Проповедь святейшего патриарха кирилла в праздник воздвижения креста господня в московском храме священномученика климента, папы римского. Проповедь святейшего патриарха кирилла в праздник воздвижения честного и животворящего креста господня Проповедь воз

В о имя Отца и Сына и Святаго Духа. В день Воздвижения Животворящего Креста Господня, мы слышим слова Апостола Павла из его 1-го послания к Коринфянам, эти слова помогают нам понять саму суть христианства. Апостол Павел говорит: «Я был послан Христом благовествовать не в премудрости слова, чтобы не упразднить Креста Христова. Ибо слово о Кресте для иудеев — соблазн, для эллинов — безумие, а дня нас, спасаемых, — Сила Божия» . В этих словах апостол свидетельствует о том, что никакая человеческая премудрость не способна постичь тайну Крестной жертвы Спасителя.

Если попытаться осмыслить подвиг Спасителя, Его жизнь, Его страдания с точки зрения господствующих в человеческом обществе идеалов, ценностей, то все это, действительно, кажется безумием. Вот почему эллины, которые основывались на философии, на мудрости, на человеческой мудрости считали проповедь о Кресте безумием.

Иудеи также, но они основывались не на философии или науке. У иудеев была вера в Бога, но они свое спасение связывали в первую очередь с освобождением от римлян, от языческого ига римлян. Иудеи долго страдали под этим языческим игом и считали, что спасение возможно только, когда придет Мессия и изгонит римлян. И потому для иудеев проповедь о Христе, о Крестной смерти, о поругании Мессии, была великим соблазном, она никак не сочеталась с их чаяниями, с их надеждами, их идеалами устроения земной жизни, т. к. задачу Мессии видели в устроении земной царствия, а не Царства Небесного.

И в самом деле, если посмотреть с позиции сегодняшнего дня на миссию Христа Спасителя: на Его жизнь, Его проповедь, Его страдания и Его смерть, как все это кажется далеко и от современных идеалов бытия.

Нам только кажется, что мы понимаем смысл, совершенного Христом, ибо мы уже знаем историю и знаем, что произошло после Крестной смерти Спасителя, но если поставить себя на место тех, кто жил в древности, кто жил во время проповеди Спасителя, разве бы мы поняли, какое избавление может быть от слабого человека, у которого нет денег, нет власти, который не обладает светской языческой мудростью, философией. Какое избавление может быть от человека, который ходил в окружении своих бедных учеников — рыбаков с Галилейского озера, — а не в окружении легионов воинов. Наверное и мы с вами отнеслись бы к проповеди Спасителя так же, как отнеслись древние. Потому что не соответствует эта Божественная проповедь образу жизни людей. Вот, почему она, одновременно, безумие и соблазн для нас.

Апостол Павел, осознавая это колоссальное отличие человеческих ценностей и жизненных идеалов, целей от проповеди Христа, говорит о том, что Он был послан проповедовать не в премудрости слово, потому что всякая человеческая премудрость, исходящая от ценностей мира, не способна в полноте оценить то, что совершил Христос.

Спасение через пришествие в мир Сына Божия, через Его восшествие на Крест, претерпение поношения и скорби действительно выходит за рамки человеческой логики. И что же может открыть людям смысл совершенного Спасителем? Почему Его образ, образ Спасителя и образ Креста, образ Крестных страданий так притягателен? Потому что, несмотря на то, что Его система ценностей столь высока, несмотря на то, что принесенные Им нравственные заповеди с таким трудом осуществляются людьми, тем не менее уже две тысячи лет образ Спасителя является притягательным для всех людей. И эта притягательность в том, что дела Спасителя, слова Спасителя — это дела и свершения Бога, Бога, создавшего всю сущность.

Мы не можем понять глубины силы Божественной мысли и Божественного действия, человеческий разум ограничен и Божественное мы не можем охватить. Мы можем только открыть свое сердце на встречу вот этим Божественным мыслям и Божественным действиям, которые мы увидели в земной жизни Спасителя. И, открывая сердце, вдруг начинаем понимать и начинаем понимать не на уровне мудрования, мудрствования, не на уровне каких-то отточенных богословских формулировок, ибо никакие формулировки не смогут открыть Божественный замысел. И только лишь сердцем мы сможем понять, что есть Христос для каждого из нас! Именно от этого восприятия человеком Божественного слова и Его Божественного действия пробуждается и сила веры, и люди, соприкоснувшиеся со Христом, начинают понимать, что единственный ключ к объяснению тайны Христа и к объяснению таких страданий — это любовь! Ни долг, ибо Бог никому ничего не должен, ни какая-то волшебная сила, ибо Бог никого не может спасти автоматичести, без желания человека, а только лишь любовь!

Только любовь могла подвигнуть Господа и действительно подвигла Его на то, чтобы Сын Божий, став Сыном человеческим, принял на себя всю тяжесть страданий. Мы понимаем вот эту причину Креста и Крестных страданий еще и потому, что в своей жизни находим очень близкие и понятные аналогии: когда человек способен пожертвовать ради другого? Только лишь, когда он любит этого человека. В каком случае человек способен пожертвовать своей жизнью ради Родины, только лишь, если он любит свою Родину. Никаким долгом, ни какой дисциплиной невозможно объяснить готовность человека отдать свою жизнь за другого, лишь только тогда это осуществляется людьми, когда есть и в сердце, и в уме любовь, лишь тогда человек может добровольно пожертвовать собой и даже жизнь свою отдать. Вот почему и говорит Господь, что: «Нет больше той любви, как если кто душу свою положит за други своя » .

Значит и тайна Креста Христова действительно может быть понята человеком не через философию, не через мудрования человеческие, как у эллинов, не через политические ожидания, политические чаяния, как у иудеев, и как и сейчас у многих из нас, но вот только лишь изнутри человеческой природы — из человеческого сердца.

Почему так? Да потому, что Бог создал нас по образу Своему и по подобию. Он вложил в нас Свой Божественный нравственный закон, и когда Он говорит с нами, то человек чистым сердцем понимает Бога, слышит Его, так как человек создан по образу и подобию. И когда человек перестает понимать Бога и человечество в целом, когда перестает понимать Бога, вот тогда, по-видимому, и наступает конец.

Легко или тяжело быть верующим человеком, христианином, учеником Христа Спасителя? С одной стороны это легко и очень легко, потому что это соответствует природе человека, природе человека как образа и подобия Божия. Идти против Бога, значит идти против самого себя, против врожденного нравственного чувства, против образа Божия, который вложен в каждого из нас, и в этом смысле жизнь в соответствии с законом Божиим, эта жизнь легкая, полноценная и радостная.

Но одновременно и трудно быть христианином, потому что огромное количество людей живут в соответствии с другими законами бытия, перед ними совершенно иные цели, и они исповедуют другие ценности. И опасность современного, переживаемого нами времени, в котором мы сейчас находимся (по промыслу Божию мы помещены именно в это время), состоит в том, что именно эти происходящие не от Божьего замысла ценности становятся господствующими и эти ценности, не исходящие из Божественного закона, из Божественных заповедей, предлагаются всему роду человеческому в качестве некоего нового идеала устройства человеческой жизни.

Эти ценности кажутся духовными, ясными, комфортными, понятными, когда ценность счастливой внешне жизни, комфортной, жизни в удовольствии, в потреблении, жизни долгой, жизни, наполненной радостями плоти и чувств. Происходит это потому, что грех помрачил природу человека, омрачает разум и искажает жизненные ориентиры и Божественные законы, и Божественные заповеди затмеваются, и появляются эти новые цели, эти новые заповеди человеческого существования.

Слова апостола Павла показывают нам (вот эти слова, с которых я начал: слова из первого послания Коринфянам) всю конфликтность, всё противоречие: для одних слово о Кресте — это безумие, для других — соблазн, а дня нас, спасаемых, — это Сила Божия.

И пока для рода человеческого слово о Кресте будет силой Божией, до тех пор будут спасаться люди, хотя бы часть их. Несмотря на все слабости, на все падения, на свою греховную природу, у христианина природа такая же греховная, как и у любого другого человека, несмотря на это, вот эти люди, которые будут слышать весть о Кресте и будут понимать, что в этом спасение, до тех пор люди будут идти ко Христу будут преклоняться перед Его жертвой, перед Его Крестом, который явил всему миру символ спасения. Аминь.

Иеромонах Симеон (Кулагин)

27 сентября 2016 года, в праздник Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил чин великого освящения храма Архангела Михаила в деревне Белоусово Троицкого административного округа (Новая Москва) и Божественную литургию в новоосвященном храме. По окончании Литургии Предстоятель Русской Церкви обратился к участникам богослужения с Первосвятительским словом.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Сегодня мы празднуем великий двунадесятый праздник Воздвижения Честнаго и Животворящего Креста, и всё богослужение, все песнопения и молитвы, которые произносятся в храме, имеют в центре спасительный Крест, на котором распят был Сын Человеческий и Божий Сын, Господь наш Иисус Христос.

Очень многое сказано о Кресте. Святые отцы посвящали ему целые трактаты. Множество замечательных мыслей запечатлено в наших церковных песнопениях и молитвословиях. Но из всего обилия определений того, что есть Крест и каково его значение для человека, я хотел бы привести сегодня лишь одно, которое мы находим у святителя Иоанна Златоуста: «Крест — это свобода наша».

Удивительные слова открывают самую суть того, что произошло на Кресте и что Господь принес людям. Достаточно вспомнить, что до пришествия в мир Спасителя грех действовал в мире с непреодолимой силой — можно сказать, он был включен в основу всех отношений между людьми, общественных отношений, государственных систем. Никакой свободы у человека не было: приходя в мир, он словно вставал на рельсы, которые вели его к духовной погибели.

Да, мы знаем: были великие гении духа, великие герои и подвижники, ветхозаветные пророки, которые, несмотря на непреодолимую силу греха, свидетельствовали о Божией правде. Но к их словам мало кто прислушивался, разве что самые близкие ученики, — но даже среди них порой оказывались те, кто присоединялся к гонителям пророков.

И вот Господь на Кресте побеждает зло. Зло было причиной этой страшной несправедливой казни. Зло торжествовало над Тем, Кто поражал людей Своей чудодейственной силой. Казалось бы, кто может восстать на Иисуса из Назарета, Сына Божиего и Сына Человеческого? Ведь Он бурю останавливает, тысячи людей кормит пятью хлебами, исцеляет глухих, хромых, прокаженных, Лазаря Четверодневного выводит из гроба… Доныне некоторые, слушая о Христе, возражают: «Как во все это можно поверить? Где Бог, мы же Его не видим? А вот если бы Он совершил чудо сейчас, я бы поверил». Это лукавые слова, и, чтобы в этом убедиться, достаточно вспомнить, что и самые великие, потрясающие сознание чудеса, совершенные Спасителем, не остановили непреодолимую, дьявольскую силу зла. Она умертвила Иисуса, Господа и Спасителя нашего, на Кресте, но последовавшее затем Воскресение подвело окончательную черту, свидетельствуя, что непреодолимой силе греха в мире приходит конец.

Что же, зло вообще ушло из мира? Совсем нет, и каждый из нас об этом знает по опыту собственной жизни. Но вместе со злом существует добро, вместе с ложью — Божия правда. Так что же дал нам Крест? А Крест дал нам свободу, о которой с такой силой сказал Иоанн Златоуст, — свободу выбирать между добром и злом, между ложью и правдой, становиться рядом со Христом или с Его гонителями, со светом или с тьмой. Мы свободны, чего не было у наших далеких предков, которые жили в условиях непреодолимости зла.

Эта свобода выбора запечатлена в нашей русской иконографии Креста. Наш русский православный Крест — восьмиконечный. Помимо центральной перекладины, к которой были пригвожден Спаситель, изображается дощечка, которую Пилат повелел прибить наперекор иудеям, свидетельствуя о том, что Распятый есть Царь Иудейский. А нижняя перекладина возносится правой стороной кверху, а левой книзу, потому что справа висел разбойник, который исповедовал Господа и получил спасение, а слева — тот, кто отверг Его и ушел навечно в гибель. Вот это и есть символ нашей свободы, и мы совершаем выбор между добром и злом каждый день.

Никто не может сказать: «Я принужден совершать зло». Даже тех, кто живет в условиях диктатуры, в условиях рабства, никто не может принудить творить зло, — всегда должно хватать ума, воли и сил совершать добро. Но ведь чаще всего никто и не принуждает — мы и без того с легкостью поддаемся соблазну. Хотим жить лучше? Трудись, и то, что тебе приносит твой труд, используй во благо. Но этого кажется мало, человеку хочется иметь как можно больше, и он переступает черту и начинает добывать деньги нечестным способом, хотя никакого счастья они не приносят. Или, например, никто не принуждает нас говорить неправду, а мы все равно говорим, опасаясь за свою карьеру или желая понравиться большинству. Мы боимся сказать правду и лжем. Или мы изменяем своим принципам, предаем близкого человека, проявляем коварство — опять-таки свободно, не по принуждению. И хотя мы всегда находим оправдание, мы сами сознаем, что могли поступить иначе.

Эту великую силу свободы нам даровал Христос. После Воскресения Христова свобода человеческого выбора сохраняется даже там, где узаконено рабство. Раб, если и получал свободу, мог грешить или не грешить, говорить правду или ложь, пресмыкаться или сохранять свое Богом данное достоинство. Крест дал нам свободу, а значит, обострил, подчеркнул нашу личную ответственность пред Богом за то, как мы этой свободой распоряжаемся.

Поэтому, молясь перед крестом и прося Господа защитить нас от всякого зла, будем просить Его, чтобы Он давал нам силы всегда, когда только мы можем и даже когда не можем, оставаться на стороне добра и правды. А так может произойти только в том случае, если мы свои ум и сердце отдадим Господу, и тогда сила Креста будет ограждать нас от искушений, соблазнов и укреплять нас в делании правды Божией.

1957 г.

Во имя Отца и Сына и Св. Духа!

Поклоняясь ныне предлежащему и возносимому изображению Честнаго и Животворящего Креста Господня, каждый истинно верующий православный христианин не только изъявляет свое благоговение в отношении орудия нашего спасения, но и устремляется мыслью и сердцем к самой тайне искупления.

"Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах; и как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единороднаго, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную « ().

Грехопадение человека представляет собой тайну для богословствующего ума. Хотя наличие в раю искусителя и способствует частичному объяснению возможности преслушания заповеди Божией и Евой при наличии у человека свободной воли, однако остается непостижимым, изумительным, как мог человек, имевший «своим храмом и ризою Бога», испытывавший сладость богообщения, живший в лучах Божественной любви, – как мог он стать нарушителем даже легчайшей заповеди, богоотступником и изменником!

Тайне беззакония неминуемо должна была противостать тайна искупления. Несказанная дерзость вела к столь тяжкой виновности, что по суду Правды Божией смыть вину прародителей не могло никакое раскаяние, никакая жертва со стороны человека или даже всего человечества. Требовалась такая жертва, которая обладала бы божественными качествами, божественной силой и в то же время была бы принесена от человеческого естества. Недомыслимая Премудрость Божия нашла путь, открывавший возможность принесения такой жертвы, а Божественная Любовь превратила эту возможность в действительность. Жертвой, спасающей человека от проклятия и осуждения, дающей право не только на прощение, но и на усыновление Богу, стал Богочеловек – Господь наш Иисус Христос, единосущный Богу Отцу по божеству и единосущный нам по человечеству. Средством очищения и освящения стала драгоценная Кровь Божественного Агнца, а орудием искупления и символом победы над диаволом, смертью, грехом – Животворящий Крест Господень.

До Христа-Спасителя никто не восходил на небо. Величайшие праведники ветхозаветного времени по смерти пребывали хотя и на «лоне Авраамовом », но вне врат Царстия Небесного. Христос крестом Своим открыл эти врата и ввел с Собою в рай покаявшегося благоразумного разбойника.

Путь в Царство Небесное открыт теперь каждому верующему во Христа, конечно, верующему искренне и не только на словах, но на деле, т. е. имеющему веру «любовию споспешествуему». Как израильтяне спасались некогда от «угрызений змиев», взирая на медного змия, сделанного Моисеем по повелению Божию, так каждый жаждущий спасения может быть ныне спасен от гибели, причиняемой смертоносным ядом греха, если он с твердым упованием взирает на Крест Господень, взирает не пассивно, а желая бороться с грехом и побеждать его в себе при благодатной помощи Искупителя.

Отсюда понятно, что спасение человека, приобретенное для него Господом Иисусом Христом на Кресте, действительно совершается лишь в процессе личного подвига или «крестоношения», главная цель которого состоит в достижении всецелого послушания Богу.

Крест Христов напоминает человеку о необходимости принести себя самого в жертву послушания Тому, Кто «послушлив был даже до смерти, смерти же крестныя "...

"Не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него " ().

Так было в первое пришествие Господа на землю. Так продолжается и теперь. Пока Господь терпит и принимает нас такими, каковы мы есть. Сколько раз он прощал нам тяжкие грехи ради одной покаянной слезы нашей, сколько раз исполнял наши просьбы, давая просимое »просто и без упреков « (). Но будет и такой момент, когда Господь придет уже не спасать, а судить мир. И тогда Он спросит у нас не только, как мы каялись, но и как мы жили, исправлялись, как несли свой жизненный крест, чем можем доказать нашу любовь к Нему. Крест Христов – и орудие нашего спасения, и наша надежда, но, в то же время, он и грозное для недостойных »знамение Сына Человеческого «, которое некогда узрит все человечество перед вторым, славным пришествием на землю Господа нашего Иисуса Христа.

Вспоминая событие праздника Воздвижения Креста Господня, будем, возлюбленные, стремиться к тому, чтобы вещественный образ – возношение Креста пред очами верующих – подвиг нас к духовному стремлению «горе». Пусть Крест Господень, это дивное оружие победы и спасения, неотступно будет предноситься нашему духовному взору и напоминать о жертвенности Любви Божией к нам, побеждая и нас крестоношением ответить на эту неисповедимую любовь.

Чудо же воскрешения мертвеца и исцеления болящей от прикосновения Креста Господня да будет нам напоминанием о том, что Спаситель наш, хотящий всем спастися, силен и нас возродить к чистой и богоугодной жизни, если только мы устремимся к Нему всем сердцем, одушевленные несомненной верой, верой кровоточивой женщины, которая говорила в себе: «если прикоснусь, то буду здорова ". Аминь.

Но есть во всей вселенной единственный и неповторимый памятник, который воздвигнут отнюдь не любовью или признательностью, не доброй памятью или добрым расположением. Воздвигнут он злобой, ненавистью и коварством человеческим. Памятник этот - Крест Христов, на котором люди пригвоздили своего Спасителя и Бога. И стоит этот Крест над пространством и над временем, являя всем народам мира Божию любовь и благоволение, свидетельствуя о человеческой неблагодарности. Этот памятник освятил мир и человечество, ибо на нем пролил Свою искупительную кровь наш Спаситель. Силою на нем распятого Христа он стал знамением и оружием христианства.

Как вначале, так и в последующие времена «слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, - сила Божия» (1 Кор. 1:18). Позорное орудие казни Христос спасительной Своей смертью и Животворящей Кровью претворил из позора в славу, из унижения в возвышение, из соблазна и безумия в Божию силу и в Божию премудрость. Таков Промысл Божественной любви. И мы ныне хвалимся Животворящим Крестом, поклоняемся ему, величаем его и вместе с ним - искупительный подвиг нашего Господа и преславное Его воскресение. «Мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие, для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость» (1 Кор. 1:23-24).

Крест во всей вселенной. Крест в существе самого человека, в его образе. Крест везде и всюду как сила, освящающая бытие мира во всех измерениях - высоте, глубине и ширине. Крест - свидетельство благости и любви Отца, Сына и Святого Духа. Это знамя нашей победы, возложенное на каждого христианина в таинстве Крещения. Крест венчает храмы Божии, эти места особого присутствия Божия. Крест Христов осеняет верных людей на всех путях их жизни, с рождения до могилы. Осеняя себя крестным знамением, мы каждый раз освящаем наш ум и наши мысли, сердце и чувства, освящаем свои телесные силы и призываем благословение на дела рук наших. Крестом нас осеняет святая Церковь за богослужениями.

Сегодня, когда во всех православных храмах и в сердце каждого верующего христианина воздвигается Животворящий Крест, мы не только славим его и поклоняемся ему, но и стараемся размышлять о великой тайне Креста. Животворящий Крест преподает нам урок великой божественной любви. «Так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16). Святитель Иоанн Златоуст в своем размышлении о Боговоплощении и Кресте Христовом говорит: «Не раба, не ангела, не архангела отдал Господь миру, но дал сущность Свою и Ипостась - Сына Единородного. Отдал же не за каких-то избранных людей, а за все человечество». Мы видим любовь Божию: «Воскресение Христово видевшее», - поклоняемся святому Господу Иисусу, Единому безгрешному, и кресту Его, славя Воскресение.

Почему же мир пригвоздил Любовь ко кресту? Дело все в том, что там, где начинает побеждать закон любви, закон Божьего Царства, там наступает конец человеческому самопревозношению, человеческой самости, человеческому греховному эгоизму. В мир пришла воплощенная Любовь. Она обличила людскую неправду. Ужаленная неправда стала мстить Богу. Однажды ученик Христа в благоговейном трепете молил: «Выйди от меня, Господи! потому что я человек грешный» (Лк. 5:8). В противоположность этому были случаи, когда люди из грешного рода и лукавого от страха и озлобления просили Христа оставить пределы той местности, где они жили (Мф. 8:34). Там, где гордость человеческая хочет господствовать властно и безраздельно, нет места Богу. Вот почему мир встретил божественную Любовь ненавистью и озлоблением.

Научимся сегодня у подножия Креста любви преданности Богу и терпению. Когда царица Евдоксия хотела предать смерти святого Иоанна Златоуста за его проповедь, святитель писал одному из пресвитеров: «Я знаю злые происки и коварные намерения Евдоксии, но кто же может разлучить нас от любви Божией: скорбь ли, теснота ли, гонения ли - ничто не разлучит нас от любви Божией. Если она предаст меня в руки палачей и они захотят распилить меня пополам, я помню пророка Исаию; если она захочет бросить меня в пучину морскую, я знаю пророка Иону; если она бросит меня зверям на съедение, я крепко помню пророка Даниила; если ввергнут меня в пещь горящую, я прекрасно помню семь отроков; если отсекут мне голову, я стану сопричастником великому Крестителю Иоанну. Таким образом, нет ни метода, ни действия, которое могло бы разлучить нас от любви Божией, явленной Спасителем в искупительном подвиге, в распятии за нас».

Любовь совершенствует человека. Любовь дает человеку крылья, возносящие его до небес.

В день Воздвижения Креста Господня воздвигнем его в своих сердцах и в своих умах, в своей жизни, чтобы он действительно был для нас победой Христовой над всякой немощью и сомнением, над унынием и печалью, над грехом и беззаконием, чтобы он всегда был для нас знамением твердой веры, непоколебимой надежды и христианской любви. Будем хвалиться Крестом и спасаться силою на древе распятого Христа. Аминь.

По книге «Слово, растворенное любовью. Проповеди Блаженнейшего Владимира, Митрополита Киевского и всея Украины, Предстоятеля Украинской Православной Церкви» (Киев, 1997)