума ВС РФ «О применении…» от 24.03.2016 № 7 приводится пример, касающийся подсчета упущенной выгоды. Подрядчик из-за своей недобросовестности своевременно не выполнил ремонтные работы магазина, тем самым создав препятствия для его нормальной коммерческой деятельности. Упущенная выгода заказчика в таком случае может рассчитываться исходя из величины его прибыли за аналогичный период до нарушения ответчиком условий договора. При этом заказчику надлежит привести доказательства того, что он собирался осуществлять в данном магазине именно розничную торговлю, а не продать его, к примеру, или сдать в аренду.

Не знаете свои права?

Ответственность за неисполнение обязательств по договору

Привлечение к ответственности в юридической практике означает наступление для виновного лица неблагоприятных последствий. При этом следует разграничить последствия, которые наступают ввиду применения к должнику мер принудительного исполнения обязательства, и собственно ответственность за неисполнение.

Так, например, статья 396 ГК РФ указывает, что возмещение убытков (выплата неустойки за ненадлежащее исполнение) не освобождает должника от совершения предусмотренных договором обязанностей (например, по передаче вещи). Аналогичный подход предусмотрен и статьей 395 ГК РФ в отношении денежных обязательств, которая указывает, что выплата процентов за просрочку долга не освобождает от уплаты самого долга.

Убытки и неустойка

Согласно статье 330 ГК РФ, неустойка — это сумма денег, которую должнику необходимо выплатить согласно нормам закона или договора кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения своей обязанности. При этом выплачиваться она может как в случае неисполнения обязательства по договору (тем самым освобождая должника от его дальнейшего исполнения), так при ненадлежащем исполнении (а это уже, согласно статье 396 ГК РФ, его от исполнения не освобождает).

Что касается взаимосвязи неустойки и убытков, то стороны могут предусмотреть в своем соглашении 4 различных варианта, согласно статье 394 ГК РФ (при этом первый вариант применяется в том случае, если стороны не примут решение о применении одного из оставшихся):

По общему правилу статьи 394 ГК РФ убытки возмещаются в части, которую не покрывает неустойка.
Взыскание неустойки исключает взыскание убытков.
Помимо неустойки убытки взыскиваются в полном объеме.
Кредитор может выбрать, взыскивать ли ему убытки или неустойку.

Вина должника

Обязательным условием наступления ответственности за неисполнение обязательств по договору либо их ненадлежащее исполнение является наличие вины должника. В отличие от норм уголовного или административного права, где вина лица подлежит доказыванию, в гражданском обороте вина должника в силу положений статьи 401 ГК РФ заведомо предполагается. При этом свою невиновность, то есть принятие всех необходимых для исполнения обязательств мер, должник обязан доказывать самостоятельно.

В предпринимательской деятельности условием освобождения от ответственности может служить, в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ, только наступление чрезвычайных обстоятельств (аварий, боевых действий, введения в действие запретов и ограничений со стороны государства и т. д.). При этом такое обстоятельство, как отсутствие у должника средств, основанием для освобождения от ответственности не является.

Правовые последствия нарушения условий договоров поставки и оказания услуг

Для более полного раскрытия темы рассмотрим вопрос о специфике ответственности на примере 2 видов гражданско-правовых сделок (договоров поставки и оказания услуг).

Неисполнение обязательств по договору поставки

В статье 523 ГК РФ перечислены случаи, когда сторона (поставщик или покупатель) вправе отказаться от сделки в одностороннем порядке. Например, поставщик вправе отказаться от сделки, если покупателем неоднократно нарушались сроки оплаты товара либо несколько раз не производилась выборка продукции. В случае расторжения договора поставки по данным основаниям поставщик вправе требовать от покупателя компенсации разницы между ценой товара, определенной в договоре, и разумной ценой (но меньшей), по которой поставщик был вынужден продать имеющийся у него товар иному лицу ввиду допущенных покупателем нарушений (статья 524 ГК РФ).

Если же сделка с новым покупателем не была совершена в отношении непроданного товара, поставщик может требовать от покупателя разницу между ценой договора и текущей ценой на данный товар. При этом выплата указанной компенсации не освобождает покупателя от возмещения иных убытков или неустойки.

Неисполнение обязательств по договору оказания услуг

Еще один специальный (предполагающий несколько альтернативных вариантов) способ возмещения убытков предусмотрен статьями 723 и 783 ГК РФ в случае ненадлежащего оказания услуг исполнителем. В такой ситуации заказчик может по своему выбору требовать:

Устранения недостатков за счет исполнителя в разумный срок.
Уменьшения договорной цены исходя из фактического объема оказанных услуг.
Возмещения своих расходов на устранение недостатков, если такое право заказчика предусмотрено договором.

Подводя итог, остается отметить, что отдельными видами договоров, перечисленных в ГК РФ, могут быть предусмотрены дополнительные или альтернативные варианты ответственности сторон за неисполнение условий конкретной сделки помимо мер, определенных нормами части 1 ГК РФ. Это наглядно демонстрируется в примерах, касающихся договоров оказания услуг и поставки.

К иным последствиям нарушения договора относятся, кроме рассмотренных, иные способы защиты гражданских прав, закрепленные в ст.12 ГК РФ.

Так, защита гражданских прав возможна путем присуждения к исполнению обязанности в натуре. Этот способ защиты предусмотрен абз.7 ст.12 ГК РФ и рассматривается как самостоятельный способ защиты гражданских прав.

В судебной практике исполнение обязательства в натуре в качестве способа защиты гражданских прав трактуется как понуждение должника выполнить действия, которые он должен совершить в силу связывающего стороны обязательства (договора). В этом случае, в отличие от присуждения имущества в натуре (отобрания индивидуально-определенной вещи), предусмотренного ст.398 ГК РФ, отсутствует соответствующий денежный эквивалент, поскольку предъявлено требование о понуждении совершить действие, а не передать вещь.

В соответствии с п.1 ст.396 ГК РФ при ненадлежащем исполнении обязательства должником кредитор может потребовать исполнения обязательства в натуре, то есть потребовать совершения тех действий, которые составляют содержание обязанности. При этом уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают от исполнения обязанности в натуре. Статья 475 ГК дает покупателю право потребовать от продавца устранения выявленных в товаре недостатков или замены товара, имеющего существенные недостатки. Осуществление обязанности в натуре предусмотрено нормами о договоре хранения и других договорах.

Иначе подходит суд к рассмотрению требования об исполнении обязанности в натуре, если обязательство не выполнено, однако должник возместил убытки и (или) уплатил неустойку либо отступное. Пункт 2 ст.396 ГК РФ в этом случае освобождает должника от исполнения обязательства в натуре.

Судебная практика исходит из того, что удовлетворение требования об исполнении обязанности в натуре допустимо лишь тогда, когда сохраняется возможность реального исполнения. В противном случае речь может идти о возмещении убытков или возмещении стоимости товара.

ГК РФ переносит акцент с реального исполнения обязательства в натуре на денежное возмещение потерь, предоставляя потерпевшему право осуществить самому соответствующие действия, заменяющие исполнение должником обязанности в натуре. Так, ст.520 ГК дает покупателю право приобрести товар, аналогичный не поставленному или не замененному должником, у других лиц и потребовать от продавца возмещения убытков.

ГК РФ называет в качестве одного из средств защиты гражданских прав прекращение или изменение правоотношения. Статья 407 ГК РФ устанавливает основания прекращения обязательств исполнением, новацией обязательства и т.д. Ряд норм о договорах предусматривают расторжение и изменение договора по одностороннему заявлению одной из сторон независимо от нарушения. Следует полагать, что прекращение или изменение обязательств соглашением сторон, исполнением обязательства и иными правомерными фактами не может рассматриваться как использование средств защиты гражданских прав. Средства защиты применяются при нарушении или оспаривании гражданских прав. Следовательно, указанное средство защиты используется в случаях, когда правоотношения прекращаются или изменяются по одностороннему заявлению одной из его сторон при существенном нарушении договора другой стороной или по иным основаниям, предусмотренным законом или договором. При этом прекращение или изменение правоотношения возможно как по заявлению одной из его сторон, так и по решению суда.

В целом нормы ГК об отдельных договорах предусматривают различные правовые последствия нарушения обязательств. Применение таких последствий управомоченным лицом также является способом защиты своих прав.

Договор может предусматривать разные правовые средства воздействия на сторону, нарушающую договорные обязательства, - право изменить порядок, форму и сроки оплаты товара, работ; основания для отказа от оплаты.

Нарушение условий договора и его расторжение
Расторжение договора в одностороннем порядке
Ответственность за нарушение договора подряда
Изменение и расторжение договора
Существенные условия контракта по 44-ФЗ и их изменение

Нарушение существенных условий договора влечет По требованию одной из сторон может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Статья 450. основания изменения и расторжения договора

Расторжение (изменение) договора в связи с существенным изменением обстоятельств представляет собой самостоятельный случай прекращения либо изменения договорных обязательств.

Здесь существенное значение приобретает цель, которой предопределяется изменение либо прекращение договорного обязательства, а именно необходимость восстановления баланса интересов сторон договора, существенным образом нарушенного в силу непредвиденного изменения внешних обстоятельств, не зависящих от их воли.

Внимание

При этом конкретные явления, события, факты, которые могут признаваться существенным изменением обстоятельств, применительно к конкретным условиям в состоянии определить лишь суд при рассмотрении соответствующего требования.

Однако согласно ст.

Нарушение существенных условий договора влечет

ГК РФ), или обязанность плательщика ренты предоставить обеспечение своего обязательства (ст.
587

Важно

ГК РФ).

Прочие условия - по заявлению одного из партнеров.

Примером может служить требование застраховать товар, когда законодательством эта обязанность не предусмотрена.

В качестве примера приведем постановление АС СЗО от 15.09.2016 по делу № А66-12135/2015, в котором контракт был признан незаключенным из-за отсутствия согласования комплектации башенного крана и наличия разногласий о цене товара.
Предмет как основное условие договора Предметом контракта является то, по поводу чего у партнеров возникают права и обязанности.
Также он должен быть четко определен, чтобы была возможность отличить его от подобных.

Нарушение существенных условий договора

Существенным признается нарушение одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении.Нарушение условий договора и его расторжение; а также и в иных случаях, которые предусмотрены ГК РФ (например, досрочное расторжение аренды), российским законодательством или условиями самого контракта.

Другой возможный вариант это односторонний отказ заказчика или подрядчика исполнять контракт. Допустимые для этого основания изложены в ГК РФ, где указывается, что таким основанием является существенное нарушение, неважно какой из сторон, условий контракта. Таковыми нарушениями могут быть нарушения условий купли-продажи (п. 1 ст. 463, п. 2. ст. 475, а также п. 2 ст. 500, п. 3 ст.
См. также Постановление Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35 «О последствиях расторжения договора» Основания и способы изменения и расторжения договора Основаниями для изменения (расторжения) договора служат:

соглашение сторон;
существенное нарушение договора;
иные обстоятельства, предусмотренные законом или договором (в т.ч. отказ от договора (исполнения договора) или от осуществления прав по договору — ст. 450.1 ГК РФ);
(в связи с существенным изменением обстоятельств).

Расторгнуть или изменить можно только такой договор, который признается действительным и заключенным.

Изменение (расторжение) договора по соглашению сторон Основным способом изменения (расторжения) договора является его изменение или расторжение по соглашению сторон (ст.

ГК). Однако законом или договором эта возможность может быть ограничена.

Какие условия договора называются существенными по гк рф?

Данное положение носит диспозитивный характер: из соглашения сторон или характера изменения договора может вытекать иное (например, в самом соглашении сторон о расторжении договора может быть указана дата, с которой обязательства сторон признаются прекращенными). Так, стороны могут достичь соглашения об изменении договора поставки в отношении последующих или предыдущих периодов поставки.

Очевидно, что в данном случае обязательства не могут считаться измененными с момента заключения подобного соглашения.

В случае, когда изменение или расторжение договора производится по решению суда, действует императивное правило о том, что обязательства считаются измененными или прекращенными с момента вступления решения в законную силу.

Существенное нарушение договора

ГК РФ предусматривает, что по общему правилу изменения в действующий контракт должны вноситься при достижении взаимного согласия партнерами.

В многосторонних сделках может быть предусмотрена возможность изменить условия при достижении согласия большинством контрагентов.

По воле одного из партнеров существенные условия контракта могут быть изменены по решению судебных органов:

при существенном нарушении своих обязанностей одним из партнеров;
в случаях, прямо предусмотренных контрактом или законом;
при существенном изменении обстоятельств.

Что влечет нарушение существенных условий договора Ст. 393 ГК РФ предусматривает общее правило определения ответственности при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязанностей по контракту в виде возмещения убытков, причиненных потерпевшей стороне.
Изменение (расторжение) договора по соглашению сторон При изменении (расторжении) договора по соглашению сторон должен применяться порядок заключения соответствующего договора, а также соблюдаться требования, предъявляемые к форме такого договора, поскольку форма соглашения должна быть идентичной той, в которой заключался договор (ст. 452 ГК). Правда, законом, иным правовым актом или договором могут быть предусмотрены иные требования к форме соглашения об изменении и расторжении договора.

Иное может вытекать и из обычаев делового оборота. Например, договором, содержащим условие о предварительной оплате товаров, может быть предусмотрено, что оплата их в меньшей сумме, чем предусмотрено договором, означает отказ от части товаров, т.е.

изменение условия договора о количестве подлежащих передаче товаров.