Романов николай константинович 1872 1938. Фильм Великий князь Николай Константинович Романов. (2010). Преступление и наказание
Николай Константинович стал жертвой страсти к американской танцовщице
Даже удивительно, что про этого отпрыска царской семьи РОМАНОВЫХ до сих пор не сняли остросюжетный приключенческий фильм с элементами любовной драмы. Тем более в год столетия Великой Октябрьской социалистической революции, когда к свергнутой августейшей фамилии особый интерес. Внук НИКОЛАЯ I, племянник АЛЕКСАНДРА II и двоюродный брат АЛЕКСАНДРА III - Николай РОМАНОВ, безусловно, один из самых скандальных и загадочных представителей трехсотлетней династии.
Член правительства, Великий князь Константин Николаевич понуро смотрел в окно. Из Мраморного дворца, одного из красивейших зданий Санкт-Петербурга, прекрасно была видна Петропавловская крепость на другом берегу Невы со слепящими солнечными зайчиками, весело прыгающими по шпилю. Там, в «Секретном доме» Алексеевского равелина, кто только из важных преступников не сидел: и декабристы, и петрашевцы, и народовольцы, и даже писатель Федор Достоевский .
«Неужели пришло время, чтобы в этих стенах оказался член императорской семьи? - мрачно размышлял генерал-адмирал. - Никола, конечно, не политический. Но не в «Кресты» ж его сажать с уголовниками!» Генералу было от чего прийти в отчаяние. На кону стояла судьба его сына Коли.
Николай Константинович Романов , которого в семейном кругу называли Николой, родился в феврале 1850-го. И с детства демонстрировал блестящие способности, хотя и рос в нервной обстановке. Его батюшка, женившись на троюродной сестре, немецкой принцессе Александре Саксен-Альтенбургской (в России она стала Александрой Иосифовной), стал погуливать налево. У него завязался серьезный роман с балериной Мариинского театра Анной Кузнецовой . Скрывать от супруги адюльтер отец не считал нужным и в результате настругал на стороне пятерых детишек. Помимо шестерых в законном браке!
Возможно, данные обстоятельства повлияли на характер подростка, сделав Колю вспыльчивым и своенравным. И даже строгий воспитатель-немец не мог его усмирить и наставить на путь истинный. Когда парню исполнилось 18, строптивец, празднуя освобождение от опеки иноземца, демонстративно развел костер из тетрадок и книжек прямо на каменном полу семейного дворца.
Роковая Фанни ЛИР
Обман вскрылся быстро
Впрочем, по мере взросления мальчик начал превращаться в дельного юношу. Никола, первый из Романовых , по личной инициативе поступает в Академию Генерального штаба. И занимается столь упорно, что катастрофически портит зрение. Зато становится одним из лучших выпускников, получив серебряную медаль.
В 21 год Николая Константиновича назначают командиром эскадрона лейб-гвардии конного полка. К этому моменту он считается самым красивым среди Великих князей, блистает на балах и светских раутах. Коллекционирует западноевропейскую живопись. Мечта, а не жених! Его семья владеет не только Мраморным дворцом, но и знаменитым Павловским в пригороде Петербурга, а также имением в Стрельне у Финского залива.
Никола мог бы выбрать самую блестящую девушку из высшего общества. А спутался с безродной американской танцовщицей Фанни Лир , познакомившись с ней на балу.
Поначалу Романов пытался было выдать себя за сына богатого купца, но опытная американка быстро его раскусила. Когда Николай Константинович привел возлюбленную в театральную ложу, где на креслах были вышиты императорские вензеля, она сказала ему в лицо: «Офицеру не пристало врать!» Пришлось признаваться.
Поначалу родные смотрели на интрижку сквозь пальцы, но затем начали волноваться. Уж не собирается ли носитель императорской фамилии жениться на авантюристке, успевшей побывать замужем и родить дочь?! Николу, от греха подальше, решают удалить из столицы.
В 1873 году 23-летний полковник отправляется в составе военного экспедиционного корпуса в Среднюю Азию воевать с Хивинским ханством. И, надо сказать, проявил он в бою себя достойно. Ходил в разведку под плотным артиллерийским огнем, пересекал пустыню Кызылкум, где от жары и жажды полегло больше людей, чем от пуль. И при любой возможности посылал письма любимой Фанни.
Дворец вельможного изгнанника в Ташкенте
Мамино колье
Через несколько месяцев Никола триумфально возвращается в столицу с наградой - орденом Св. Владимира III степени. Роман разгорается с новой силой. Сама Фанни вспоминает в мемуарах о дорогих подарках, о роскошной карете с гигантом-кучером и грумом-карликом, о великолепии дворца. Но за этими строками виден ее стервозный характер. В частности, американка бранила великолепную кухню великого князя, повторяя: «Повара французские, но страна их испортила».
Денег не хватало, Николай был богат, но открыто тратить десятки тысяч на любовницу ему бы из родни никто не позволил. И вот тогда...
14 апреля 1874 года в Мраморном дворце произошла кража. Она была возмутительна еще и тем, что касалась семейной реликвии - иконы, которой Николай I благословил родителей нашего героя на брак. С ее оклада исчезли бриллианты. Расследование взял под контроль лично шеф корпуса жандармов граф Петр Шувалов . Долго искать не пришлось - драгоценности нашли в одном из ломбардов. Тут-то и выяснилось, что принес их офицер из свиты Николая Константиновича по фамилии Варнаховский . Тот недолго отпирался, заявив, что послал его туда сам Великий князь ради своей возлюбленной. Никола под давлением улик признался, но не выказал и тени раскаяния.
Романов - домашний вор, неслыханно! По столице поползли сплетни. Одна из них - будто бы Никола украл колье матери, подарил американке, а та пошла с ним в театр - тут-то все и вскрылось. Замять скандал было уже невозможно.
В узилище его все-таки не посадили - это ж какой позор для династии! Объявив сумасшедшим, Николая Константиновича выслали из столицы, лишив всех наград, званий и титулов. А роковую Фанни заставили немедленно покинуть Россию без права на возвращение.
Кинотеатр «Хива», открытый князем
Не пустили на похороны
За семь лет Никола сменил не менее десяти мест проживания: Умань (250 верст от Киева), Оренбург, Самара, Крым, Владимирская губерния, городок Тиврово под Винницей... Ему не давали возможности нигде осесть и обрести хоть какое-то положение в обществе.
В Оренбурге Романов влюбляется в дочь городского полицмейстера Надежду Дрейер . Зимой 1878 года они тайно венчаются, но о свадьбе, естественно, тотчас становится известно в Зимнем дворце. Специальным постановлением Синода брак признается недействительным.
Перемены в судьбе изгнанника наступили в 1881-м. Александр II взорван народовольцами. Потрясенный Николай Константинович просит разрешения приехать на похороны. Александр III отвечает жестко: «Вы обесчестили нас всех. Пока я жив, ноги вашей не будет в Петербурге!» Однако милостиво разрешает узаконить брак с дочерью полицмейстера. Более того: вечным скитаниям положен конец. Супругам разрешают постоянно проживать в Ташкенте.
Бильярдные залы опального РОМАНОВА приносили хорошую прибыль
Гарем миллионера
Вот тут-то князь и развернулся в полную силу.
Он открывает мыловаренный завод, пять кинотеатров, сеть бильярдных, торгует рисом, квасом, организует собственную мануфактуру. Рядом с железнодорожной станцией устраивает рынок под громким названием: «Базар великого князя в Голодной степи». Годовой оборот его предприятий достигает фантастической суммы - 1,5 миллиона рублей в год!
Николаю Константиновичу никто не указ. Встретив на ярмарке генерал-губернатора, который посмел сказать, что тот находится под домашним арестом, Романов съездил ему по физиономии.
Взыграли гены любвеобильного папы: ссыльный вельможа заводит в Ташкенте гарем. В здешнем театре Романов мог появиться с двумя любовницами одновременно. Он даже фиктивно женился на 15-летней казачке. Князь заботился обо всех своих детях на стороне, но и законных не забывал, пристроив двоих сыновей в престижный Пажеский корпус.
Николай Константинович умер в 1918 году. Большевики до него добраться не успели - этот незаурядный человек скончался от пневмонии.
Великий князь Константин Николаевич с сыном Николаем
Великий князь Николай Константинович Романов (2 февраля Санкт-Петербург - 14 января Ташкент) - первый ребёнок великого князя Константина Николаевича , младшего брата будущего российского императора Александра II , внук Николая I .
Молодость великого князя
Великий князь Николай Константинович
Николай Константинович выпускник Академии Генерального штаба, в которую он поступил по собственной инициативе в 1868 году. Великий князь Николай Константинович стал первым из Романовых, окончившим высшее учебное заведение, причём в числе лучших выпускников - с серебряной медалью. После завершения учёбы он путешествовал заграницей, где начал собирать свою коллекцию западно-европейской живописи. После путешествия по Европе, великий князь поступил в лейб-гвардии Конный полк, и через некоторое время он в 21 год стал командиром эскадрона. В это время на одном из балов-маскарадов он знакомится с американской танцовщицей и авантюристской по натуре - Фанни Лир, которая к тому времени уже успела попутешествовать по Европе, побывать замужем и имела малолетнюю дочь. У них начался роман.
Бурный роман великого князя обеспокоил его отца и мать. Обсуждение этой проблемы привело даже к встрече его родителей, которые к тому времени не проживали вместе. Его отец нашёл вполне подходящий предлог, чтобы удалить его из Петербурга: в 1873 году Николай Константинович отправился в составе русского экспедиционного корпуса под командованием генерала Скобелева в поход на Хиву .
1867 год. Николай Константинович в кругу родных. Слева направо сидят сестра Ольга и её жених Георг Греческий, мать - Александра Иосифовна. Нижний ряд: Великие князья Константин Константинович, Вячеслав Константинович и Дмитрий Константинович - младшие братья Николая Константиновича
Великий князь Николай Константинович, имевший к тому времени уже звание полковника, в этом походе получил боевое крещение. Он во главе авангарда Казалинского отряда, понёсшего наибольшие потери, следовал одним из труднейших маршрутов, через пустыню Кызылкум. Первая же разведгруппа, возглавленная им, попала в такой плотный артиллерийский огонь, что в отряде их возвращения живыми уже не ждали. В этом походе Николай Константинович проявил личное мужество и являлся примером для других. За участие в Хивинском походе он был награждён орденом Святого Владимира.
После возвращения из Средней Азии, которой он был очарован, его всерьёз заинтересовала ориенталистика .
Он начал принимать участие в работе Русского географического общества : там среди учёных мужей вызревала идея Амударьинской экспедиции. Её целью было максимально изучить только что завоёванный Россией край и подвергнуть детальному научному анализу его потенциал. Подобные планы взбудоражили, захватили блестящего флигель-адъютанта государя. В Географическом обществе были, разумеется, рады августейшему вниманию. Николая Константиновича избрали почётным членом этого общества и назначили начальником экспедиции.
После возвращения из Хивинского похода он снова съездил в Европу в компании своей возлюбленной - Фанни Лир. Там он продолжил пополнять свою художественную коллекцию.
Но весной 1874 года, когда ему исполнилось 24 года, случилось событие, которое полностью изменило жизнь великого князя.
Семейный скандал
Александра Иосифовна мать великого князя Николая Константиновича
Доходы от его предпринимательской деятельности составляли внушительную сумму - до полтора миллиона рублей в год. Для сравнения: из Петербурга князю присылали на содержание в год 200 тысяч рублей.
Николай Константинович оказался превосходным предпринимателем. Он одним из первых обратился к наиболее доходной тогда области промышленности в туркестанском крае - строительству и эксплуатации хлопкоочистительных заводов. При этом он использовал самые передовые технические идеи своего времени - на его заводах использовался безотходный технологический цикл - семена хлопчатника , остававшиеся после переработки сырца в волокно, употреблялись в качестве сырья на маслобойнях, а жмых шёл как на удобрения, так и на корм скоту.
Уже своими первыми ирригационными работами он снискал большую популярность у населения. Первая из них это - выведение из Чирчика по правобережью реки канала, названного им Искандер-арыком.
Тогда на этих землях находилось лишь несколько домов бедных дехкан, выселившихся из Газалкента. После проведения Искандер-арыка тут заложили «великокняжеское» селение Искандер. В стороне от посёлка великий князь разбил большой сад. Во время связанных со строительством на Искандер-арыке работ Николай Константинович произвёл археологическое вскрытие расположенного у русла канала кургана, из которого извлекли оружие и другие предметы.
В 1886 году великий князь приступил к «выводу» сырдарьинской воды, желая во чтобы то не стало оросить хотя бы часть Голодной степи между Ташкентом и Джизаком , затратив много энергии и личных средств. Работы, связанные с проведением канала, обошлись князю свыше миллиона рублей (для сравнения: корова тогда стоила 3 рубля). На прибрежной скале около реки, у головного сооружения близ Бекабада, была высечена крупных размеров буква «Н», увенчанная короной.
Канал в Голодной степи, построенный на средства Николая Константиновича
На орошённых землях поднялись 12 больших русских посёлков. Николай Константинович писал: «Моё желание - оживить пустыни Средней Азии и облегчить правительству возможность их заселения русскими людьми всех сословий». К 1913 году там выросло уже 119 русских селений.
Но любимейшей идеей великого князя был проект восстановления «старого тока» Амударьи в Каспий. Ещё в 1879 году в Самаре он организовал общество для изучения среднеазиатских путей, ставившее своей целью выбор направления туркестанской железной дороги и исследования поворота Амударьи в Узбой . В марте 1879-го великий князь Николай Константинович опубликовал брошюру под названием «Аму и Узбой» (книга вышла без указания имени автора). В ней автор, опираясь на свидетельства источников - произведения античных и средневековых писателей, - доказывал, что река неоднократно меняла своё направление «исключительно по воле человека». Но правительство не поддержало почин князя - оно само занялось разработкой проекта разворота реки .
В брошюре «Аму и Узбой» великий князь писал: «Россия в течение последних 25 лет овладела большей частью Средней Азии, но некогда цветущий Туркестан достался русским в состоянии упадка. Он наделён от природы всеми благоприятными условиями для быстрого развития своих богатых производственных сил. Расширив оросительную сеть, раздвинув пределы оазисов, Туркестан можно сделать одной из лучших русских областей». План по «повороту Амударьи», вероятно, вполне справедливо, также был сочтён нецелесообразным. Но сама экспедиция, проделавшая более чем тысячекилометровый путь по совершенно не исследованным местам, принесла материал исключительной ценности. Это было отмечено и научными кругами, и даже начальством в Петербурге, наградившим всех его участников, за исключением великого князя.
В Средней Азии всегда высоко ценились работы, связанные с орошением, особенно новых земель, не использовавшихся до того под земледельческие культуры. Поэтому упомянутые ирригационные мероприятия Николая Константиновича, самые крупные для своего времени и к тому же осуществившиеся не в принудительном порядке, а с оплатой труда всех участников, способствовали быстрому распространению среди местного населения популярности великого князя. Он проложил на свои средства 100-километровый оросительный канал, ожививший 40 тысяч десятин земель.
Коллекция великого князя
Коллекция картин европейской и русской живописи, собранная Великим князем и привезённая им из Санкт-Петербурга, явилась основой для создания в 1919 году музея искусств в Ташкенте , имеющего одну из самых богатый коллекций картин европейской живописи среди художественных музеев Средней Азии.
Судьба одной скульптуры
Во время своего второго путешествия в Европу Николай Константинович и Фанни Лир побывали в Риме на вилле Боргезе. Здесь он залюбовался знаменитой скульптурой Антонио Кановы , изображавшей Полину Боргезе (en), младшую сестру Наполеона, в виде обнажённой красавицы, лежащей на мраморном ложе в виде Венеры-победительницы с яблоком в левой руке. Николай Константинович тут же заказал скульптуру Томазо Солари изготовление точной копии скульптуры, но вместо Полины Боргезе на мраморном ложе должна была лежать его возлюбленная - Фанни Лир.
В своих мемуарах мисс Лир вспоминала то неприятное впечатление, которое у неё вызывала накладываемая на её лицо гипсовая маска, с помощью которой скульптор впоследствии воспроизвёл в мраморе черты её лица. Скульптор их заверил, что по окончанию работы скульптура будет отправлена в Петербург. Своё обещание он сдержал.
Спустя много лет, когда великий князь уже находился в ташкентском изгнании, его мать, Александра Иосифовна, сделала ему подарок. Во время прогулки в парке, она наткнулась на мраморную скульптуру полуобнажённой женщины с яблоком в руке. Она узнала в этой женщине Фанни Лир - возлюбленную своего старшего сына. И вскоре скульптуру, упакованную в деревянный ящик, отправили в Ташкент Николаю Константиновичу. Позднее эта мраморная скульптура стала одним из украшений Ташкентского музея изобразительных искусств .
Фанни Лир в виде Венеры с яблоком, скульптор Томазо Солари. Из коллекции Юсуповского дворца в Санкт-Петербурге - уменьшенная копия скульптуры из Ташкентского музея искусств
Сегодня только маленькая фотография копии скульптуры Томазо Солари - единственная возможность увидеть женщину, встреча с которой предопределила совершенно особую, ни на кого не похожую, судьбу одного из Великих князей Романовых.
Великий князь и революция
Последний российский император Николай II , доводился скандально известному родственнику двоюродным племянником, но он так и не позволил ему вернуться в столицу. Поэтому отречение императора в феврале 1917 года Великий князь Николай Константинович воспринял с восторгом. Он поднял красный флаг над своим домом и отправил приветственную телеграмму Временному правительству.
10.4. Смерть великого князя Николая Константиновича Романова .
В различных источниках высказывались предположения о расстреле или иной насильственной причине смерти великого князя Николая Константиновича Романова (1850-1918), который за недостойное поведение был сослан в Ташкент императором Александром II в 1874 году и умершего там в 1918 г. [так в тексте ]
Так, в периодическом издании «Наша Газета» № 13 от 17 января 1918 года (орган исполнительного комитета Ташкентского Совета рабочих и солдатских депутатов) была опубликована заметка следующего содержания: «Похороны гражданина Романова. Вчера в Ташкенте состоялись похороны б. великого князя, гражданина Николая Романова, скончавшегося в воскресенье, 14 января, в 6 часов утра. Тело Романова предано земле у ограды военного собора». Также в газете «Новый путь» от 18 января 1918 года дан некролог следующего содержания: «О смерти великого князя Николая Константиновича Романова (1850 г.р.), умер в ночь с 13 на 14 января 1918 года от воспаления легких на даче под Ташкентом и похоронен 16 января 1918 года в Ташкенте, в сквере рядом с Военным Георгиевским Собором».
Имеется и протокол заседания Исполнительного Комитета Ташкентского Совета Солдатских и Рабочих Депутатов от 15 января 1918 года, на котором была рассмотрена просьба жены Романова Н. К. о месте его захоронения - «Слушали просьбу жены Николая Константиновича Романова о разрешении похоронить умершего бывшего великого князя у военного собора. Постановили разрешить, похоронить, но с предложением не производить каких-бы то ни было процессий».
Следствие считает установленный факт смерти Романова Николая Константиновича не связанным с какими-либо репрессиями со стороны властей.
…
Так закончилась полная драматических коллизий жизнь великого князя, большую часть которой он провёл в Туркестанском крае и оставил здесь яркий след.
Младший сын Николая Константиновича - князь Александр Искандер
- Наталья Александровна Андросова (род. 1917), светлейшая княжна, всю жизнь прожила в СССР, в России; занималась мотогонками, выступала в цирке (гонки по вертикали), мастер спорта СССР по мотогонкам; в Великую Отечественную войну была водителем на "полуторке"
Второй раз в 1901 г. обвенчался с Варварой Хмельницкой (1885-). Брак не признан.
Событие, происшедшее весной 1874 года, не имело аналога за всю немалую историю существования императорского дома Романовых. Как наверняка известно читателю, люди здесь были разные. Возможно, именно их пороки и добродетели, высочайшее проявление духа и падение в нравственную бездну заставляют читать сегодня историю Романовых, как увлекательный роман. Но никогда среди них не было человека, замешанного в презренном, по-особому «не царском деле» воровстве.
И все же такой человек нашелся. Им был великий князь Николай Константинович Романов. Оговоримся сразу стопроцентно и безоговорочно его вина доказана не была. Не существовало и никакого обвинительного заключения. Собственные показания самого великого князя сплошное противоречие. Не менее противоречивы и оценки людей, пытавшихся разобраться в этом темном деле. Для одних виновность Николая Константиновича не подлежит сомнению. Другие выдвигают, помимо прочих, версию сплетенной против него адской интриги, замешанной на вопросах престолонаследия. Так что, какой же знак ставить в конце словосочетания «преступление имело место быть» восклицательный или вопросительный, до сих пор неизвестно. Но если что и не подлежит никакому сомнению, так это то, что наказание состоялось...
Никола (так Николая Константиновича называла вся родня) родился, что называется, с золотой ложкой во рту. Его отец, поначалу вполне счастливо живший со своей женой Александрой Иосифовной, родом из немецких принцесс, был в восторге от того, что первый его ребенок мальчик. Младенец, едва успев родиться, уже считался наследником трех главных жемчужин в великокняжеской короне: Мраморного дворца в Петербурге, роскошью уступавшего только Зимнему, имения Стрельна у Финского залива, которое Петр I хотел превратить в Версаль, и уж ни с чем не сравнимого Павловска.
Впрочем, Никола еще был мал, чтобы понять, как ему повезло с наследством, но как мало повезло вообще в жизни уже ощущал. Мать, занятая рождением следующих детей, определила к старшему сыну, упрямому и самовольному, воспитателя-немца. Тот вознамерился укротить маленького волчонка едва ли не палкой и плеткой.
И тут коса нашла на камень. Однажды с отпечатавшейся на его лице пятерней воспитателя Никола бросился за помощью к матери и не получил ее. Отцу жаловаться было и вовсе бессмысленно: великий князь Константин Николаевич, человек действительно государственного ума, в будущем единственная опора своего старшего брага, императора Александра II, в деле отмены крепостного права, был всегда и безнадежно занят.
Превратившийся в подростка Никола стал свидетелем семейной драмы. Видимо, устав от болезненной и не лишенной странностей жены, Константин Николаевич нашел утешение в объятиях балерины Кузнецовой. Роман плавно перешел в семейное русло, когда пошли дети. Оскорбленная великая княгиня от горя и позора укрылась в Павловске. Домашний доктор свидетельствовал, что Никола невероятно остро переносил крушение семьи. Его бесприютность порой выливалась в буйные поступки, когда он готов был крушить все вокруг себя, а потом горько по-детски плакал от тоски и бессилия. Внутренне постоянно готовый к отпору, он становился все более недоверчив к людям, особенно же нелюбимые им могли испытать на себе его агрессивность и ожесточение.
В 18 лет, выйдя из-под опеки ненавистного немца, Никола разложил на каменном полу дворца костер и торжественно сжег все, что хоть как-то могло напомнить ему об этом человеке. Следующий его «взрослый» шаг был куда более зрелым он поступил в Академию Генерального штаба, считая, что прогресс, «не исключая военной науки, предъявляет особые требования, если хочешь быть в избранном деле на высоте». Самолюбивый и тщеславный Никола никак не мог согласиться с ролью середнячка он хотел быть первым. Если обратиться к воспоминаниям выпускников Академии той поры, станет ясно, насколько напряженным был ритм учебы. Заниматься Николе приходилось много. За это время он весьма существенно «посадил» зрение и потом всю жизнь страдал сильными головными болями.
В кругу «золотой молодежи» его рвение вызывало не понимание и насмешки, среди дам разочарование. Никола считался самым красивым из великих князей высокий, великолепно сложенный, первый танцор и дамский угодник, он был украшением балов, на которых появлялся все реже и реже.
В Центральном Российском архиве в деле великого князя Николая Константиновича лежит одинокий листок бумаги с его размышлениями накануне своего 20-летия. В старой России это был возраст совершеннолетия. Николу ждало вступление в имущественные права. Но из записи ясно, что его волнует другое: он не нравится себе, находит в своем характере много дурных черт, а в поведении не меньше дурных поступков. «Пусть явятся мои хорошие качества, а дурные пусть умирают», еще по-мальчишески загадывал он свое сокровенное желание.
Великий князь Николай Константинович стал первым из Романовых, окончившим высшее учебное заведение, да еще в числе лучших выпускников с серебряной медалью.
После завершения учебы Никола отправился в заграничное путешествие. Как и для всех молодых богачей, осмотр достопримечательностей сопровождался у него куртуазными приключениями и посещением разнообразных увеселительных заведений.
И все же, сколь ни заманчивы были авансы прекрасных дев, Николе удавалось скрываться от них в тиши антикварных лавок, на живописных мансардах художников, а также заводить знакомых среди маклеров и специалистов по художественным редкостям. Коллекционер, проснувшийся в то время в нем, уже не умирал никогда. И хотя собранные им коллекции ожидала не менее печальная участь, чем его собственная, даже после всего разворованного, разбитого, «экспроприированного», их вполне хватило на то, чтобы в будущем составить основу Национального музея Узбекской ССР.
Вернувшись из Европы, великий князь поступил в лейб-гвардии Конный полк, и через некоторое время он, вполне искренне увлеченный службой, уже командир эскадрона. Ему минул 21 год. В это самое время в Петербурге появилась американка Фанни Лир. С Николой познакомилась случайно, на бале-маскараде, обратив на него внимание как на самого высокого и статного среди офицеров. Он представился ей сыном купца, за что-то облагодетельствованным императором. Та позволила себе в это не поверить, понаблюдав за тем, насколько почтительно раскланивается с ним публика. Ну а когда он привел ее в ложу, где на портьерах и спинках кресел были вытканы императорские гербы, Фанни сказала незнакомцу, что офицеру не пристало врать. Николе же ничего не оставалось, как признать ее правоту и представиться великим князем Романовым.
В начавшемся романе Фанни, как истая представительница демократической страны, все поставила на такую же основу. Быстро поняв, что за образом августейшего денди прячется одинокий, никем не опекаемый, полный самых разнообразных комплексов человек, Фанни взялась переделывать ту часть жизни Николы, которая была скрыта от публики. Ее бесконечно удивляло, например, то, насколько беспорядочно Его Высочество питается. Спросив, почему всем изысканным блюдам он предпочитает чай с черным хлебом, она узнала, что так у них в Мраморном дворце велось, чаще всего дети бегали «перекусить» к прислуге на кухню.
Фанни приучила Николу заезжать к ней во время службы обедать. Они громко скандалили, когда она на чем свет стоит ругала его за попойки и карточную игру. А гневные возгласы Николы по поводу того, что он все-таки великий князь и никто не смеет что-то ему запрещать, она хладнокровно парировала тем аргументом, что для нее он не великий князь, а «ее любимый мальчик». А если его это не устраивает, он может убираться ко всем чертям.
Никола и вправду не раз хлопал дверью, но всегда возвращался. Он не мог не чувствовать, что рядом с ним наконец появился человек, которому до него есть дело. Для него стало привычным сидеть с Фанни у камина, пересказывая ей события дня и обсуждая новые коллекционные приобретения. Вот здесь Фанни беспокоило безудержное стремление скупать все подряд, тратить громадные суммы, а потом занимать у кредиторов. В Николе напрочь отсутствовал рационализм, им владели мгновенно вспыхивающее желание, каприз, прихоть. Иногда он следовал этому и в отношениях с Фанни: то давал ей тысячи и дарил безумной стоимости драгоценности, то устраивал скандал из-за 5 потраченных ею «не на дело» рублей. И все-таки это была жизнь, похожая на семейную и хотя бы уже поэтому имевшая для него несомненную ценность.
Бурный роман сына обеспокоил обоих родителей. Сомнений не было эта авантюристка намерена женить его на себе. Обсуждение этой проблемы привело даже к встрече отца и матери, уже давно не видевшихся. Предлог удалить Николу из Петербурга и тем прервать затянувшуюся связь нашелся вполне подходящий. На восточных границах России шла война. 70-е годы XIX века продолжили наступательное движение России в глубь Средней Азии, призванное расширить восточные территории империи и не дать разрозненным ханствам стать легкой добычей Англии. В 1873 году русский экспедиционный отряд двинулся в Хиву.
Наваждение
Фанни Лир, ровесница Николе, к моменту знакомства испытала и повидала гораздо больше него: тут и побег из благочестивого семейства, глава которого был священником, и короткое безалаберное замужество, и скитания с крохотной дочерью по Европе, где Фанни пела в кабачках, а заодно и «делала бульвары», что на парижском жаргоне значило фланировать в поисках щедрых кавалеров. Хорошенькая и энергичная, она довольно быстро взбиралась по шаткой лестнице карьеры полуактрисы, полукуртизанки и наконец остановилась на последней из двух профессий. Впрочем, была она далеко не глупа и даже начитанна отец-священник каким-то чудом успел приохотить ее к книгам. Впоследствии Фанни вспоминала, что, читая про Екатерину Великую, которая стала ее любимой героиней, про Потемкина и прочих «орлов» той эпохи, она с трудом верила в реальность происходившего когда-то. Да и сама Россия, далекая, ни на что не похожая, одновременно и пугающая, и роскошная, казалась ей фантомом, призраком, иллюзией. И когда после приятного времяпрепровождения в Вене с одним высоким чином из российского жандармского управления оказалась обладательницей изрядной и совсем не иллюзорной суммы, она решила повидать страну своей мечты.«Столица императоров» потрясла ее холодной сумрачной красотой. С помощью сестер по ремеслу, постоянно обретавшихся здесь, она быстро освоилась в петербургском полусвете.
Великий князь Николай Константинович, уже в чине полковника, получил по-настоящему боевое крещение. Он во главе авангарда Казанлинского отряда, понесшего наибольшие потери, следовал одним из труднейших маршрутов, через пустыню Кызылкум. Первая же разведгруппа, возглавленная им, попала в такой плотный артиллерийский огонь, что в отряде их возвращения живыми уже не ждали. Хотя едва ли не каждый воин, побывавший тогда в пустыне, вспоминал не столько кровопролитные схватки с противником и засады, и даже не 40-градусную жару, убивавшую людей в прямом смысле слова, а безводицу. От нее сходили с ума и тогда товарищам приходилось везти несчастного крепко связанным. От нее стрелялись не выдерживая этой муки. Она превращала солдат в озверевшую толпу, когда от колодцев отталкивали раненых, дрались, чтобы добраться до глотка воды. При адской жаре и полной, порой сутками длящейся безводице, Никола вел солдат к цели от одного пункта к другому, подавая пример выдержки и мужества.
Все это время разлуки влюбленные переписывались. Никола писал о том, что в нем изменилось многое отношение к людям, к жизни, неизменным осталось лишь одно любовь к ней. Фанни ходила в отдаленные петербургские храмы и ставила свечки за здравие воина Николая. Победа над Хивой заставила ликовать всю Россию: слишком многих жертв стоили эти броски в пустыню. Никола возвратился в Петербург орденом св. Владимира и изящной формы хивинской пушечкой, подаренной ему на память о боевом походе ни Хиву.
Служба в полку возобновилась, казалось, жизнь, войдя в привычную колею, шла без изменений. Но они все-таки были. Оказалось, что Никола вернулся совершенно очарованный Средней Азией.
Беседы с Фанни все чаще сводились к воспоминаниям о тысячелетних стенах хорезмских крепостей, дворцах, минаретах. Его всерьез заинтересовала ориенталистика. Он начал принимать участие в работе Русского географического общества: там среди ученых мужей вызревала идея Амударьинской экспедиции. Ее целью было максимально приблизить только что завоеванный Россией край и подвергнуть детальному научному анализу его потенциал. Подобные планы взбудоражили, захватили блестящего флигель-адъютанта государя. В Географическом обществе были, разумеется, рады августейшему вниманию. Николу избрали почетным членом и назначили начальником экспедиции.
Жизнь великого князя интересное дело, Фанни, молодость, силы выруливала на какой-то четко обозначившийся путь. Впереди маячили высоты, не взять которые, казалось бы, не было причин.
В ненастный день 14 апреля 1874 года в Мраморном дворце была обнаружена пропажа. Из семейной иконы великокняжеской четы, которой император Николай I благословил этот брак, исчезли крупные бриллианты. Великий князь-отец вызвал полицию, и вскоре бриллианты были найдены. Теперь дело стало за преступником. Провели дознание. Круг сужался. Взялись за адъютанта великого князя Е.П. Варнаховского, мнение о виновности которого сохранилось до сих пор. Однако 15 апреля на допросе он категорически отрицал причастность к краже и говорил, что лишь снес в ломбард камни, переданные эму великим князем. Никола, присутствовавший на допросе, поклялся на Библии, что не виновен, чем, как говорили, усугубил свой грех. Отцу же он сказал, что готов, выручая Варнаховского, не просто адъютанта, а своего товарища, взять вину на себя. Дело заходило в тупик, и Александр II, взявший его под личный контроль, повелел подключить к расследованию жандармов. В итоге великому князю Константину Николаевичу довелось выслушать убийственную весть: бриллианты украл его сын.
Арестованного Николу привезли из его дома в Мраморный дворец, где три ночных часа шел допрос в присутствии начальника жандармов и бедного отца, который записал в дневнике: «Никакого раскаяния, никакого сознания, кроме, когда уже отрицание невозможно, и то пришлось вытаскивать жилу за жилой. Ожесточение и ни одной слезы. Заклинали всем, что у него осталось святым, облегчить предстоящую ему участь чистосердечным раскаянием и сознанием! Ничего не помогло!»
«Предстоящая участь...» Вопрос, какой ей быть, решался, как выразился император на «конференции» собрании членов монархического семейства. Отдать в солдаты? Александр II возразил, что негоже порочить это святое звание. Придать публичному суду и отправить на каторгу? Престижу царской семьи в таком случае наносился болезненный удар, и с этим нельзя было не считаться. Спасительным казался лишь один выход признать Николу безумным. Конечно, тут свое слово должны были сказать медики, и их соответствующим образом проинструктировали. Великий князь-отец получил на руки заключение о «болезни» сына. «Мое страшное положение таково, что я этот результат принужден принять с благодарностью», записал он в дневнике.
Великому князю Николаю Константиновичу было объявлено, по сути, два приговора. Первый для публики состоял в признании его безумным. Отсюда следовало, что отныне и навсегда он будет находиться под стражей, на принудительном лечении, в полной изоляции. Суть второго приговора семейного состояла в том, что в бумагах, касающихся императорского дома, запрещалось упоминать его имя, а принадлежавшее ему наследство передавалось младшим братьям. А еще Никола лишался всех званий и наград и вычеркивался из списков полка. Ну и последнее он высылался из Петербурга навсегда, навечно и был обязан жить под арестом в том месте, где ему будет указано.
В 24 года слово «навечно» осмыслить трудно, возможно, поэтому Никола не застрелился. Фанни в своих мемуарах писала, что до увоза из столицы великого князя держали в смирительной рубахе, накачивали лекарствами и даже били. Солдаты, сторожившие Николу, с плебейской радостью покуражиться над тем, кто вчера еще был для них недосягаемым, предлагали арестованному детские игрушки. Сам же Никола, судя по оставленной им записи, сожалел, что не попал на каторгу...
В 1917 году в журнале «Аргус» появился перевод мемуаров Фанни Лир, где она рассказывала о своем августейшем романе, горькой участи Николы, в виновность которого она не верила ни на минуту, а также о том, как окончилось ее путешествие в Россию. Даже принимая во внимание ее заинтересованность в ином, отличном от официальной версии, освещении событий, трудно не согласиться с ее позицией, касающейся странного поведения родителей Николы. Судя по всему, их сын не заблуждался, чувствуя себя совершенно им ненужным. «Случись такая пропажа в семье обыкновенных людей, писала мисс Лир, ее там скрыли бы; здесь же, напротив, подняли на ноги полицию...».
Естественно, Романовых не покидала уверенность, что Николу погубили любовь к куртизанке и нехватка средств на удовлетворение ее прихотей. Между тем сумма, заложенная за украденные бриллианты, была много меньше, нежели та, что была обнаружена в письменном столе Николы при обыске. Фанни Лир выдворили из России с предписанием никогда сюда не возвращаться. С великим князем она никогда больше не встречалась...
Дальнейшее вполне убедительный аргумент в пользу того, что даже в тисках жесточайшего психологического прессинга, при всех потерях, при необратимом ухудшении качества жизни человека трудно сбить с ног, если в нем теплится созидательная идея, если что-то основательно занимает его разум. Для Николы этим «что-то» были мысли о преобразованиях в Средней Азии на благо Отечества. И тут ему нужно было сказать спасибо дяде-императору, разрешившему взять в ссылку все необходимые по этому вопросу материалы, в придачу с консультантом, знатоком этого края.
Другой вопрос, каким образом великий князь, неусыпно охраняемый и гоняемый с места на место, намеревался реализовать свои планы. Его увезли из Петербурга осенью 1874 года. До своей последней «остановки», в Ташкенте летом 1881 года, то есть за неполных 7 лет, он сменил по меньшей мере 10 мест жительства. Ему нигде не давали обрести хоть какой-нибудь дом, обзавестись связями, пустить корни. Как перекати-поле, его мотало по России: Владимирская губерния, Умань 250 верст от Киева, местечко Тиврово, близ Винницы, и так далее.
Когда он был отправлен в Оренбург, куда ссылали обычно всех неблагонадежных, Никола предполагал, что вдали от центра надзор за ним не будет уж очень строг. И действительно, местное начальство на многое «непозволительное» закрывало глаза. Именно в Оренбурге в 1877 году 27-летний Никола опубликовал свою работу «Водный путь в Среднюю Азию, указанный Петром Великим», вышедшую, что и понятно, без указания имени автора. Но главное здесь ему удалось совершить поездки в глубь казахских степей. На почтовых и верхом, вместе с такими же энтузиастами, он проделал путь от Оренбурга до Перовска. А все потому, что был захвачен идеей постройки железной дороги из России в Туркестан. Посланный в Петербург проект был признан нерентабельным из-за малонаселенности земель.
И все-таки Никола снова готовился к путешествию в пустыню. На этот раз с целью установить, возможен ли поворот Амударьи в древнее русло Узбой, что дало бы России гораздо более дешевый водный путь через Волгу и Каспийское море в глубь Туркестана, а также возможность орошения изнывающих от безводицы земель.
В брошюре «Аму и Узбой» великий князь писал: «Россия в течение последних 25 лет овладела большей частью Средней Азии, но некогда цветущий Туркестан достался русским в состоянии упадка. Он наделен от природы всеми благоприятными условиями для быстрого развития своих богатых производственных сил. Расширив оросительную сеть, раздвинув пределы оазисов, Туркестан можно сделать одной из лучших русских областей». План по «повороту Амударьи», вероятно, вполне справедливо, также был сочтен нецелесообразным. Но сама экспедиция, проделавшая более чем тысячекилометровый путь по совершенно не исследованным местам, принесла материал исключительной ценности. Это было отмечено и научными кругами, и даже начальством в Петербурге, наградившим всех его участников, за исключением великого князя.
Тем временем в Оренбурге произошло событие, в очередной раз осложнившее отношения Николы с родственниками. Зимой 1878 года ссыльный Романов обвенчался с дочерью городского полицмейстера Надеждой Александровной Дрейер. И хотя венчание было тайным, по городу поползли слухи, жандармы доискались до истины и в Петербург полетел соответствующий доклад. В итоге специальным указом Синода брак был расторгнут, а семейству Дрейер было приказано покинуть город. Все, кроме Надежды, повиновались. Твердого характера женщина наотрез отказалась покинуть того, кого считала истинным мужем. Казацкая кровь говорила в ней все многотрудные походы по степям Надежда верхом на коне прошла вместе с Николаем Константиновичем.
Долго мучились Романовы вопросом, правильно ли они поступили, «разженив» великого князя. С одной стороны, очень уж не хотелось получить «великую княгиню» из полицмейстерского семейства, с другой Романовы понимали, что явно перегнули палку. Младший брат оренбургского арестанта, великий князь Константин Константинович, не одобрял жесткой линии императорского дома: «Скоро ли кончится мучительное положение, из которого бедному Николе не дают никакого выхода? Самого кроткого человека можно было таким образом из терпения вывести, у Николы есть еще довольно силы выносить свое заключение и нравственную тюрьму».
Впрочем, вняв доводам здравого смысла, император в конце концов разрешил узаконить неравнородное супружество. Правда, молодым было предписано отправляться и вовсе на край света в Ташкент.
Что же в то время представлял собой Ташкент? Русский военный гарнизон на отшибе, с его несладкой жизнью, тоской, пьянством и неизбывной мечтой поскорее выбраться обратно в Россию да местное население, ютящееся в лабиринте глинобитных хибарок. С 1881 года начался совершенно новый период и в судьбе этих мест, и в жизни опального великого князя, о котором потом напишут, что он один сделал для Средней Азии гораздо больше, чем вся царская администрация.
«Ташкентский» князь отметил свое поселение здесь многосторонней деятельностью по орошению Голодной степи. Сегодня трудно себе представить, как в условиях не ослабевавшей «опеки» властей, вставлявших палки в колеса постоянно, можно было за короткий срок прорыть 100-километровый магистральный капал, названный великим князем в честь деда «Император Николай I». Вместе с проведенными еще двумя каналами вода оживила 40 тысяч десятин пригодных к возделыванию земель. В это строительство «ташкентским князем» вкладывались личные деньги, присылаемые на его имя из Петербурга в качестве «великокняжеского содержания». Вероятно, о том, что основы ирригационной системы в Голодной степи заложил ссыльный великий князь Романов, мало кто знает как в России, так и в самом среднеазиатском государстве.
«Его императорское Высочество», как, несмотря на неудовольствие начальства, здесь именовали Николая Константиновича, проводил целенаправленную прорусскую политику. Им приглашались казаки-переселенцы, которым выдавалась ссуда. На орошенных землях поднялись 12 больших русских поселков. Николай Константинович писал: «Мое желание оживить пустыни Средней Азии и облегчить правительству возможность их заселения русскими людьми всех сословий».
Переселение казаков и крестьян в пустыню он считал государственной необходимостью Россия должна здесь иметь опору в лице своих граждан. К 1913 году там выросло уже 119 русских селений. Впрочем, ни строительство, ни вопросы, связанные с переселением, не отвлекали князя от экспедиций, которые, в частности, доказали, что Каракумы отнюдь не непроходимая пустыня, как то считалось раньше. Его ташкентский дом, называемый местными жителями дворцом, обсаженный дубами и березами, неустанно пополнялся восточными раритетами, привезенными из многочисленных походов. Здесь же постепенно собралась весьма обширная библиотека по истории Средней Азии, переданная им впоследствии в Туркестанскую публичную библиотеку.
По сути дела, с поселением князя в Ташкенте город начал окультуриваться. Желая дать зрелищ всем и каждому, князь занялся строительством кинотеатров. В сравнительно небольшом городе их появилось 5, среди которых особой популярностью пользовалась «Хива». Название, разумеется, было данью памяти князя своему боевому походу. Интересно, что зрительный зал украшал карниз, составленный из 1 500 клинков казачьих шашек и штыков. В фойе Романов, большой любитель животных и экзотических птиц, велел поставить клетки с обезьянами и попугаями. Кстати, при его дворце находился довольно крупный зверинец, открытый для жителей города.
«Хива» уже при советской власти была переименована в «Молодую гвардию», а впоследствии разрушена землетрясением в 1966 году. Первый театр в Ташкенте, также построенный Романовым, выглядел очень комфортабельно, и в 90-х годах прошлого века здесь даже гастролировал МХАТ.
Августейший коммерсант
Разумеется, деньги, присылаемые на содержание, не покрывали всех расходов великого князя. И он принялся зарабатывать их сам, не гнушаясь и копейкой. Так, например, им был организован базар возле железной дороги. Прежде чем начать торговлю, необходимо было за определенную плату купить квитанцию с надписью «Базар великого князя в Голодной степи» вероятно, никто и не вчитывался в это фантастическое словосочетание. Торговцы имели право пользоваться только весами хозяина, выдававшимися из специальной будки. Были установлены следующие «тарифы»: за каждый пуд проданного картофеля с торговца взималась 1 копейка, за каждую арбу арбузов или дынь 30 копеек. Казалось, Его Высочество умел делать деньги из воздуха. Доходы от фотографической лавки, квасных будок, бильярдных залов, магазинов, мельниц, «ледодельной», ткацкой фабрики, заводов рисового, мыловаренного, хлопкоперерабатывающего и прочего суммировались во впечатляющую сумму полтора миллиона рублей в год. Для сравнения: из Петербурга князю присылали 200 тысяч.
У Николая Константиновича оказался великолепный коммерческий нюх. В его громадном хозяйстве ничего не пропадало. Он одним из первых обратился к наиболее тогда доходной области промышленности строительству хлопкоочистительных заводов. При этом технологический цикл продумывался им досконально, что давало возможность наладить безотходное производство. Например, семена, остававшиеся после переработки сырца в волокно, употреблялись в качестве сырья на маслобойнях, а оставшийся жмых частично шел на удобрения, частично на корм скоту.
На одной из театральных премьер великий князь, хоть и облысевший, но по-прежнему шикарный, в сюртучной паре, сшитой в Лондоне, и моноклем в глазу, появился в ложе под руку с двумя дамами. И не просто дамами, а женами. Одной, естественно, была казачка Надежда, другой пышноволосая блондинка Дарья Часовитинова.
Однажды великого князя, пользовавшегося у населения непререкаемым авторитетом во всех вопросах, позвали в казацкий курень. Срам да и только жених, не досчитавшийся чего-то из приданого, заявил, что венчаться не поедет потребовалось княжеское вмешательство. На полу куреня, сидя среди разбросанных юбок, горько плакала 15-летняя невеста. Князь велел ей замолчать, посмотрел на нее долгим взглядом, потом дал денег отцу-казаку и в той же свадебной бричке, что даром стояла у дверей, поехал венчаться с Дашей, Как это все выглядело в глазах публики и начальства, его не интересовало, а револьвер, который он всегда носил с собой, был убедительным аргументом в разговоре со священником.
Казачка Дарья Часовитинова, нарожавшая князю детей и снабженная им первичным капиталом, оказалась на редкость оборотистой. Она сумела разбогатеть и позже, как говорят, вышла замуж «по-настоящему» уже в Петербурге.
От Надежды Александровны у Великого князя было двое сыновей Артемий и Александр. Он придумал жене титул «графиня Искандер», с которым она не раз ездила в Петербург, стараясь наладить связи с романовской родней. Похоже, ей это не очень удалось, но зато обоих мальчиков взяли учиться в привилегированный Пажеский корпус. Сам Николай Константинович с родней отношений не поддерживал. По воспоминаниям, он всегда раздраженно говорил о Романовых, называя их «собачьей кровью», и вообще проповедовал демократические взгляды.
Начальство, конечно, стонало от него, понимая, что великий князь и в пустыне великий князь и управы на него нет. Очевидец описывал такой случай. «Открывается у нас в Ташкенте по приказанию министра финансов сельскохозяйственная выставка. И вдруг приходит князю в голову мысль посетить эту выставку. Надежда Александровна всячески его отговаривает, напоминая ему, что он находится под домашним арестом. А он свое: «Мне наплевать... Я никому не подчиняюсь». Вот тут-то он и выкинул штуку... На главной аллее встречается сам генерал-губернатор со свитой: «Ваше Императорское Высочество, вы, так сказать, под домашним арестом, а изволите гулять и прочее такое...» И что же делает князь? Не говоря худого слова, размахивается и хлоп его высокопревосходительство по морде!.. Ну и получился скандал... Вот таков наш великий князь...»
Судьба его Венеры
Вскоре после окончания Хивинского похода великий князь и Фанни уехали путешествовать за границу. В Риме они побывали на вилле Боргезе и полюбовались знаменитой скульптурой Антонио Кановы, изображавшей Полину Боргезе, младшую сестру Наполеона. Мраморная обнаженная красавица лежала на мраморном же ложе в виде Венеры-победительницы с яблоком а левой руке. Никола решил, что его Фанни ничуть не хуже ни Венеры, ни Полины, и заказал скульптуру Томазо Солари точную копию скульптуры, но с Фанни вместо сестры Наполеона. В своих мемуарах мисс Лир вспоминала то неприятное впечатление, когда ей накладывали на лицо маску, чтобы воспроизвести в мраморе черты ее лица.
Они уехали, заверенные, что по окончании работы скульптура будет отправлена в Петербург. Сегодня только маленькая фотография скульптуры Томазо Солари единственная возможность увидеть женщину, встреча с которой предопределила совершенно особую, ни на кого не похожую, судьбу одного из Романовых.
Спустя много лет, когда великий князь находился в ташкентском изгнании, его мать, Александра Иосифовна, по всей видимости, страдавшая от разлуки с сыном, сделала ему подарок. Гуляя с американским посланником в парке, она наткнулась на мраморную скульптуру полуобнаженной с яблоком в руке женщины. «Да это же Фанни Лир девица нашего Николы!» И вскоре скульптура в дощатом ящике малой скоростью была отправлена в Ташкент.
P.S. Как Николай Константинович Романов закончил свои дни, доподлинно неизвестно. По одной из версий, он был расстрелян большевиками в 1919 году. По другой умер от воспаления легких.
Его жена Надежда Александровна Искандер сначала была смотрительницей музея, затем ее уволили. По словам очевидцев, в последние годы жизни выглядела она настоящей нищенкой, ходила в рваной одежде и питалась тем, что оставляли у дверей ее хибары жители, помнившие доброту великого князя. Умерла Надежда Александровна в 1929 году от укуса бешеной собаки. Их старший сын Артемий не то погиб во время Гражданской войны, сражаясь на стороне белых, не то умер от тифа в Ташкенте в 1919 году.
Младший сын, Александр, боевой офицер, сражался в армии Врашеля, потом эвакуировался в Галлиполи, а затем во Францию, где и умер в 1957 году. .
Людмила Третьякова
20.07.2017 2780
Николай Константинович Романов родился в 1850 году в Петербурге. Он был первенцем великого князя Константина Николаевича, племянником российского императора Александра II и внуком Николая I. Никола (так его звали родственники) стал первым из Романовых выпускником высшего учебного заведения - окончил Академию Генерального штаба с серебряной медалью, много путешествовал по Европе, коллекционировал западноевропейскую живопись. В 21 год он уже командовал эскадроном лейб-гвардии Конного полка.
Тем не менее, поведение Николы в свете вызывало недовольство монаршей семьи. В 1873 году отец, обеспокоенный его романом с американской танцовщицей Фанни Лир, отправил сына подальше от Петербурга - в поход экспедиционных войск на Хиву, вести авангард Казалинского отряда через Кызыл-кум. Возглавленная им разведгруппа попала под артиллерийский обстрел и чудом вернулась в отряд. За участие в походе князь был награжден орденом святого Владимира 3-ей степени.
Во время пребывания в Средней Азии Николай Константинович всерьез увлекся ориенталистикой и даже собирался возглавить Амударьинскую экспедицию Императорского Русского географического общества.
В 1874 году случился семейный скандал: молодого князя обвинили в краже трех бриллиантов с оклада иконы, которая принадлежала его матери Александре Иосифовне. Предполагали, что Никола продал камни, чтобы купить подарки своей возлюбленной. На семейном совете было решено объявить его душевнобольным и навсегда выслать из Петербурга, а также лишить всех званий, наград и наследства. Фанни Лир также выдворили из Российской империи и запретили возвращаться обратно. С тех пор влюбленные не виделись.
За последующие семь лет Николай сменил около десятка мест жительства, а в 1881 году был выслан в Ташкент.
Здесь он называл себя полковником Волынским, а позже - Искандером. У него сложились прекрасные отношения с жителями города. Николай Константинович стал успешным предпринимателем: запустил хлопковый завод, производство мыла, кваса. Он участвовал в благоустройстве города, спонсировал высадку деревьев, печать просветительских книг. На собственные средства построил первый в Ташкенте кинотеатр - «Хива», прокладывал оросительные каналы в Голодной степи. Также князь снова создал коллекцию произведений искусства, включающую полотна различных мастеров, статуи из мрамора, скульптуры.
В Ташкенте Николай Константинович построил себе дворец-резиденцию в стиле модерн: длинное двухэтажное здание из жженого кирпича серо-желтого цвета, с резными решетками, изящными окнами и другими необычными декоративными элементами. На флангах резиденции расположились башни круглой формы, сливающиеся со зданием. В подвале дворца было оборудовано жилое помещение, в котором даже в самый сильный зной сохранялась прохлада.
Николай Константинович был заядлым охотником, поэтому вход в здание украшали бронзовые олени по обеим сторонам лестницы, а также фигуры охотничьих собак на мраморных цоколях. При дворе резиденции располагался открытый для посещения зверинец, где были собраны дикие животные.
К крыльцу примыкала кругообразная въездная аллея, отгороженная кованой железной решеткой с воротами. Во дворе располагался цветник, окруженный живой изгородью. В японском саду росли карликовые фруктовые деревья, журчали ручьи, располагались изящные мостики и крошечные домики, украшенные фигурками людей и животных. Здесь же были беседки, декорированные пальмами и миниатюрными деревцами.
Позади резиденции располагался сад, который разбил Иероним Иванович Краузе, именитый фармацевт и ботаник того времени. Вблизи со входом располагалась Иосифо-Георгиевская церковь, впоследствии снесенная в 1995 году.
22 ноября 1891 года, Ташкент. Путешественник Уильям Захтлебен перед дворцом Николая Константиновича.
В резиденции был большой круглый холл, в который вели три резные дубовые двери. Посредине холла, отделанного темным деревом, на чугунной цепи спускался фонарь необычной формы. Одна из дверей вела к винтообразной узорчатой металлической лестнице на второй этаж, где располагалась библиотека и бильярд.
Из холла можно было попасть в три зала. Их украшали мраморные статуи, скульптуры и картины из коллекции князя.
В первом зале располагалась гостевая комната, в которой неподалеку от окна во французском стиле стояла статуя Венеры. В солнечных лучах фигура приобретала очаровательный, прозрачно-розовый оттенок. В следующем зале в застекленных шкафах были выставлены статуэтки, игрушки из слоновой кости, ордена, медали, кольца, браслеты, серебряные и золотые украшения и многое другое. Третий зал в ориентальном стиле был украшен бухарскими, афганскими, туркменскими и персидскими коврами. На стенах висело дорогостоящее огнестрельное и холодное оружие и живописные полотна, иллюстрирующие жизнь в Средней Азии.
Интерьеры дворца. Фрагмент росписи купольного зала
Дверь из гостевой комнаты веда в малый зал, где были собраны книги, чугунные статуэтки, картины, привезенные князем из похода на Хиву. Как пишет в своих мемуарах наследник Романова-старшего князь Александр Искандер, в этой комнате хранился макет крепости Ичан-Кала.
Апартаменты князя располагались в левом крыльце резиденции, а его супруги Дарьи Часовитиновой - в правом.
Князь Николай Константинович Романов скоропостижно скончался в январе 1918 года от воспаления легких. Похоронили его в Ташкенте, у ограды собора через дорогу у от дворца.
Николай Романов завещал в дар Ташкенту свою коллекцию картин европейских и русских художников при условии, что в его дворце будет открыт музей. Музей искусств был создан в Ташкенте в 1919 году. Позднее он стал Музеем искусств Узбекистана, коллекция которого по сегодняшний день считается одной из самых значимых собраний европейской живописи в Средней Азии.
Среди представителей королевского дома Романовых было немало весьма любопытных личностей. Герой нашей сегодняшней статьи, великий князь Николай Константинович , представляет для историков особый интерес. Когда-то из-за мужчины в высокородном семействе разразился страшный скандал. Романовы открестились от Николая Константиновича, отправив того в бессрочную ссылку.
Великому князю строго-настрого запретили возвращаться в Петербург, его имя вычеркнули из списков монаршего дома. Более того, опального дворянина объявили сумасшедшим. Верные императору врачи поставили князю диагноз «нравственное безумие». Попытаемся разобраться подробнее, чем же так провинился перед правителем эксцентричный аристократ …
Юный талант
Отцом будущей «черной овцы» в роду Романовых был Константин Николаевич, один из сыновей Николая I, приходившийся самодержцу Александру II младшим братом. В отрочестве тот, кого позже стыдились дворяне, был гордостью семейства .
Силен, красив, богат, отменно сложен, храбрец и прекрасный танцор: по юному Николаю Константиновичу вздыхали все петербургские невесты!
Умом и талантом провидение мужчину тоже не обделило. 18-летний великий князь по собственному желанию поступил в академию Генерального штаба , закончив учебное заведение с серебряной медалью. Поблажек за высокое происхождение красавцу не давали, да он их и не просил.
Из Николая Константиновича мог бы получиться бесконечно талантливый военный . Увы, под монастырь мужчину подвела собственная любвеобильность.
Князь и куртизанка
Родственники смотрели сквозь пальцы на многочисленные романы дворянина. Но связь великого князя с Фанни Лир они игнорировать не смогли. Девушка была популярной американской куртизанкой , в которую Николай Константинович влюбился без памяти.
Низкое происхождение красавицы не смутило мужчину. Аристократ тратил на возлюбленную бешеные суммы, путешествовал с ней по Европе, и, по слухам, всерьез собирался обвенчаться с Фанни.
Роковая страсть
Отвадить племянника от «падшей девицы» пытался лично самодержец. Поняв, что дело пахнет керосином, Николая спровадили воевать в Среднюю Азию. В походе на Хиву дворянин получил орден святого Владимира за личную храбрость, солдаты его боготворили.
Но после возвращения родич государя снова зачастил к Фанни. Более того, мужчина даже заказал копию статуи Антонио Кановы, для которой позировала красавица!
Преступление и наказание
Взбешенные Романовы урезали расходы на содержание великого князя, надеясь, что на голодном пайке мужчина остынет и уймется. Увы, ослепленный чувствами дворянин пошел ради мисс Лир на воровство . Николай срезал с убранства любимой иконы своих родителей два-три особо крупных бриллианта.
Такого императорский дом простить уже не мог. Великого князя объявили безумцем, лишили всех титулов и наград, а затем выдворили из Петербурга прочь, запретив на веки вечные возвращаться в столицу.
Похождения изгнанника
О высокородном изгое ходило немало слухов. Поговаривали, в своих путешествиях мужчина постоянно проводил распутные оргии с не достигшими надлежащего возраста девушками и юношами. Сплетники шептались: Николай Константинович спит на полу , деля ложе с двумя десятками собак, ходит голый и пренебрегает личной гигиеной.
Раскол между опальным князем и Романовыми усугубился с женитьбой аристократа на юной дочери оренбуржского полицмейстера. Брак приказали расторгнуть, но новобрачных это не смутило.
Ташкентский благодетель
Окончательно Николай Константинович осел в Ташкенте , тогда еще маленьком провинциальном городке. Великий князь занялся торговлей, проявив в этом немалый талант. Уже вскоре прибыль его в пять раз превышала суммы, присылаемые мужчине на жизнь из Петербурга.
Заработанные деньги аристократ вложил в орошение окружающих земель. Именно благодаря родственнику государя в Средней Азии появились плантации хлопка и заводы для его переработки!
Огромные суммы тратил опальный дворянин и на благоустройство Ташкента . Для себя он построил лишь один сравнительно скромный дворец. Газеты с восторгом писали о человеке, из-за которого в провинции закипела жизнь.
Журналисты замечали: «Один он сделал для Средней Азии больше, чем все государственные чиновники! » Так опала Николая Константиновича стала благом для десятков тысяч людей!